Берег надежды - Алексей Валерьевич Исаров

пронеслась чёрной молнией Намира, вырвав душу из кракалевна. Перехватив её, драконесса замерла на миг, а затем направила энергию по краям площади, расшвыряв сражающихся драконоподобных. А Сурт уже приземлился на площадку почти у вершины пирамиды, схватил передними сына и с силой швырнул его в насекомых, выходивших из помещений верхнего этажа. Зорату пришлось подкорректировать свою траекторию телекинезом, чтобы не грохнуться неуклюже вместе с жизнекосцем, а приземлиться на лапы, оторвав врагу голову на тонкой шее. Отец уже перепрыгивал над ним, повергая новую волну стражей пирамиды:

— Сейчас я и выясню, что вы здесь прячете!

Несмотря на их успешную атаку, враги были повсюду, однако ни взрослого, ни юного дракона это не испугало. Наоборот, азарт, охвативший Зората с самого начала схватки, достиг своего апогея. Распахнув крылья, скрутив хвост, чтобы его не отсекла вражеская лапа, он таранил здоровенного кракалевна, завалив его на двух задних, и только когда прикончил их осознал, что убивать больше было некого. Во всяком случае, временно.

Чтобы закрепить успех, Сурт поставил щит на входной проём, не пожалев на длительное заклинение целую душу и, наконец, осмотрел зал в фокусной точке кобнической пирамиды. В нём находился лишь стол с кристаллической коробкой под перевёрнутой вершиной вниз пирамидой на потолке.

— Ещё одна линза, — догадался Сурт. — И… — он открыл шкатулку и вытащил оттуда табличку с неведомыми письменами. — Вот почему их варбы были лучше наших. Они почти не тратили свою волю и не концентрировались, только формулировали желание и отправляли его Вселенной. Хитрые лентяи, такая пирамида своим временем не ограничена. Иди сюда, Зорат, поможешь мне обратить оружие против создателей.

* * *

Проникнуть в кристаллический дворец было куда сложнее. Стоявший на нём щит, высасывающий души подлетающих захватчиков, не получилось снять снаружи. Однако драконы не потеряли надежды пробраться в цитадель по подземным переходам, обнаруженным под улицами города. Иногда на пути осадных отрядов возникали ловушки и препятствия, сильно сокращавшие численность «лаз-утчиков». Впрочем, предводители групп уверенно вели своих собратьев дальше, не считаясь с потерями.

Никто даже не обратил внимание, что возглавлявший атаку Нергал уже долгое время оставался позади стремительно движущегося фронта. Война продолжится и без него, но кроме него некому будет проститься с его единственной самкой, Эрешкихалью.

Нергал смог поднять голову, лишь когда услышал приближавшегося к нему кракалевна. Он был крупнее остальных и выглядел зверски.

— Думаешь, ты потерял всё? — обратился к Нергалу кракалевн уродливой, но понятной речью, щёлкающей и жужжащей. — Это я, царь Цпрск, потерял всё.

— Освободить тебя от горестных мыслей, уродец? — Нергал приподнялся на задние лапы, покачнувшись влево-вправо, метя удар.

Нергал себя не жалел, а врага своего тем более, вкладывая в заклинания даже энергию, необходимую для поддержания жизни. Природная броня жизнекосца трещала и лопалась, когти рвали мясо. Но завалить Цпрска оказалось нелёгким делом — несмотря на удары, кракалевн то ли с навской поддержкой, то ли лишь за счёт своей ярости нашёл силы наброситься на Нергала. С него слетали обрывки шкуры и мышц, отрезаемые жвалами и клешнями, но Нергал не вкладывал прану в защиту, лишь начал сильнее прижигать Цпрска, ревя от боли и желания убивать.

Казалось бы, те раны, что были нанесены противникам, не были совместимы с жизнью, но Нергал и Цпрск продолжали драться. С дракона слезли шерсть и плоть, в побитого кракалевна вгрызались практически одни кости и сухожилия. Может быть, душой и сознанием противники уже умерли, а тела дрались лишь по инерции, поддерживаемые заклинаниями.

Восьмая глава — Трон Солкара

Чтобы проникнуть в сеть тоннелей, войскам пришлось произвести вылет на далёкую и весьма опасную территорию, и спуск в тоннели осложнялся не только наличием ловушек, но и отчаянным сопротивлением некоторых охранников.

Когда драконы наконец поднялись в освещённые зелёными светильниками кристаллические переходы будто выращенного из земли дворца, от нашаран остался лишь небольшой отряд во главе с Солкаром. Впрочем, и кракалевны уже почти не огрызались, большая часть защитников уже встретила свою погибель, стремясь не допустить завоевателей в святая святых своей цивилизации. Последнее отчаянное усилие сломило остатки сопротивления. Солкар самолично разметал последних кракалевн, первым пробираясь во вражескую цитадель.

Тишина гулких залов не сочеталась с кипевшей жаждой убийств драконьей кровью. Крылатые чувствовали себя контуженными этой тишиной и ожидали засаду или ловушку за каждым поворотом, но беспрепятственно дошли до самого тронного зала.

— Я сам, — Солкар отобрал у одного из спутников копьё с широким листовидным наконечником, двинувшись вперёд. — Кто знает, что за тварь там сидит. Не хватало ещё нам поубивать друг друга, попав под её влияние.

Под высоким и сводчатым потолком уместился бы парусник. У колонн базилики стояли сосуды, полные сияющих кристаллов, а под каждой аркой — блестящие металлом статуи уродливых существ. У дальней стены в огромном алькове на постаменте высился трон из слабо сияющего зелёным камня — может быть даже радиоактивного. Этой сокровищнице не хватало только хозяина — грозного повелителя, способного удержать всю эту власть в своих лапах и не умереть ни от козней придворных, ни от зависти соседей, ни от губительного излучения собственных артефактов.

Солкар осторожно двинулся к трону, опасаясь, что невидимый взгляду враг притаился совсем близко. Чуть приподняв хвост и прижав уши, он скалился, и, прежде чем сделать шаг, слегка раскрывал крылья, готовясь взлететь, если пол под ним внезапно провалится. Другие члены отряда были глупее и смелее — они разбежались по залу, загребая себе в карманное энергокристаллы, как самое ценное сокровище в их представлении. Солкар рявкнул, тряхнув копьём:

— Вам было мало душ врагов? Что после вас останется вашим потомкам?

— Да ладно тебе, они об этом и не узнают! — смешливо ответил молодой дракон с диким ирокезом вместо гривы на голове. — Ты бы лучше быстрее свою задницу на трон посадил, пока Аменемхат не пришёл и всё себе не заграбастал!

— Зачем ты полетел с нами в Нашар? — Солкар с подозрением направил на него копьё. — Трон был и там, на Хардоле. И Аменемхат, пусть и умнее и достойнее тебя, не ест с едой камни, как глупая