Хоккейная сделка - Кристен Граната

то чувствую связь с ними. Я не могу ее потерять.

Грусть сжимает сердце.

— Когда умерли твои родители, Александр?

— Мне было шестнадцать. Они путешествовали по Италии на мотоцикле отца, и в них врезался пьяный водитель. Погибли на месте.

Мои глаза расширяются.

— Черт, мне очень жаль.

Александр дергает меня за руки и снова ведет по кругу.

— Все в порядке. А теперь попробуй скользить, переставляя ноги, как при ходьбе.

Сначала у меня выходит не очень хорошо, но я послушно выполняю указания.

— Зачем дед хочет лишить тебя дома, если знает, что он значит? — спрашиваю я.

— Потому что он гнусный старик, — отвечает он.

— Это очевидно, — бурчу я.

— Он ненавидел то, что мать вышла замуж за нелюбимого им человека, и когда я родился, так и не принял меня в семью.

Его слова находят в душе больший отклик, чем может себе представить. Я не привыкла делиться семейной историей с посторонними, но почему-то сейчас так и тянет выложить все.

— Мой отец тоже не захотел меня принять. Он расстался с мамой, когда та сказала, что беременна, и я так ни разу с ним и не виделась, — я смеюсь и тут же замолкаю. — Оказалось, все это время он был женат на другой и у него была своя настоящая семья.

Александр хмурится.

— Мне жаль.

Я пожимаю плечами.

— Это их потеря. Мы с тобой оба классные, так чего их жалеть. К тому же, твой дед уже на том свете одной ногой, так что он в любом случае ничего не потеряет, — уголок его губ приподнимается. — И я уверена, что выстроится очередь из девушек, которые хотят встречаться. Найти ту, в которую можно влюбиться, не должно быть непосильной задачей.

Он смотрит мне в глаза.

— Большинство хотят встречаться со мной только ради того, чтобы говорить, что находятся в отношениях с профессиональным хоккеистом.

— Да, наверное, с этим приходится мириться, — соглашаюсь я.

Он испускает тяжелый вздох.

— Так что теперь я не знаю, что делать. Но еще есть время до тридцатилетия.

— Может, стоит поступить как Кэсс и Трентoн, и нанять кого-нибудь для фиктивного брака.

Александр одаривает меня изумленным взглядом.

— Что?

Мои глаза расширяются, и я прикрываю рот рукой.

О, черт.

Я не должна была этого говорить.

— О чем ты? — переспрашивает он.

— Ни о чем, — качаю я головой. — Ни о чем. Я… я ничего не говорила.

Он ведет меня к краю катка и останавливается.

— Ты что-то сказала про Трентона, что он нанял кого-то… для чего?

Я морщусь, и плечи опускаются.

— Ты должен поклясться, что не ничего не расскажешь им. Это должно было быть тайной.

Он бросает быстрый взгляд туда, где Кэссиди и Трентoн помогают Тоби отрабатывать броски по воротам.

— Я никому не скажу.

Я вздыхаю, проводя рукой по волосам, и с досадой вздыхаю.

— Когда Трентона обменяли, Селеста решила, что будет полезно для репутации, если он создаст видимость отношений с Кэссиди. Ну, знаешь, чтобы показать миру, что пережил измену бывшей и произошедшее с бывшими товарищами по команде. Так что первые несколько месяцев их отношений были фальшивыми.

Глаза Александра бегают между моими, он словно не может поверить своим ушам.

— Как можно притворяться, что встречаешься с кем-то?

Я пожимаю плечами.

— Знаменитости часто это делают ради рекламы. Они ходят на свидания и фотографируются вместе. Бац, и мир думает, что они встречаются.

— Кэссиди платили за это?

Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не рассмеяться.

— О, ей платили по-другому.

Он приподнимает бровь.

— Расскажи.

Я понижаю голос и проверяю, нет ли рядом детей.

— Она использовала Трентона в качестве сексуальной музы для недавно опубликованного любовного романа. Посылала идеи, а он разыгрывал их, чтобы Кэсс могла об этом написать.

Александр трет челюсть, сдерживая улыбку.

— Неплохая сделка.

— Да. А теперь посмотри на них. Они так влюблены, что мурашки по коже.

— Черт, я понятия не имел.

— Может, стоит поговорить с Селестой, и она подыщет тебе кого-нибудь, кто согласится выйти замуж, чтобы помочь сохранить виллу.

Он качает головой.

— Это должен быть кто-то, кому я могу доверять. Я не могу провернуть такое с незнакомцем.

Я пожимаю плечами.

— Попытка не пытка. И кто знает? Может, ты влюбишься в нее так же, как Трентoн и Кэссиди.

— Влюбиться не так просто, как ты это представляешь.

— Любовь ничего не стоит, если достается легко. Разве не так говорят?

Его брови взлетают вверх.

— Из твоих уст звучит удивительно романтично.

Я закатываю глаза.

— Расслабься, я вычитала это на поздравительной открытке.

Он усмехается.

— Ага. Думаю, под всей этой дерзостью у тебя большое сердце. Но не волнуйся, я никому не скажу.

Я не могу сдержать улыбку.

— Хорошо. Мне нужно поддерживать имидж.

Глава 7

Александр

— Вперед, парни. Пусть начнется поистине мужественное заседание книжного клуба.

Я морщусь.

— Поистине мужественное?

— Нам нужно было название, — поясняет МакКинли.

— Так клуб не будет называться, — я поднимаю руку. — И кто назначил тебя президентом?

— Я сам себя назначил, — МакКинли выпячивает грудь. — Ты можешь быть капитаном на льду, а здесь, в клубе любителей книжного порно, капитанить буду я.

Джейсон толкает его локтем.

— Чтобы возглавить клуб, нужно читать не только постельные сцены.

Трентoн смеется на заднем ряду.

— Ты же прочитал больше, чем просто постельные сцены, да?

МакКинли презрительно фыркает.

— Конечно.

Джейсон поднимает бровь.

— Как звали главную героиню?