Научи меня - Алекса Райли

эта ванная комната создана для семейной пары. Мне не следует находиться в ней, потому что я предполагаю, что это дом, который он создает для своей будущей жены. Хотя, полагаю, это не имеет значения. Большинство мужчин, ведущих такой образ жизни, не планируют когда-либо хранить верность, так какое им дело до того, что другие женщины используют это пространство раньше? Честно говоря, не думаю, что мужчины обращают внимания на такие вещи.

У меня скручивает желудок от собственных глупых мыслей. Я не знаю, почему ругаю себя и расстраиваюсь по пустякам. Я должна быть благодарна. Я не могу вспомнить, когда в последний раз принимала ванну и ела так, как сегодня вечером.

Я собираюсь забраться в огромную удобную кровать, зная, что сегодня ночью я в безопасности. Мне не нужно подставлять стул под дверную ручку, потому что я боюсь, что замка будет недостаточно. Мне не нужно бояться, что кто-то с другой стороны хочет причинить мне боль. Я в безопасности, но все равно мои мысли сосредоточены на плохом.

Глядя на себя в зеркало, я задаюсь вопросом, хорошо ли это. За все приходится платить, и сосредоточенность на плохом помогает мне бороться с влечением, которое я испытываю к Ризу. Я хочу защитить свое сердце, потому что он так легко может забрать его у меня. Не нужно много усилий, чтобы заставить меня делать все, что он хочет. В нем есть что-то милое, но в то же время требовательное, и это заставляет меня сдаваться.

Над головой вспыхивают огни, привлекая мое внимание к одному из окон. Я выглядываю наружу и вижу, что идет сильный дождь. Сколько я себя помню, я всегда ненавидела грозы, поэтому поспешно готовлюсь ко сну. Я хочу спать, и если в доме отключат электричество, понятия не имею, насколько все будет плохо. Я прохожу мимо своих вещей и захожу в гардеробную Риза, чтобы взять футболку. Я решаю оставить свет в ванной, а дверь приоткрыть, чтобы в спальню проникало немного света.

Когда натягиваю на себя одеяло и устраиваюсь поудобнее на огромной кровати, меня окутывает запах Риза. Я прижимаю к лицу одну из подушек и вдыхаю его запах, и каким-то образом даже его запах возбуждает меня. Я сжимаю бедра вместе, мысленно возвращаясь к сегодняшнему вечеру вместе, но в этот момент гром гремит так громко, что кажется, будто он раздается прямо за стенами дома.

Я поднимаю голову с подушки и вижу, что свет в ванной выключен. Я вздрагиваю, когда снова сверкает молния и гремит гром. Прежде чем осознаю, что делаю, я вскакиваю с кровати и мчусь к двери Риза. Я не должна этого делать, но меня уже ничто не остановит.

Я медленно поворачиваю дверную ручку, не желая его будить, проскальзываю в его комнату и на цыпочках подхожу ближе. Мои глаза лучше приспособились к темноте, и я вижу его силуэт на маленькой кровати, и у меня щемит сердце от того, что он отказался от своей огромной кровати ради меня.

Я не могу понять, почему он продолжать быть таким добрым ко мне. Он мог бы добиться сегодня вечером большего, сказав, что нам нужно разделить постель. Я уверена, что одно привело бы к другому. Видит бог, если бы он прикоснулся ко мне, я бы сдалась. Я не могу перестать думать о его прикосновениях и о том, как мое тело жаждет большего.

Снова раздается раскат грома, и у меня вырывается крик прежде, чем я успеваю его остановит. На этот раз огромный дом сотрясается. Риз оказывается на мне. Я оказываюсь на кровати и прижата к нему, прежде чем успеваю перевести дыхание.

— Хайди. — Рявкает он мое имя.

Я не уверена, кричит ли он на меня или убеждает себя, что это я, а не кто-то, кто вломился в его дом. Нет, я та странна девушка, которая прокралась в его комнату и стояла над его кроватью.

— Я испугалась, — спешу сказать я. Его крепкая хватка на моих запястьях ослабевает, но он не двигается.

Мое тело начинает реагировать на то, как мы расположены: он нависает надо мной, прижимая меня к кровати. Мои бедра широко раздвинуты, а он зажат меня ними. Я быстро осознаю, что не надела трусики под его футболку, и чувствую, как его возбужденный член прижимается к моему лону. Нас разделяет только тонкий слой его боксеров.

— Тебе не нужно ничего бояться, когда ты под моей крышей.

— Хорошо, — выдыхаю я, не уверенная смогу ли произнести сейчас еще что-нибудь. Все мое внимание сосредоточено на том, чтобы не приподнять бедра и не потереться о него.

— Ты мокрая. — Я зажмуриваю глаза, потому что так оно и есть. Я ничего не могу с собой поделать, и, наверное, намочила его боксеры, но я надеялась, что он этого не заметит. Он переносит часть своего веса на меня, и его член прижимается прямо к моему клитору. — Не можешь уснуть?

— Нет.

— Ты хочешь, чтобы я помог? — спрашивает он, опуская голову. Его губы скользят по моей шее, и теплая дрожь пробегает по моему телу. Мне нужно больше, и я трепещу от желания.

— Пожалуйста, — умоляю я.

— На этот раз здесь нет никого, кто мог бы меня остановить, да? — Я отрицательно качаю головой. Это должно пугать меня, но только еще больше заводит.

Он проводит зубами по моей шее, заставляя меня застонать, когда трется об меня своим твердым членом.

— Я мог бы протянуть руку, вытащить свой член и вонзиться прямо в тебя. Тогда между нами действительно ничего не будет.

— Риз. — Мои бедра дергаются, приглашая его сделать именно это. Я так растворяюсь в нем, что меня не волнует ничего, кроме того, что он прижимается ко мне.

— Я заставлю тебя забыть всех мужчин, которым ты позволяла играть с собой раньше, — рычит он мне в шею.

Я прикусываю нижнюю губу, чтобы ничего не взболтнуть. Он думает, что я сексуальная женщина, которая может работать в стриптиз-клубе. Он не знает всей правды о том, насколько я неопытна на самом деле.

Риз всегда старается быть хорошим человеком и поступать правильно. Но когда мы становимся такими, как сейчас, проявляется другая сторона. Мне нравится думать, что я заставляю его делать это, но потом я напоминаю себе, что он был в стриптиз-клубе. И все же я не хочу, чтобы он знал правду, потому что боюсь, что он отстранится и попытается поступить так, как, по его мнению, будет правильно.

— Я хочу только тебя. Пожалуйста, — снова умоляю