На прикладе насечки, на сердце рубцы - Владимир Колычев

Уже стемнело, когда он вернулся домой. Даша лежала в постели, смотрела телевизор.

– Есть хочешь? – заботливо спросила она, поднимаясь.

На ней была шелковая сорочка, просвечивающая на фоне светящегося экрана. Но Степан едва обратил на это внимание. Вроде бы не устал, но вымотался. Что, впрочем, неудивительно. Тяжелое с похмелья утро, лесная прогулка с прицелом на завтрашний день, разведка местности. А еще бомжацкую одежду нужно найти.

– Хочу.

– А пивка? Холодненького?

Девушка прошла на кухню, зажгла газовую конфорку под кастрюлей с водой.

– Ты что, мысли на расстоянии читаешь? – улыбнулся Степан.

– Нет, я просто тебя понимаю. Мне кажется, что мы родственные души… Может, ну его к черту? – обеспокоенно махнула она рукой.

– Не понял.

– Ну, не связывался бы ты с Мусой. Это же так опасно! – Ее голос, казалось, вибрировал от душевного напряжения.

– Эта тварь над тобой надругалась. У него нет права жить дальше, – покачал головой Степан.

– Да черт с ним! Пусть живет! Лишь бы с тобой ничего не случилось!

– Не случится. Все будет хорошо.

– А если нет?

– Если нет, сяду в тюрьму. Отсижу, как надо, и вернусь. Ждать будешь? – отшутился Степан.

А вдруг это пророческая шутка? Вдруг менты возьмут его завтра на месте преступления?.. Но эти мысли не охладили его решимость довести дело до конца.

– Честно? – грустно посмотрела на собеседника Даша.

– Попробуй.

– Если честно, то не знаю… Нравишься ты мне очень, но ведь мы не муж и жена. Мы даже толком ничего друг о друге не знаем… Ты сядешь, а я тебя забуду… Может, и не сразу, но забуду. Извини, но я привыкла говорить правду.

– Тем ты мне и нравишься… А извиняться не надо. Я сяду, а жизнь будет идти своим чередом. Встретишь мужчину своей мечты, выйдешь за него замуж…

– Я не знаю, – вымученно улыбнулась она. – Может, я не смогу тебя забыть. Может, буду ждать… Но лучше не доводить дело до греха. Откажись от своей затеи. Забудем про Мусу, будем жить, как будто ничего не произошло. Будем привыкать друг к другу… А через год я выйду за тебя замуж. Если захочешь…

– Я захочу… Но Муса не должен стоять между нами. Он должен лежать в могиле. Только тогда мы сможем забыть о нем. Или нет?

– Да, конечно… – соглашаясь, Даша низко склонила голову, так, что ее распущенные волосы закрыли лицо. – Пока он жив, счастья не будет…

– Тогда помоги мне, и будет нам счастье.

– В чем помочь?

– Мне одежца нужна. Старая, грязная…

– Нет у меня ничего грязного… Старое от Игоря осталось, а грязного нет, все постиранное… Есть только очень-очень грязное. Штаны его на балконе, вме сто половой тряпки…

Брюки оказались чуть великоватыми, но именно это и требовалось. Завтра у него не будет времени, чтобы переодеться, поэтому грязную одежду придется надевать на чистую… Еще нашелся старый джемпер, тоже на балконе, в углу за трухлявым столом. Даша затруднилась сказать, кому он принадлежал, Игорю или его покойному деду. Так или иначе, этот свитер превращал Степана в натурального бомжа…

– Не нравится мне все это, – сказала Даша уже после того, как он сел за стол.

Она отварила ему пельмени, щедро приправив их сливочным маслом. Поставила на стол бокалы под пиво, наполнила их.

– Мне тоже. Но делать нечего… М-м, а пельмени у тебя домашние! – восхитился Степан. – Сама лепила?

– Нет, Нинка из бакалейного приходила… Ну конечно же, сама!

– Нинку твою из бакалейного уволить надо, – нахмурился он.

– Почему? – удивленно повела бровью девушка.

– Сплетни насчет тебя распространяет.

– А ты что, их собираешь?

– Нет, и даже не слушал. Но факт есть факт… Я так понимаю, все твои продавщицы в курсе, с кем ты спала.

Он хотел сказать это мягко, но вышло жестко. Даша чуть ли не до крови закусила губу.

– Ну, приезжал Валера… – выровняв дыхание, сказала она. – Так не было же ничего. Фантазируют бабы…

– Я хочу верить, что ничего не было. И если они не будут фантазировать у меня за спиной, то поверю.

Какое-то время Даша смотрела на него с каменным лицом, но вот на губах возникла веселая улыбка.

– А ты совсем не такой простой, каким казался вначале.

– А каким я казался?

– Ну, романтиком, что ли… Пришибленным войной романтиком… А ты, Степа, прагматик. Не скажу, что холодный, но расчетливый… А Нинка пока пусть работает. Баба она хоть и ушлая, но весь магазин на ней держится. Мы же с тобой на юг отдыхать поедем. Да, рассчитаешься с Мусой, и мы сразу же с тобой уедем…

– А если я сделаю его завтра?

– Тогда послезавтра уедем.

– Это ты хорошо придумала.

– Ты познакомишь меня со своими родителями.

– И с родителями, и с сестрой…

– Сколько лет сестре?

– На два года старше тебя. Но такая же красивая…

– А вот этого я чтобы не слышала! – в шутку пригрозила пальчиком Даша. – Я у тебя должна быть самой-самой, понял!

– Ну, это само собой… Сестра в Новороссийске живет, у ее мужа там особняк… Своими глазами не видел, какой, но говорят, большой.

– Особняк не может быть маленьким… А чем ее муж занимается?

– Что-то там с портом связано. Перевалка нефти, танкера… В общем, большие деньги.

– Ты мне об этом не рассказывал.

– Наверное, потому что самому неинтересно. Мать писала, что я мог бы у него работать, там платят хорошо. Но я не хочу ни от кого зависеть…

– Ты не будешь ни от кого зависеть, – покачала головой Даша. – Даже от меня. У меня магазин, но мы вместе добавим к нему второй, третий. Мы будем равноправными партнерами…

– Не будем загадывать.

– А я хочу заглянуть в будущее. Потому что ты мне очень-очень нравишься…

Пододвинув к Степану табурет, она села рядом, взяла его под руку, грудью прижалась к плечу парня.

– Так нравишься, что я больше не могу…

Он чувствовал, как вибрирует ее тело из-за влечения к нему. И ощутил, как жарко воспламенилась его кровь, как его охватило желание.

Но Даша отпрянула от Степана, вернулась на место, устыдившись своих чувств, закрыла руками лицо.

– Извини, не сдержалась. Мне кажется, что Игорь здесь где-то… Знаешь, мы возьмем билеты в СВ, будем ехать в купе вдвоем. Там не будет Игоря… Ты согласен?

Степан промолчал. Желание не проходило, и поэтому он ощущал себя ничтожеством, посмевшим предать память боевого товарища. Он по-прежнему жаждал Дашу, но еще больше хотел наказать себя. И ее тоже. И он накажет. Как бы она того ни желала, в поезде он не прикоснется к ней. Правда, узнает она об этом лишь после того, как вагон тронется…

Скорей бы это произошло. Убить Мусу, забрать Дашу и рвануть с ней в родные края. Сможет он сдержаться в поезде или нет, в любом случае это будет уже другая история, в новой жизни, которая начнется после отмщения…

Глава 12

Степан брезгливо крутил в руках баллончик в тщетной попытке найти на нем хоть одно русское слово. Английского он не знал, испанского и арабского тоже, поэтому состав аэрозоля оставался для него загадкой. Может, синильная кислота в нем или какие-нибудь ртутные пары. Может, и не было в нем ничего опасного, но воняло так, что закладывало нос. Даже настоящего бомжа могло стошнить от исходящего от него амбре. А джемпер, брюки, парик, борода, солнцезащитные очки со сломанной и скрепленной скотчем дужкой, початая чекушка водки в заднем кармане…

Он сделал все как надо. И теперь парился на душном чердаке в ожидании человека, которого должен • был убить. Площадка перед кафе пустая, ни единой машины, двери закрыты, на террасе никого, и окна | зашторены, не видно, что происходит в здании. Но * еще только утро, сказка только начинается…

Степан тщательно протер баллончик носовым I платком, забросил его в темный угол чердака. Сде- I лал несколько полуприседаний, чтобы размять застоявшиеся ноги. Окно высокое, смотреть в него можно было только из положения «стоя».

Но через какое-то время Степану пришлось изменить свое положение. Он услышал гулкий стук со стороны входного люка, увидел, как вырвавшийся снизу сноп света разбавил чердачный сумрак. Он тут же плюхнулся на пятую точку опоры, вместо бинокля в руке оказалась початая бутылка водки. Маскировка ему пригодилась, потому что в его сторону шла женщина. Грузная, обрюзглая, потому шла тяжело, вразвалку. Степан наблюдал за ней перифе- | рийным зрением, не всматриваясь в лицо. Но и без того чувствовалось, что женщина настроена агрессивно.

– Э-э, нашел, куда забраться! – натужно дыша, прокряхтела она. – А ну давай отсюда!

– Ы-ы! – не поднимая головы, мотнул ею Степан. – У-у!

– Фу, как от тебя воняет, гадина!

– Мы-ы!

__ Бомжара проклятая! Чтоб ты сдох, вонючка!.. Я сказала, пошел отсюда!

В ответ Степан снова мотнул головой.

– Я сейчас милицию вызову!

– Гы-ы! – изображая радость, закивал он.

Дескать, он не против того, чтобы оказаться в милиции. И выспится на нарах, и обедом разживется.