Смысл Камня. Современный кинематограф Южной Кореи - Александр Старшинов

авторитаризма. Официально последним из них был режим военного диктатора Пак Чонхи. Чтобы не углубляться в историю, но максимально точно описать принципы его режима, достаточно привести несколько фактов о нем. Под предлогом военного положения Чонхи ограничил гражданские свободы, обещал не избираться более двух сроков подряд, но изменил конституцию и нарушил обещания, а также всячески преследовал членов оппозиции. Тем не менее многие из ныне живущих в Корее называют его главным архитектором корейского «экономического чуда». Именно на стыке таких полярных мнений и рождается южнокорейская дискуссия о роли диктатуры и ее последствий для страны и народа.

Естественно, кинематограф не стоял в стороне. Эта тема была интересна как авторам, так и зрителям. Знаковой лентой, которая во многом повлияла на южнокорейскую идентичность, стала драма «Воспоминания об убийстве» 2003 года режиссера Пон Джунхо. Эта картина основана на реальной истории убийств, произошедших в Хвасоне в период с 1986 по 1991 годы. Это дело до сих пор является крупнейшим в истории южнокорейской полиции. В среднем один полицейский, занимающийся расследованием этого преступления, потратил около 2 млн. часов на выполнение своей работы, а картотека, собранных данных на подозреваемых насчитывала более 21 тыс. человек. Удивительно и то, что на момент съемок дело так и не было раскрыто, а реальный убийца, предположительно, находился на свободе. Картина устами персонажей полицейских в том числе обращалась и к нему, как бы задавая вопрос: «Каким человеком нужно быть, чтобы совершить все это?». Дело официально закрыли только в 2019 году, аккурат перед премьерой «Паразитов» все того же Пон Джунхо. Оказалось, что убийца уже давно сидит в тюрьме, но по совершенно другому делу. Им оказался Ли Чхунджэ — рядовой машинист крана. Человек из толпы, ничем не примечательный муж и отец. Удивительно, но Пон Джунхо интуитивно почувствовал это и с высокой долей реализма передал на экране.

Все же детективная составляющая этой ленты — лишь присказка к реальной истории, которая говорит о более фундаментальных вещах. Автор рассматривает институт военной диктатуры через призму провинциальной системы правопорядка. Что-то вроде эксперимента, в котором наблюдатель воссоздает все условия для построения общества в лабораторных декорациях и наблюдает за ходом дел в этом схематичном мире. Пон Джунхо недаром выбрал реальные локации и историю. Хотя, казалось бы, временные рамки не совсем подходят для описания природы военной диктатуры, так как большая часть действий картины происходит уже в период демократизации Кореи конца 80-х, начала 90-х годов. Тем не менее зрителям демонстрируются разрушительные последствия диктатуры: упадок всех социальных сфер и моральное разложение общества. И все же центральная идея не в хронологической точности описываемых событий, а возможности их интерпретации. Зрителю, который все еще помнит ужасные события, произошедшие в Хвасоне, легко поверить в правдивость всего, что происходит на экране. Корейские медиа с пристальным вниманием следили за ходом расследования, не давая населению шанса пропустить что-либо мимо ушей. Именно поэтому каждый житель Южной Кореи что-то да слышал о Хвасонском потрошителе. Несмотря на это, многое в ленте передается имплицитно, ненавязчивые идеи переплетаются с тонким визуальным языком кинематографа и рождают законченную мысль.

Уже с первых минут автор демонстрирует положение дел Хвасонской полиции. Главный герой картины детектив Пак Думан вынужден добираться до места преступления на тракторе, так как полицейская машина попросту сломалась. И все же детектив — это человек наделенный особым правом — властью. После поломки машины он отказывается идти на место преступления пешком. А когда восторженные дети бегут за ним, он лишь отмахивается от них.

Кадр из фильма «Воспоминания об убийстве» (2003)

Декоративность происходящего закрепляется сценой осмотра места преступления. Например, местные дети растаскивают важные для следствия улики. Здесь же автор ставит под сомнение и профессионализм детектива, сравнивая его с ребенком, сидящим рядом, который повторяет за ним каждое слово и движение тела. Так рождается любопытная параллель «убийца — детектив», в которой это один и тот же человек. Связующим звеном являются кузнечики. Режиссер дважды акцентирует внимание на этих насекомых. В момент, когда мальчик прячет от детектива банку с ними за спиной, и когда такой же кузнечик сидит на теле жертвы. Таким образом, паттерн «убийца — детектив» несет идею о том, что истинный убийца — государство. Далее картина не раз будет нас в этом убеждать. Например, детектив Пак Думан, обозначенный как властное лицо, на возражение о плохом ходе дел расследования будет заявлять: «Такие как ты могут чесать в Америку».

Учитывая контекст происходящего, на ум сразу приходят жесткие меры по подавлению акций протеста в Южной Корее в конце 70-х годов. Тогда правительство в жесткой форме ответила на волну студенческого недовольства, вспыхнувшего по всей стране.

Кадр из фильма «Воспоминания об убийстве» (2003)

После первых акций протеста президент Пак Чонхи следовал принципу: «Лучший способ поймать четырёх кроликов — поймать десять, а потом отпустить шесть». Именно этот принцип работы правоохранительной системы и будет продемонстрирован в фильме.

Уже в последующих сценах автор высмеивает экстенсивные принципы работы полиции, сотрудники которой пытаются найти иголку в стоге сена. Детектив Пак Думан, кажется, совершенно не знаком с методами криминалистической экспертизы. Так, его главный метод поиска преступника — интуиция. Поэтому во время допроса полицейскому ничего не мешает обедать, обсуждать сексуальность жертв преступника и пытаться разобраться в устройстве печатной машинки. Естественно, это создает негативный образ рядового южнокорейского детектива. И все же Пак Думан — не антигерой. Это некий собирательный образ провинциального полицейского, который хоть и плохо выполняет свою работу, но отдает ей всего себя. Его методы ведения расследования крайне неэффективны, но иному его попросту не учили. Для него цель важнее средств. Ради поимки преступника Пак готов самостоятельно преступать рамки закона, совершенно не осознавая, что сам в этот момент становится преступником. Вся система, выстроенная военной диктатурой прошлых лет, отрицала образование и качественные изменения, во главу угла ставя номинальный успех. Детектив Думан является конечным продуктом военной диктатуры, которая, прикрываясь благими целями, также нарушала все рамки законодательства.

Кадр из фильма «Воспоминания об убийстве» (2003)

Наивность методов работы полиции и в дальнейшем будет одной из центральных линий повествования. Всё будет указывать на то, что главный враг общества — преступность, но не та, что рождается на улицах, а та, что взращивается в чиновничьих кабинетах.

Не удивительно, что об одном из главных подозреваемых по этому делу, умственно отсталом парнишке, Пак Думан узнает из сплетен, которые он обсуждает с девушкой после работы.

Кадр из фильма «Воспоминания об убийстве» (2003)

Методы работы с подозреваемыми, к слову, также не отличаются профессионализмом. По сюжету фильма «комнаты для допроса», в которых подозреваемых чаще всего пытают, расположены в подвале здания полиции. То есть, чтобы попасть в нее, героям фильма нужно спуститься вниз, символически опустившись на самое дно. Это закрепляется и визуально. Так, в одной из сцен детектив Чо Ёнгу в прямом смысле падает, идя по лестнице, и остаётся лежать прямо у входа в злополучную «комнату для допроса».

Кадр из фильма «Воспоминания об убийстве» (2003)

В сценах самого допроса автор отдает предпочтение маленьким замкнутым пространствам. Поэтому персонажи кажутся большими и значимыми, но только в пределах здания полиции.

Кадр из фильма «Воспоминания об убийстве» (2003)

Этот контраст виднеется в сценах, снятых на натуре, где те же герои теряют свою мнимую власть и в открытых пространствах кажутся ничего не решающими пешками.

Следующий важный пункт, отмеченный режиссером, — это облик жертв. Большинство из них — девушки в красной одежде и это не случайно. Красный цвет во второй половине XX века во всем мире ассоциировался с коммунизмом. Так это можно трактовать как метафору борьбы правительства с коммунистической угрозой.

Образ девушки также выбран авторами намеренно. Сохранилось огромное количество свидетельств о сексуальном насилии со стороны властных структур