Ведьма из-за моря - Филиппа Карр

Меня не покидало чувство, что я должна быть как можно дальше от человека рядом со мной. Это чувство было так сильно, что у меня вдруг мелькнула мысль убежать: пропустить его немного вперед, потом повернуться и галопом помчаться в обратную сторону. Но куда бежать? И потом, ведь он легко меня догонит! Нет, ведь до сих пор он мне помогал: спас меня от грабителей и от того, что они могли со мной сделать, — ограбить, подвергнуть насилию. Кто знает? Я должна быть ему благодарна и все же не доверяла ему; и когда я стояла около сгоревшей гостиницы, то чувствовала какое-то настойчивое предостережение.

Я поеду в гостиницу и там буду ждать всю ночь, если его слугам удастся найти матушку, я буду вечно ему благодарна и искренне прощу его грубое поведение при нашей первой встрече.

Мы ехали рысью бок о бок. Интересно, который час? Должно быть, прошло более двух часов с того момента, как я рассталась с матушкой. Как далеко я отъехала от того места? Я просто обезумела.

Мы выехали на дорогу. Передо мной открылся вид, который при иных обстоятельствах мог бы меня воодушевить, но сейчас наполнил меня тяжелыми предчувствиями. На фоне лунного света возвышались серые башни с бойницами. Это был замок, высоко взметнувшийся на скалистых утесах, а за ним — море.

Я смотрела во все глаза на величественное строение с башнями на каждом углу. Это была крепость, построенная для обороны, с одной стороны защищенная морем, а со стороны суши — зубчатыми стенами с башнями.

— Добро пожаловать в замок Пейлинг! — мягко произнес он.

Я резко повернулась:

— Я думала, что мы едем в гостиницу?

— Нет, — сказал он, — это лучше. Я точно не знал дорогу и не думаю, что ваша матушка хотела бы, чтобы вы провели ночь в гостинице одна, без охраны.

— Но… — начала я.

— Прошу, — сказал он, — мои слуги позаботятся о вас! Не можем же мы бесцельно ехать всю ночь?

— Бесцельно? Я не согласна с вами: мы ищем матушку!

— Моя дорогая госпожа, что вы еще можете сделать? Вы же не имеете представления, куда поехала ваша матушка! Я обещал вам, что пошлю слуг обшарить всю округу. Тем временем вас покормят и предоставят место для отдыха, пока ведутся поиски. Как только ее найдут, я отвезу вас к ней!

— Почему вы все это делаете?

— Это единственный способ вести себя как джентльмену по отношению к женщине, находящейся в беде. Более того, мне очень стыдно за поведение в гостинице! Судьба дала мне случай загладить плохое впечатление обо мне. Разве вы лишите меня этой возможности?

— Вы уже загладили свою вину, но я предпочла бы остановиться в гостинице!

— Конечно, будет так, как вы пожелаете. Верьте мне, я ничего не сделаю против вашего желания. Что же нам делать? Ехать обратно в гостиницу? Нам понадобится время, чтобы найти ее, и я не могу позволить вас остаться там без охраны: ваша матушка мне этого не простит, да и батюшка тоже. Нет, судьба послала меня в нужный момент! У меня был шанс спасти вас от негодяев, в чьих намерениях я не сомневаюсь: есть бароны, которые хватают незащищенных женщин — и мужчин тоже, — приводят в свои крепости и забавляются с ними. Раньше таковы были обычаи, и эти обычаи сохранились до сих пор. А здесь я предлагаю вам гостеприимство, здесь вы будете в безопасности. Мои слуги о вас позаботятся, и я обещаю, что без промедления пошлю на поиски нескольких человек в разных направлениях. Не сомневаюсь, скоро они принесут известия о вашей матушке. Они могут сопроводить ее сюда, в Пейлинг. Это успокоит и ее, и вас, а как только рассветет, вы отправитесь домой.

Но я все еще колебалась. Я смотрела на эту мрачную, серую крепость и слышала слабый шепот моря. Что мне было делать? У меня, казалось, не было выбора. Я видела, как замелькал свет во дворе, затем засветилось окно. Там были люди. Я должна идти с ним, это был единственный путь. Я не могла бродить, как он выразился, бесцельно в ночи в поисках матушки.

Он увидел, что я начала сдаваться.

— Все будет хорошо, — мягко сказал он. Мы поднялись по склону к замку.

— Я бы хотел показать вам мой дом при более счастливых обстоятельствах, — сказал он.

Я пыталась отвлечься от мыслей о матушке.

— Вы так добры, — небрежно ответила я.

— Рад служить, но перестаньте беспокоиться! Эта ночь скоро кончится, и при свете дня все будет выглядеть по-другому! Пейлинг очень долго сопротивлялся натиску стихий, но и сейчас так же крепок, как тогда, когда был заложен первый камень. Он должен был быть крепким, отражать нашествия захватчиков и противостоять непогоде. Он построен из корнуоллского камня — тяжелого и крепкого — и служил домашним очагом многим поколениям моих предков! Фундамент был заложен во время правления Завоевателя, а позднее замки стали чем-то большим, чем просто стены, в которых можно было защитить себя и свою семью. Но вас не интересует архитектура, вы думаете только о том, как найти вашу матушку? Я понимаю и говорю об этом только затем, чтобы вы по возможности успокоились.

Мы приближались к опускающейся решетке. Холодный ветер обдувал мои щеки, я вдыхала чистый морской воздух, и опять будто кто-то меня предупреждал. Чувство было такое же сильное, как тогда, у сгоревшей гостиницы. Что я делаю, доверяясь этому человеку, который так недостойно вел себя в «Отдыхе путника»? Когда же кончится этот кошмар?

Опять я чуть было не повернула коня вспять, но сдержалась. Что я могла сделать? Я уже говорила ему, что хочу поехать в гостиницу, а он привел меня сюда. Этот человек делал только то, что хочет, я знала это. Он тревожил меня, но и странным образом волновал: я не могла определить свое отношение к нему. От него исходила мощная сила, в чем я как раз нуждалась. Я не могла не чувствовать, что если он искренне хотел помочь мне в этом трудном положении, то мог это сделать.

Я поехала вперед, так как не знала, что может со мной случиться, если поверну назад. Мы проехали под опускающейся решеткой.

— Крутой подъем, — сказал он. — Видите, какие мы сильные? Дозорный на башне мог видеть на целую милю, кто подходит к замку: с тыла никто не приблизится… разве что на лодке, но это не так-то просто.

Колум Касвеллин закричал, ему немедленно ответили. Подбежали несколько человек. Он соскочил с лошади, и один из подбежавших взял ее. Затем он повернулся ко мне, помог сойти с лошади, взял мою руку и повел через двор.

Открылась дверь. Появилась женщина с фонарем. Она сделала книксен, и он обратился к ней:

— Джемма, у нас гостья! Пусть приготовят для нее комнату и принесут чего-нибудь горячего поесть.

Она ушла, и он провел меня через большой зал в караульное помещение. У меня вдруг мелькнула мысль, что он хочет сделать меня своей пленницей. На стенах висели копья и алебарды, а по углам — доспехи.