Научная политика. Глобальный контекст и российская практика - Галина Китова

Опыт Чили и Южной Кореи демонстрирует специфику научной политики новых индустриальных стран, успехи которых в экономической динамике и конкурентоспособности были достигнуты за счет реализации модели «догоняющего» развития. При всех различиях методов и инструментов политики ее объединяют четкая целевая направленность на улучшение национальных позиций на мировом рынке, адекватность такой цели, а также интеграция в комплекс иных, осуществляемых с этой целью усилий.

Феномен Китая

Хотя Китай можно отнести к группе новых индустриальных стран лишь условно, итоги его политики в сфере науки и технологий требуют самостоятельного рассмотрения [OECD Reviews of Innovation Policy: China, 2008]. В самом деле, с одной стороны, в последние годы Китай демонстрирует высокие темпы экономического роста, быстрый прогресс в отдельных наукоемких секторах, достаточно агрессивную политику прорыва на мировые рынки. С другой – хорошо известна уникальность этой страны, ее истории, культуры, политической и экономической систем, что заметно отличает Китай от других рассмотренных в данном разделе стран.

В частности, еще до начала рыночных преобразований Китай имел достаточно мощный научно-образовательный комплекс. Вопреки сложностям и издержкам переходного периода, сохранению весьма крупных сегментов планового хозяйства, доминированию государства в ряде сфер экономики и общественной жизни, давлению традиционалистских социокультурных установок и иным препятствиям для инновационного развития по ряду показателей Китаю удалось не только вплотную приблизиться к странам – лидерам мировой экономики, но и создать серьезный потенциал для их опережения уже к середине XXI в.

На рубеже 1970—1980-х гг. закрытая и экстенсивно развивающаяся экономика Китая столкнулась с серьезными проблемами и ограничениями, в том числе с необходимостью радикальной перестройки архаичной и неэффективной инновационной системы. Специфика китайского подхода к подобной задаче (в отличие, например, от того, как это происходило в Чили или Корее) состоит в том, что актуализация НИС здесь происходит одновременно с формированием институтов рыночной экономики. Так, в научно-технологической сфере был взят курс на максимальную концентрацию научной и инновационной деятельности в частном секторе. В результате за годы реформ доля государственных научно-исследовательских институтов в расходах на ИР снизилась в 2,3 раза, а предприятий различных форм собственности (частной, государственной, смешанной, с иностранным участием), имеющих научные подразделения и занимающихся исследовательской и инновационной деятельностью, напротив, выросла в 2,5 раза. Доля университетов несколько снизилась, но объем затрат на ИР в них вырос почти восьмикратно [China Statistical Yearbook on Science and Technology, 2004, 2006]. Эти сдвиги происходят на фоне масштабного общенационального процесса трансформации государственных предприятий всех секторов экономики в акционерные и частные предприятия.

Проблемы, с которыми в конце прошлого века столкнулся Китай при формировании современного научно-технологического комплекса, во многом аналогичны российским. Отметим чрезмерную централизацию и специализацию научной и инновационной деятельности, приоритет крупных проектов, низкую исследовательскую и инновационную активность предприятий, особенно малых и средних, их слабую восприимчивость к новым знаниям и технологиям, существенную неравномерность распределения научного потенциала по территории страны. Кроме того, в последние годы развитие ряда отраслей китайской экономики (в том числе высокотехнологичных) оказалось в жесткой зависимости от импорта технологий, продукции и услуг. Эго поддерживало и даже усиливало технологическое отставание ключевых отраслей экономики, что требовало дальнейшего роста импорта и, в свою очередь, приводило к еще большему отставанию [Лиу, Лундин, 2007; Lundin et al., 2006].

Несмотря на значительное укрепление рыночных институтов и активное участие в глобальном развитии, Китай остается скорее государственно-рыночной экономикой: государство «держит руку на пульсе», прямо или опосредованно контролирует практически все сектора экономики, включая решение амбициозных задач по воссозданию и развитию науки и НИС в целом.

Перечислим лишь некоторые инициативы, иллюстрирующие роль государства в научно-технологическом развитии Китая в период до 2008 г. [Лиу, Лундин, 2007; China Statistical Yearbook on Science and Technology, 2004, 2006; Liu, White, 2001].

• Разработка и реализация Национального плана развития науки и технологий в средне– и долгосрочной перспективе (на 2006–2020 гг.), нацеленного на формирование современной НИС. План предусматривает создание и широкое внедрение так называемых независимых (локальных) инноваций, разработанных в национальных исследовательских центрах с использованием объектов интеллектуальной собственности, принадлежащей государству, предприятиям и гражданам Китая. Он нацелен на ослабление жесткой зависимости роста экономики от заимствования технологий и фирм с участием иностранного капитала, доля которых, например, в высокотехнологичном экспорте страны превышает 85 %. Для этого предполагается увеличить долю внутренних расходов на ИР до 2,5 % ВВП (в настоящее время – 1,3–1,4 %); активизировать налоговое регулирование и стимулирование научной и инновационной деятельности; модернизировать систему государственных закупок научных результатов, технологий, высокотехнологичной продукции.

• Реализация национальных программ, которые формируются в Китае с середины 1980-х гг. в области фундаментальных исследований, создания, распространения и внедрения высоких (ключевых) технологий, поддержки малых и средних предприятий.

• Создание национального инновационного фонда и фонда поддержки фундаментальных исследований, ориентированных на содействие научной и инновационной активности университетов, НИИ, малых и средних фирм.

• Поддержка инновационной деятельности и трансфера технологий за счет использования и адаптации наработанных в мире инструментов научно-инновационной политики (развитие инновационной инфраструктуры, обеспечение благоприятного налогового климата, формирование и поддержка инновационных кластеров, создание специальных зон для размещения высокотехнологичных производств и др.).

• Активизация институциональных реформ, включая введение системы оценивания деятельности, сокращение прямого финансирования государственных НИИ, расширение их самостоятельности (привлечение внебюджетных ресурсов, диверсификация деятельности, создание дочерних компаний, преобразование государственных организаций в центры трансфера технологий и оказания инновационных услуг, технологические фирмы); повышение эффективности государственной контрактной системы; упразднение некоторых отраслевых министерств и др. Только с 2000 по 2007 г. доля государства в финансировании ИР снизилась в Китае с 33 до 25 %, а предпринимательского сектора выросла с 57 до 70 %. Напомним, что в России доля бюджетного финансирования науки все последние годы не опускалась ниже 60 %.

Комплекс государственных инициатив привел к заметному повышению активности НИИ и промышленных предприятий Китая. К инновационному процессу стали подключаться предприятия всех форм собственности. Статистические данные по импорту технологий и затратам на науку наглядно демонстрируют, что выбранная Китаем стратегия, направленная на формирование современной НИС, стала достаточно успешной. Если в 1995 г. объем импорта технологий превосходил затраты на ИР в 2,5 раза, то к 2005 г. сложилась совсем иная пропорция – инвестиции в ИР почти четырехкратно превысили объем импорта технологий. Таким образом, Китаю в сжатые сроки удалось заметно изменить контуры национальной науки и всей НИС. Это произошло в основном за счет внутренних реформ, поддержки международной экспансии национальных производителей, активного участия в глобальных инновационных сетях.

Вместе с тем опыт Китая демонстрирует наличие серьезных проблем и препятствий, с которыми сталкиваются страны, пытающиеся догонять традиционных лидеров мирового развития. Хотя в Китае стали появляться национальные фирмы, имеющие потенциал глобальных игроков мирового рынка[20], именно в высокотехнологичных секторах национальные предприятия, как правило, пока не могут конкурировать с ведущими зарубежными и транснациональными компаниями. Доминирующую роль здесь продолжают играть иностранные инвесторы, и их влияние все последние годы не снижается.

К 2004 г. вклад компаний с прямым иностранным участием в затраты на ИР в китайской обрабатывающей промышленности достиг почти 30 % (в 1998 г. – 21 %); объем добавленной стоимости – 40 % (26 %); импорт технологий – 48 % (20 %), экспорт —76 % (58 %) и занятость – 34 % (14 %). Несмотря на активную внешнюю экспансию Китая, национальные компании занимают относительно слабые позиции в международном патентовании. Они по-прежнему заметно отстают не только от лидеров мировой экономики, но и, например, от корейских фирм, которые в 2004 г. зарегистрировали только в США в 11 раз больше патентов, чем китайские. Одновременно иностранные заявители гораздо интенсивнее, чем национальные, патентуются в самом Китае. Так, в 2004 г. национальными заявителями в Китае было получено менее 20 тыс. патентов на изобретения, а иностранными – более 30 тыс. Наиболее активно действуют в Китае заявители из Японии, Южной Кореи и США.