Око Элиона. Сети Зепара - Леонид Богданович

– Сегодня, – донеслись до меня слова Сбыни, который уже давно что-то выкрикивал, – мы увидим, достоин ли Збигнев быть стражником, а новичок – стать полноправным членом нашего лагеря! Победитель поединка выходит в финал и будет сражаться за приз баронов в тысячу кусков руды! Для Збигнева сегодняшний бой – это шанс присоединиться к элитному отряду стражников и иметь все соответствующие привилегии этому статусу! Для новичка – это шанс заявить о себе! Бой обещает быть зрелищным! Делайте ваши ставки!

При этих словах Збигнев сглотнул слюну и нервно потряс руками. Было видно, что я для него лишь досадная помеха, от которой он готов избавиться, чтобы скорее получить все то, о чем увещевал Сбыня. Он не принимал меня всерьез, и я собирался этим воспользоваться. Один из баронов поднял руку к верху и, в наступившей тишине прозвучал грубый и надтреснутый голос:

– Бой!

Збигнев бросился на меня словно бык на красную тряпку. Сопровождая ревом каждый взмах меча, он обрушил на меня целый град ударов. Я блокировал, с трудом удерживая меч в руках. Вся арена гудела в унисон с лязгом мечей. Силы у моего противника было хоть отбавляй. Не покажи мне Далибор, как правильно двигаться, этот парень давно бы уже смял меня. Пока я передвигался, с трудом уходя от атак и стараясь предугадать очередной удар, у меня оставался шанс. Но в глазах зрителей я выглядел наверняка весьма жалко, ведь о том, чтобы атаковать самому, я даже и не помышлял. Постоянно отступая и убегая, я вызвал массу негативных возгласов со стороны трибун. Но и Збигнев уже устал бегать за мной, и грех было этим не воспользоваться. Когда он в очередной раз промахнулся, я нанес колющий удар в живот. Острие моего клинка встретил доспех, но зато оценка зрителей в отношении меня изменилась на положительную. Взбешенный стражник собрался разрубить меня напополам, обрушив удар сверху вниз. Я ждал именно этого. Уйдя из-под удара, я видел, как меч Збигнева увяз в земле. Доли секунд понадобилось для решения о том, куда обрушить меч, но уйдя от соблазна, я оставил шею Збигнева в безопасности, и нанес сокрушительный удар в основание меча противника. Как и предсказывал Далибор, меч Збигнева сломался, но и мой клинок настигла та же участь. Арена взорвалась торжествующим ревом. Держа обломки мечей в руках, мы кружили друг против друга, а затем я, швырнув остатки клинка на землю, сделал приглашающий жест рукой. Збигнев тоже отшвырнул испорченное оружие и налетел на меня с кулаками. Но в кулачном бою я чувствовал себя куда лучше. Нырнув под его правую руку, я нанес мощный апперкот в незащищенную челюсть, и со страхом увидел, как стражник падает на пол арены. Трибуны взревели, приветствуя меня как победителя. Я подошел к поверженному противнику и убедившись, что он еще способен подняться на ноги, решил пойти на риск. Отвернувшись от него, я обратил свое внимание на зрителей. Лица баронов выражали крайнее недовольство. Встретив укоризненный взгляд Далибора, я весело помахал ему рукой. Вдруг выражение его лица поменялось.

– Сзади! – закричал он.

Я повернулся и увидел перед собой стражника. Он подобрал обломок меча и собирался зарезать меня, нанеся удар в спину. Обломок стали летел вперед, но уже в живот. Все что я успел сделать – это выставить руку для защиты. Сталь прошла меж лучевых костей и пробив руку насквозь, порезала мне бок. Збигнев рванул обломок назад, и на серую землю арены брызнула кровь. Прикрыв рану здоровой рукой, я посмотрел на вероломного врага, и последнее что я видел – это несущаяся рукоять мне в лицо. Страшный удар сотряс голову, и сознание померкло, милосердно спасая меня от нестерпимой боли.

Блаженство забытья длилось недолго. Придя в себя я увидел, что все еще лежу на арене. Збигнев стоял надо мной, направив обломок меча в сердце. Трибуны ревели, требуя то пролить кровь, то оставить мне жизнь. Збигнев, уперев мне ногу в грудь, смотрел в сторону, где сидели бароны. Снова наступила тишина, и я понял, что сейчас лишиться моя судьба.

– Пусть этот боец будет…. – произнес все тот же надтреснутый и сиплый голос рудного барона, – …жив!

Сказал он это с явной неохотой, но что-то заставило его принять такое решение. Возбужденная арена взорвалась ликованием и проклятиями. Збигнев снял с меня ногу, поглядел с явным сожалением по поводу такого решения баронов и исчез. Я с трудом поднялся на ноги, истекая кровью, и едва снова не потерял сознание, но чьи-то сильные руки удержали меня от падения и я увидел Далибора. Не говоря ни слова, он помог мне добраться до дому, уложил на кровать и обработал раны какой-то красной жидкостью. Практически на глазах порезы закрылись, и кровь перестала бежать. Далибор дал мне выпить этого эликсира и я почувствовал что силы вновь возвращаются ко мне, а боль ослабла настолько, что я почти перестал обращать на нее внимание.

– Спасибо! – сказал я. Глядя на своего друга, который был перепачкан в моей крови, – Ты спас мне жизнь!

– В этом ты сам себе здорово помог! – со смехом ответил Далибор, – Большинство влиятельных ходоков за тебя. Я лишь успел замолвить пару слов Кажену, а тот в свою очередь этому кровопийце, поэтому ты и жив остался.

– Кровопийце Бойдану? – уточнил я.

– Да нет. – махнул рукой Далибор, – Бойдан появляется только на финальных боях. Я говорю про Невзора, которому доставляет товар Кажен. Но не обольщайся. Ты жив лишь только потому, что они ждут от тебя рецептов болотников. Только прибыли, которые сулят обладание рецептом, перевесили жажду увидеть твою смерть.

– Ну их всех. – ответил я, – Повоюем еще. А что это за чудодейственное лекарство, которе так быстро привело меня в порядок?

– Как ни странно, – ухмыльнулся мой друг, – это эликсир, рецепт которого открыл в Братском лагере Оргал. Спрос армии царя на них просто колоссальный. Помимо руды, эти целебные эликсиры – основа богатства и могущества Бойдана.

– Ого! – воскликнул я.

– Кроме того, – добавил он, – стражи Братского лагеря имеют преимущество в том, что всегда носят с собой такой эликсир. В случае сражения, они буквально моментально заживляют раны и могут сражаться дальше, а Бойдан пока не может позволить себе из-за жадности и ограниченного количества, снабдить тем же свою армию.

– Значит, я снова тебя разорил? – улыбнулся я, – Ведь такой пузырек должен дорого стоить.

– Пустяки. – ответил Далибор, – Ты в долгу не останешься, я знаю.

– Вот ты сказал, – уточнил я, – что раны от обработки эликсиром, затягиваются моментально, но моим, например, еще далеко до заживления.

– Есть три вида эликсира. – ответил на это Далибор, – Нам продают только малого и среднего действия. Мощный целебный экстракт есть только у элитных стражей Братского лагеря и у их гуру. Помимо всего прочего, ходят слухи, что у Братского братства есть рецепты, позволяющие увеличивать силу, выносливость, а также делать тело нечувствительным к боли.

– И все это есть у Оргала? – удивленно спросил я.

– Нет. – улыбнулся Далибор, – Вряд ли. Но он ведет поиски.

– Откуда ты это знаешь?

– Ладно, хватит болтать. – не ответил Далибор, – Ночь наступила. Завтра много дел. Тебе надо выспаться.

С этими словами он разбил кочергой горящие бревна и закрыл крышкой отверстие камина. Дом погрузился во мрак. Всю ночь я проспал лежа на одном боку, а к утру обнаружил, что раны затянулись и зажили. Я с наслаждением лег на спину и осторожно потянулся. Движения не причиняли боль. О вчерашнем поединке напоминали только бледные шрамы. Далибора в доме уже не было, но на столе дымилась вкусно пахнущая похлебка, а рядом стояла кружка молока с куском хлеба. Я подивился щедрости Далибора и, немного поломав себе голову над тем, где он взял молоко, ведь в лагере я не видел ни одной коровы, с большим удовольствием расправился со своим завтраком. Как только я с ним покончил в дом вошел Далибор.

– Поздравляю! – приветствовал он меня, – Сбыня теперь голосует за тебя. Он сказал что с твоей ловкостью и скоростью из тебя получится отличный боец. Но тренировки, тренировки и еще раз тренировки.

– Это отличная новость! – обрадовался я пожимая руку Далибору.

– Ну и еще.. – протянул он, – Стражники видят твои успехи, а большая часть из них недолюбливает тебя, не говоря уже о рудокопах. Они считают тебя выскочкой.

Я с улыбкой пожал плечами и беззаботно махнул рукой.

– На твоем месте, – нахмурился Далибор, – я был бы осторожнее. Думаю, что надо тебе проветриться, сменить обстановку. Посмотреть как люди живут в других лагерях. Расширить кругозор. А через дней шесть-семь вернуться назад, когда здесь малость поутихнет.

– Как скажешь. – согласился я, – А куда посоветуешь пойти? Я ведь и здесь не все задания еще выполнил.

– Направляйся в Свободный лагерь. Передашь моему другу Горану посылку.