Сатир и Муза - Андрей Афантов

Засмеявшись, спрыгнула с бревна, и её озорные глазки задорно блеснули на Алексея «снизу сбоку». Потом они долго молчали, шли по аллее, и он старался заглянуть в её лицо, ожидая оценки своему поступку, как школьник. «Исправил свою прошлую нерешительность?» Но девушка загадочно игнорировала его поступок, продолжала щебетать о чём попало.

– Пока? – они остановились около своих машин.

– Ну, как-нибудь можно ещё куда-то съездить, – её взгляд казался пристальнее, чем обычно.

Алексей удерживал Олю за руку и молчал.

– Например, можно поехать покупаться. Как вода потеплеет.

– Да, я люблю тёплую воду.

– А у тебя горячую воду уже отключили?

– Скоро должны.

– И у нас тоже.

– Да, после купания в московских водоемах хочется тщательно помыться.

– Ну, придумаем что-нибудь.

– Многозначительно звучит.

– Ага. Пока!

– В следующий раз я её… – включив двигатель, вслух сказал сам себе Алексей, запнувшись на выборе подходящего глагола. Пошлить не хотелось. – Обязательно! Он задумался, вспомнил её ждущие глаза. «Нет, так нельзя останавливаться – не простит ведь». Его немного помучили угрызения совести. «Всё-таки у меня же есть Света. Правда, ведёт себя как последняя дура, но я же не собираюсь ей этим мстить. Разок – всё!» – Лёша уговорил сам себя, и сладкое предвкушение Олиного тела охватило его. Впереди идущая машина показала буквы КУ на своем номерном знаке: «Интересно, в её понимании КУ – это что?»

Глава 2

2003 год, 22 мая, четверг, день. Месяц спустя.

Ольга любовалась Алексеем через весь зал. Тот не видел её, уставившись в компьютер. Иногда он начинал шевелить губами, стесняясь материться вслух. «И с чего это я взялась развивать в нём творческое начало? Тоже мне – утончённый ценитель прекрасного. В нём богемности – ни капли». Ольга присмотрелась. Черты лица Звонарёва как-то неуловимо вытянулись, словно у волка, вынюхавшего добычу. «Сейчас бросится», – мелькнуло у неё в голове, и точно, Алексей что-то быстро щёлкнул пальцами по клавиатуре и откинулся на спинку офисного стула с видом победителя. «Хищник, сейчас он зверь», – Ольга шевельнулась, ожидая, что он заметит её среди множества сотрудников. Карповой захотелось увидеть, как преобразится и смягчится его лицо. Как заискрятся чувством глаза, вытесняя агрессивность. Но Алексей ничего не заметил, а снова наклонился к монитору и быстро-быстро замолотил пальцами по клавиатуре. «Ладно. Пошла я, – приказала сама себе Ольга. – Ему сейчас мешать не стоит. А то разочаруюсь». Ольга снова обернулась и снова убедилась, что вид Алексея нисколько не изменился. Она опять увидела в нём хищного зверя и внезапно вообразила на себе приятную тяжесть его сильного крупного тела. От этого фантомного ощущения ей вдруг стало приятно, и она простила ему невнимательность: «А ведь я им таким горжусь!»

2003 год, 22 мая, четверг, вечер.

Полураздетая Ольга замерла наедине со своими мыслями, уставившись в окно на Москву. На оставшуюся за спиной кровать она старалась не смотреть. Алексей шумно мыл ванну. Она понимала, что интрижка, зародившаяся как лёгкий флирт, скорее, просто, чтобы поднять настроение, вот-вот превратится в сексуальное приключение. «Необратимое ли?» Карпова признавалась сама себе, что уже давно была готова изменить Стасу. В глубине души. Она вспомнила, как раздражали её ставшие за десять лет пресными отношения, отсутствие возбуждения во время редкого секса со скучным мужем. «Но это же просто самооправдание, – сказала Оля сама себе. – Тебе хочется этого приключения. С другим мужчиной.

В конце концов, Стас ни о чём не узнает». Ей уже случалось несколько лет назад ему изменять, и всё обходилось. Правда, та пара измен не доставила никакого удовольствия и вообще не тронула душу ничем ярким. С Алексеем всё должно быть по-другому. Ольга это предчувствовала, но не могла никак объяснить свои ощущения. Звонарёв был другой. Стас покорял жену своей силой, а Алексей? Чем? «Но он же меня любит! – Ольгины мысли вернулись к мужу.

– Немного неуклюже, но любит. Меня!» Её охватило чувство вины. «Может, на фиг? Лёша поймёт. Он, похоже, сам никогда не изменял жене. Зачем я его затянула сюда? Тихонько одеться и сбежать!» Ольга услышала за спиной шаги Алексея. Её охватило волнение, как перед экзаменом. Она вдруг засомневалась в своих чарах. Оля так и не решилась обнажить свою маленькую грудь и оставалась в лифчике. Она знала, что её спину портили несколько плохо заживших язвочек, оставшихся с подросткового периода. «Да и попа не самая красивая, когда я не на каблуках». Ни колготки, ни трусики она тоже не успела снять, предавшись своим сомнениям. «Вот сама Лёшу дразнила за неуверенность, а сейчас трушу. Чего он медлит?» Девушка встрепенулась, поняв, что Алексей почему-то не приближается к ней. «Любуется мной?» Начиная раздеваться, она гадала, каким будет его первое прикосновение?

И!

Всё оказалось неожиданным.

Алексей произнёс, медленно смакуя, каждое слово:

– Олечка… Я… Тебя… Люблю… – и поцеловал её сзади в изгиб, где шея переходит в плечо. Поцелуй был неспешным, нежным, успокаивающим. Но возбуждение хлынуло вниз тёплой волной, трусики намокли, и Ольга расправила плечи, подаваясь назад, словно требуя прикосновения его рук. Алексей поцеловал её ещё раз, теперь в затылок, не прекращая ласки языком там, где растут особенно вкусные беззащитные волосики, расстегнул застёжку лифчика, и тут же поймал обе груди огромными ладонями в нежный плен. Ольгины мысли замедлились в сладком тумане – она забыла о своих страхах и сомнениях, просто подставляла Алёше всё новые и новые места под поцелуи, не помня про свою послерабочую немытость. Но Алексей уже забыл о том, что готовил ванну. Наоборот, запах её тела, лишённый оттенков мыла и шампуня, возбуждал в нём что-то звериное и неукротимое! «Как она пахнет!» – подумал он, вдруг ощутив, что кое-кому надоела долгая прелюдия и тот рвётся на волю.

– Пусик! – позвала его Оля, с трудом удерживаясь на ногах.

– Идём, – он подхватил её на руки и понёс в ванну: «Ну, раз я пусик, будешь пусечкой».

Дверной проём оказался узок для обоих, и Оля, воспользовавшись заминкой, по-быстрому стащила с себя колготки вместе с трусиками, скомкала их так, чтобы он не разглядел, насколько она его хочет!

Зажмурившись от яркого света в ванной, девушка юркнула в воду, снова застеснялась и открыла глаза, только когда Алёша стал садиться у неё в ногах. Возбуждение его она чувствовала ещё в комнате, но смотреть на него боялась. И вот теперь, когда Лёшины бёдра оказались под её раздвинутыми бёдрами, Ольга скользнула в горячую воду, стараясь уйти поглубже плечами, и обхватила его кулачками. Ощущение внезапной мощи сбило Оле дыхание: она впервые встретилась с Алексеем глазами, чтобы тут же слиться в страстном обжигающем поцелуе. Нирвана горячей ванны разливала эротическое возбуждение по всему Ольгиному телу, и прикосновение его холодной груди к сосочкам (Алексей не смог поместиться в ванне целиком) стало приятным контрастом, усилившим эффект. Лаская друг друга, они включили воду струйкой, чтобы не давать ванне остывать. Алексей увлёкся игрой, и Ольга, распарившись, первая вспомнила, что поводом снять номер в «Шератоне» было мытьё! Она встала, а Алёша остался сидеть в ванне. Сияющими от восторга глазами он любовался, как отвернувшаяся из ложной скромности девушка намыливает своё блестящее тело. Не выдержал, начал помогать ей снизу, не вставая. А доставал он далеко! И Ольга наслаждалась его ладошками на своих бёдрах, между ними, на попе. Его шустрыми нежными пальцами везде-везде. Её качало от возбуждения, когда Алексей выбрался из воды, завернул её, как маленькую девочку, в огромное белое полотенце.