Ухожу... пока не поздно - Ольга Резниченко

(невольно поежилась, осознавая свои чувства)

Красивый, заботливый, сдержанный, … нежный.

Резко отвернулась, потому что чувствую, чувствую, как жар захватывает тело, туманя сознание, заставляет взволнованно, часто дышать, бешено колотиться сердце.

Неспешно прошлась по комнате, пытаясь удержать на лице непринужденность, равнодушие (нервно комкая платье в руках).

- И как? - неожиданно отозвался, - согрелась?

- Д-да, конечно. Спасибо, - спешно протараторила я. Пытаюсь повесить, расправить свое платье.

- Что ты там с ним мучаешься? - радушно заулыбался Аско и подошел ближе (чувствую, чувствую его рядом, от чего еще больше волнуюсь).

- Да вот жалко, что намокло. Мне оно так нравиться.

- Забудь, я тебе сотню таких куплю.

- Н-не надо, - нервно шлёпнула, и тут же обернулась.

Близко, слишком близко мы оказались друг другу. Дрожу, взволновано, возбужденно дрожу, а взглядом боюсь и на мгновение дрогнуть, посмотреть ему в глаза. Не отрываюсь, не отступаю. НЕ МОГУ.

Молчу, нервно проглатывая дурные чувства.

***

(Асканио)

Нежная, робкая, хрупкая… меня тянуло, тянуло к ней неведомой силой. Ее тепло, ее аромат… Это - нечто. Словно яд, разливались во мне мои чувства, подталкивая на безумие.

Напряжение. Напряжение между нами нарастало с невероятной скоростью, грозя взорваться непоправимым.

Дрожала, дрожала от волнения.

Так хотелось ее обнять, обнять, успокоить. Прижать к сердцу.

Невольно дернулась - и как щелчок: Приказы отданы. Тут же схватил, схватил в свои объятия Амэли, словно кто-то пытался отобрать у меня ее. Не отдам, не отпущу! Моя!

Я молил, молил, рычал… приказывал себе остановиться, но не мог.

Впился поцелуем в губы…

… сошел с ума.

Ответила. Ответила мне взаимностью!

О, Небо!

верх… верх всех блаженств.

Предел мечтаний…

Словно кто-то лишил меня разума… Полный дурман, неистового желания…

Бесконтрольные порывы удовольствия.

Жадно прижимал, прижимал к себе, желая постоянно ощущать ее всем, своим телом.

Выгнула, выгнула свою шейку, давая мне больше свободы для безрассудства.

Ласково касаясь языком ее бархатной, нежной кожи, спустился похотливой дорожкой от ушка к ключице. Жадный поцелуй и тут же слизал капли воды, застывшие в ямочке.

Несмело дернул за ворот халата, дабы открыть, добраться до ее красивого плечика - и хрупкая конструкция неосознанно рухнула, утеряв свои оковы. Невольно отодвинулся, дабы насладиться красотой наготы желанной, безумно желанной мною женщины.

Сорвался, сорвался, окончательно теряя контроль.

Жадно подхватил себе на руки и спешно понес на кровать.

Моя.

***

(Рита)

Задыхаюсь. ЗАДЫХАЮСЬ, теряя сознание.

Боже, РИТА! ОСТАНОВИСЬ! НЕЛЬЗЯ!!!!!!!!!!!

… но ничего не могу с собой поделать. НЕ МОГУ!!!!!

Бережно уложил на кровать и тут же повис сверху. Ласковый, короткий поцелуй в губы, а затем похотливо прижался, прильнул губами к груди. Жадно облизал сосок и вобрал в себя, сжав до легкой боли.

А руки, руки властно обняли за талию, коснулись ягодиц, прижимая к себе. Нежно провел по внутренней стороне бедер, и бережно обхватив их, немного отвел, развел в стороны

(Мамочка!)

обвилась, обняла его за пояс и жадно прижалась всем телом.

Чувствую, чувствую каждой клеточкой свое Божество…, своего Асканио…

и тихо, тихо так, робко, едва слышно (на пределе эмоций) стону от счастья,

безумного удовольствия.

А то, а то… что будет после - уже неважно.

Впилась, впилась голодным поцелуем в его губы, вбирая, втягивая в себя его язык.

Аско!!!!!!!!!!

Немного отстранился, отодвинулся, спешно снимая с себя лишнюю одежду - и снова прижался ко мне.

Поцелуи в грубы, шею… грудь…. Нежные ласки… спускаясь к низу животу - невольно выгнулась и застонала.

Понимаю, понимаю - что за это безрассудство еще не раз поплачусь. И иду, ИДУ НА ЭТО!

Асканио!!!!

Бережно обнял меня за талию и пододвинул под себя, нависая, укрывая, пряча под собой.

Еще, еще мгновение - сомнений, робости. Еще, еще мгновения… за чертой -

… и вошел, ворвался, заполнил всю меня.

Дико, жадно закричала от удовольствия. От предела волнений, чувств и НЕИСТОВОГО УДОВОЛЬСТВИЯ вмиг потемнело в глазах. И снова, снова рывок - а я уже себя не контролирую.

Целую, обнимаю, прижимаюсь, двигаюсь. Дарю свое счастье ему, без предрассудков.

Жадно впиваюсь когтями в кожу, кричу, кусаюсь - от дикого безумия, от переизбытка эмоций - а голова кругом.

СУМАСШЕСТВИЕ.

Его. Его. Его.

Еще, еще, еще… и так до бесконечности… умоляю! Глава Пятнадцатая

***

(Асканио)

Давно я не был так счастлив. Если вообще когда-то… им был.

Словно мир перевернулся - и в мой ад… нечаянно ворвался, свалился Ангел.

Такой чистый, нежный, хрупкий. Я нужен ему, ей, чтобы жить, и он, она мне нужна - чтобы мог существовать я.

Впервые за долгое время заснул с улыбкой на устах. Счастливой улыбкой. Крепко, по-детски жадно. Обняв единственную, дорогую, желанную женщину. Обняв ЛЮБИМУЮ, отпустил бренный мир, не боясь… что сон растает.

Я знал, знал - теперь всё будет по-другому, по-другому в моей жизни.

Теперь я нашел смысл… своей вечности.

Я счастлив.

***

(Рита)

Вот и всё. Всё, я сломала последнее, что у меня было.

Зачем, зачем я ему? Добился, добился - больше во мне нет… ничего ему интересного… Сказка начинает уже… попахивать реальностью.

Завтра, завтра, с восходом солнца, …

не утро, не рассвет придет - а жестокая, кровавая правда.

Откроются тайны - и я останусь одна, с разорванным сердцем.

В охапку сгребаю свои вещи. Мигом натягиваю штаны, футболку, кофту…

Едва слышно, едва уловимо…

И убегаю.

Ухожу, ухожу, прежде чем окончательно пойму, что произошло.

Прежде чем осознаю свое счастье - и тут же его потеряю.

УХОЖУ, ПОКА НЕ ПОЗДНО. Часть ВТОРАЯ

Из шатких карт построенный наш Замок,

Фундамент кладенный - из лжи.

Сейчас я выдираю пику даму,

И пусть разрушаться все сны.

Глава Шестнадцатая

***

(Рита)

Бреду, бреду босяком по лужам.

Небо. Небо, зачем ты плачешь со мной на пару?

Тебе так же больно, как и мне?

Не верю.

Автостопом. Добраться бы домой и забыть всё к чертовой матери. Выбросить из головы.

Напиться валиума и провалиться в сон.

Ловлю авто, ловлю удачу.

Закончен бал, моя карета давно превратилась в тыкву.

Что же, Золушка, сама хотела Сказки.

А теперь - тряпку в зубы, и добела вычищай… свою паршивую, больную жизнь. Нет, нет в ней больше Асканио.