Последний повелитель Марса (СИ) - Рест Роберт

     В туманной дымке под нами уже можно было разглядеть холмистую поверхность кирпичного цвета, рассекаемую каналами более тёмного оттенка. Мы спускались в дельту, образованную двумя из них и увенчанную большим круглым водохранилищем.

     Местность, куда мы устремились, была пустынной — редкие кустарники, да ещё более редкие деревья — но за одним из каналов я разглядел нечто вроде селения: несколько остроконечных пирамид кучковались на ровной площадке меж холмов. Самая высокая из них находилась в центре ансамбля, в окружении более низких.

     Уэллс был архи-сосредоточен на управлении небесной машиной. Когда я всё-таки решился отвлечь его, лишь буркнул мне: “Займите кресло, Джозеф. Посадка будет жёсткой. Мы слишком быстро опускаемся — почти что падаем...” и вновь погрузился в скопище рычагов, рукояток и верньеров.

     Быстро проверив движители, я последовал его совету — и вовремя. Уэллс запустил их все на полную мощь и тряска стала сумасшедшей. Канонада взрывов в камерах слилась и была просто оглушающей — представьте себе бочку, на которую кто-то сыпет тяжёлую дробь вперемешку с камнями. А вы заперты внутри неё.

     Крепко ухватившись за подлокотники своего кресла, я смотрел на иллюминатор люка. Воздух за ним был ржаво-жёлтым от поднявшихся густых клубов пыли и почвы и был виден дрожащий оранжевый горизонт с жирной пыльно-голубой точкой солнца.

     Внезапно позади меня бухнуло увесисто и кабина резко накренилась. Посыпались на пол ящики из шкафов, смотрящих книзу. Послышался вскрик Уэллса, чья позиция, очевидно, приняла значительную часть содержимого злосчастных ящиков и тут же небесную машину потряс страшной силы удар о поверхность планеты. Я, не удержавшись, вылетел из своего кресла и скатился по полу на кучу самых разнообразных предметов — некоторые были весьма твёрдыми. Приложившись затылком обо что-то особенно жёсткое, я потерял сознание.

<p>

<a name="TOC_id20233138" style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium; background-color: rgb(233, 233, 233);"></a></p>

<a name="TOC_id20233140"></a>ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

      в которой…

     Темнота густая, липкая, осязаемая. Рядом со мной кто-то находится.

     Кто-то очень недобрый.

     Тот, кто видит меня, а я его — нет. Чувствует мой запах, а я — нет, не чувствую абсолютно.

     Тот, от кого не найти защиты всего лишь человеку.

     Жаждет схватить меня за горло лапой с длинными, острыми как лезвия, когтями и вмиг отделить мою голову от тела, отправив несчастную призрачную душу в немой утрате бессильно видеть как разрушается то, что ещё совсем недавно было её вместилищем.

     Глаза.

     Они открылись предо мной медленно, с предвкушением. Сначала был тонкий изгиб звериного прищура, затем — широко раскрытые, с плотоядным интересом ищущие, оценивающие, алчущие.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

     Я — всего лишь дичь.

     А ядовито-зелёные овалы с вертикальной острой прорезью зрачка, в котором плещется пламя — то глаза беспощадного охотника.

     Мы зрили с ним друг в друга. И он видел меня насквозь, всё моё нутро, без утайки до самого донышка, а я — не видел ничего.

     Зловещий, царапающий изнутри смех пронзил тишину и пустоту. Взгляд мой помутился, а с ним и сознание...

<p>

<a name="TOC_id20233192" style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium; background-color: rgb(233, 233, 233);"></a></p>

<a name="TOC_id20233194"></a>ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

      где Джозеф Дрейк приходит в сознание и узнаёт,

      что происходило сразу после падения

     — Джозеф, очнитесь! Ох…

     Я лежал на спине. Слегка размытые, пред моими глазами были иллюминаторы; тот, что в потолке — с зеленоватым закатным небом, и меньший, на люке, обращённом вверх и частично засыпанном мелким мусором и песком. Вероятно, от удара головой я принял их за глаза, а подавленный разум дорисовал всё остальное.

     Да уж… В жизни не испытывал такого страха.

     Уэллс сидел рядом со мной — я наконец разглядел его силуэт на фоне скошенного потолочного иллюминатора.

     — Что… с нами… приключилось, мистер… Уэллс?.. — слова давались мне как-то тяжело, — Как… вы себя… чувствуете?

     — Лежите, Джозеф, лежите. Вы стукнулись затылком и потеряли сознание. Я, как смог, сделал вам повязку и примочку из листьев коки. Она скоро подействует, потерпите.

     Кажется, она уже действовала. Я ничего не ощущал — ни в затылке, ни где либо ещё.

     Скосил глаза на Уэллса. Зрение моё уже привыкло к скудному освещению и я видел, что он время от времени болезненно морщится и стеснённо поводит плечами.

     — А вам тоже досталось… мистер Уэллс… — я опустил взгляд с его лица на грудь. — Серьёзные… поврежения… имеются?..

     — Не волнуйтесь, Джозеф, я в полном порядке. — он потёр грудь и натужно, но при том бодро рассмеялся, — Разве что немного завалило ящиками с боеприпасами и вашими специями. Да и случайным сапогом по лбу получил.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

     На его лбу и в самом деле краснела треугольная отметина подошвы сапога.