Как крошится печенье - Джеймс Чейз

– Это нелегко, но думаю, что смогу. Я все-таки вице-президент… Но, повторяю, зачем? Я не желаю, чтобы моя дочь работала.

– А я думаю, что тебе все же следует попробовать. – Джу взглянула на часы. – Ты поедешь к нам обедать? Отец будет рад тебя видеть.

– Я тоже всегда рад встрече с ним, но не сейчас. Я не могу оставить Норену одну. Я очень устал, Джу. Это такое беспокойство…

– Не знаю, понравится ли ей наше общество – восьмидесятилетний Джордж и мы с тобой, тоже престарелые. Вот смех-то!

– Где это ты увидела престарелых?

Джу рассмеялась:

– Для нее мы все динозавры! Но, Мел, ты должен что-то сделать. Ты обязан подыскать ей работу. Я уверена, что это решит все твои проблемы. Ты ведь всегда слушал мои советы. И сделай все как можно скорей.

– Ты действительно думаешь, что ей нужно работать?

– Я просто уверена!

Девон поколебался и затем кивнул головой:

– Возможно, ты права. Я поговорю с Краузером. Он занимается кадрами. Ему это дело не понравится, но я воспользуюсь своим положением.

Джу поднялась.

– Мел, сегодня первый день, как мы дома. Меня ждет отец. Я должна идти. Когда мы встретимся?

– Завтра вечером. Давай пообедаем в клубе.

– А Норена?

– Ее не будет. Почти все вечера она проводит вне дома.

– А почему бы ей не пойти с нами?

– Она не пойдет. Ей не по душе клуб.

Джу стало грустно… Теперь у Мела столько проблем…

– Отлично. Завтра в клубе. Особенно не беспокойся. Все будет о'кей, вот увидишь.

После ее ухода Мел некоторое время сидел в кресле. Он всегда следовал советам Джу. Может быть, занявшись делом, Норена будет менее враждебной? Во всяком случае, надо попробовать.

На следующее утро, около десяти, Тикки Эдрис вышел из душевой и насухо вытерся. Затем он направился на кухню варить кофе. Через несколько минут, идя за молоком и газетами, он услышал, как хлопнула дверца лифта.

Появился Фил Алджир.

– Ха! Малыш! – воскликнул он, отбирая у Эдриса молоко. – Ты раненько поднялся. Ждал меня?

Одетый тщательнее, чем обычно, Алджир вошел в квартиру. По его лицу Эдрис видел, что он не в духе и готов в любую минуту вспылить. Эдрис закрыл входную дверь и прошел вслед за Филом.

– Хочешь кофе? Он уже готов.

– Будь ты проклят! – воскликнул Алджир, плюхаясь в кресло.

Он вытащил пачку сигарет. Руки его дрожали. Убийца в упор смотрел на карлика.

– Что случилось?

– Как долго это будет продолжаться, ответь мне? – орал Алджир.

Эдрис вышел и возвратился, неся поднос с кофе. Только после этого он спокойно ответил:

– Все идет нормально. Она привыкает. Что будешь есть, Фил?

– Я сыт. Сыт по горло! Очень мило с твоей стороны угощать меня завтраком. Но у тебя, черт возьми, есть работа. А что прикажешь делать мне? Шляться без гроша в кармане? Когда ты возьмешься за дело? Ты, ублюдок…

– Подожди, – прервал его Эдрис. – Если мы будем спешить, то все испортим. Достаточно одного неверного шага – и конец. В течение пяти лет я мечтал об осуществлении этого плана и готов ждать еще несколько лет, лишь бы все было хорошо. Она вжилась в роль. Это прекрасная девчонка. Она все делает чертовски верно, без фальши. Неужели ты думаешь, что такие дела проделываются за несколько недель? Если она выяснит весь механизм банковских операций, деньги потекут рекой.

– Но на это потребуется время… месяцы! А мне надо на что-то жить сейчас! Ты должен одолжить мне некоторую сумму, Тикки. Иначе меня выбросят из отеля.

– Я же дал тебе двести долларов на прошлой неделе. Лишних денег у меня отродясь не было.

– Я хочу еще двести баксов. Я верну их после… После того, как у меня появятся деньги.

– Я дам тебе сотню, и ни цента больше, и ты должен будешь прожить на эти деньги две недели, – Эдрис подошел к бюро и выдвинул ящик.

С кошачьей грацией Алджир пересек комнату и, оттолкнув карлика, запустил пальцы в ящик, взял оттуда пачку билетов по двадцать долларов.

– Эти деньги нужны мне, Тикки, – сказал он. – Считай что я их одолжил.

Эдрис с трудом сохранил равновесие. Его лицо побелело, а глаза злобно заблестели.

– Пожалуй, я возьму еще сотню, – сказал Алджир и отсчитал еще пять двадцатидолларовых купюр. – Для тебя здесь осталось достаточно денег, Тикки. Такому маленькому мальчику, как ты, не требуется столько денег, сколько такому большому мужчине, как я.

Тикки стоял, прислонившись к своему миниатюрному столу. Быстрым движением он выдвинул ящик, и в следующий момент в его руке сверкнул миниатюрный пистолет.

– Положи обратно, – прошипел он. – Все деньги, Алджир.

Алджир уставился на газовый пистолет, затем посмотрел в глаза Эдриса. Он стоял в нерешительности, держа деньги в руке.

– Положи обратно! – рявкнул Эдрис.

Алджир бросил деньги в ящик и отошел от бюро.

– О'кей, подонок! – проворчал он. – Можешь подавиться ими.

– Не подавлюсь, – Эдрис засунул пистолет в карман. – Надеюсь, такое больше не повторится, Филли-мальчик.

Он подошел к бюро и вытащил пять банкнот по двадцати долларов, бросил их на стол.

– Это все, что я могу дать… пойми же наконец!

В прихожей прозвенел звонок, и Алджир торопливо схватил деньги. Эдрис задвинул ящик бюро, повернул ключ в замке и спрятал ключ в карман. Затем он прошел в прихожую и открыл дверь.

Ира Марш вошла в квартиру. На ней была мужская рубашка, заправленная в узкие голубые джинсы. В глазах ясно читался триумф.

Алджир с недоверием глянул на нее.

– Что случилось? – требовательно спросил он. – Как долго ты будешь водить нас за нос?

Не замечая его, Ира подошла к кофейному столику и налила чашку кофе. Улыбнувшись Эдрису, она выпалила:

– Завтра я приступаю к работе в банке!

Лицо Эдриса пошло красными пятнами.

– Нельзя шутить святыми вещами, детка! – сказал он.

– Но я действительно начинаю работать в банке не далее как завтра!

Эдрис сделал глубокий вдох и вдруг улыбнулся. Хлопая в ладоши над головой, он принялся плясать по гостиной, вопя во все горло, пока Алджир не сгреб его в охапку.

– Успокойся, сумасшедший идиот! Твои крики привлекут сюда копов!

Эдрис освободился от захвата Алджира, его глаза победно сверкали.

– Я же говорил это! Я же утверждал, что это очень умная девочка и хорошо справится со своей работой!

Обхватив Иру за талию, он принялся вальсировать с ней по комнате. Алджир, криво усмехаясь, наблюдал за их действиями. Наконец, обессиленные, они упали в кресло. Обхватив ладонями лицо Иры, Эдрис поцеловал ее в лоб. Захихикав, Ира оттолкнула карлика и поднялась на ноги.

– Прекрасная куколка! – воскликнул Эдрис, сидя на полу и с умилением взирая на Иру. – Так ты добилась своего? Скажи мне, как же тебе так быстро удалось провернуть дело?

– Это было достаточно легко. Я две недели действовала на нервы моему бедному «папочке», прокручивая одни и те же записи и абсолютно с ним не разговаривая. Он забеспокоился, пожаловался своей любовнице, и, насколько мне известно, хотите верьте, хотите нет, она посоветовала ему, – тут Ира вскочила на ноги и стала передразнивать: – «Эту девочку надо чем-то занять. Пошли ее работать в банк. Все, что нужно бедной девочке, так это занятие и компания сверстников». С чем и согласился мой бедненький «папочка». Он заявил, что если я действительно намерена работать в банке, то он это устроит. И если я согласна, то могу приступить к работе хоть завтра, – девушка состроила гримасу. – Работа?!

Эдрис залился счастливым смехом.

– Но ведь это нас устраивает, дитя мое! Ты будешь рядышком со всеми этими долларами! О, прекрасная кукла! Как бы я хотел оказаться на твоем месте! Подумать только: несколько раз в день ты будешь находиться в окружении миллионов радужных шуршащих бумажек.

Эдрис вскочил и бросился к девушке, притягивая к ней свои коротенькие ручонки. Он обнял Иру за талию и уткнулся лицом в ее красивую грудь.

– Детка, я люблю тебя!

Ира отпихнула карлика так стремительно и с такой силой, что тот потерял равновесие и рухнул на пол.

– Не распускай руки! – повысила голос Ира. – И знай свое место!

Эдрис посмотрел на нее и криво улыбнулся. Он с трудом поднялся на ноги, на него было жалко смотреть.

– Я не хотел тебя обидеть, детка, – грустно сказал он, направляясь к своему креслицу и усаживаясь в него. – Я просто дурачился, это ведь в моем репертуаре.

– Но не в моем! – все еще рассерженно заявила Ира.

Алджир наблюдал за этой сценой с гнусной усмешкой на лице.

– Когда вы, наконец, перестанете болтать о пустяках и перейдете к разговору о действительно важных вещах?

– Девон сказал тебе, в каком отделе банка ты будешь работать? – спросил Эдрис Иру.

Она покачала головой.

– Завтра со мной поговорит начальник по кадрам. Именно он и определит, где я буду работать.

– Не забудь сказать ему, что ты можешь работать на счетных машинах, – сказал Эдрис. – Я хочу, чтобы тебя направили в отдел, ведающий учетом наличности, хранящейся в банке. Прежде чем мы начнем действовать, нам необходимо точно знать, где именно находятся «мертвые сейфы».