Ухожу... пока не поздно - Ольга Резниченко

- Здравствуй, здравствуй, - мило улыбнулся мой спутник.

Радушно пожали друг другу руку.

- Какими судьбами здесь? - продолжил незнакомец, но вдруг, тут же осекся, - Ой, простите мое невежество! Георг Полонский, - вежливо склонил голову, обращаясь уже ко мне.

(нервно дернулась, пристыжено сжалась)

(Т-тот САМЫЙ Полонский????)

- З-здравствуйте.

- А это - Амэли, - любезно представил меня Асканио своему другу, - Современная талантливая художница. Лично я - восхищен ее творчеством и всем советую.

- О-го-го! - неожиданно (громко) вскрикнул мужчина, удивленно замотав головой, - Если Колони рекомендует, то значит, это, действительно, - что-то невероятное. Обычно, - немного наклонился ко мне, коварно улыбаясь (словно хочет выдать страшную тайну), - Асканио, говоря об искусстве, не превышает черты "забавно", "неординарно". А тут - "талант!"

- Так и есть. Я мало кого могу выделить. А Амэли - достойна этого звания.

- Ах, - (наигранно) тяжело вздохнул; короткая пауза - и продолжил, - А что именно? Пейзажи, марина, натюрморты…?

- Живопись. Памятники, - спешно отозвалась я.

- Акварель? Масло? Графика? Гравюра?

- Акварель и графика. Но больше - графика.

- Очень интересно, очень. Надеюсь, пригласите меня на выставку своих работ?

(замерла в шоке, замялась)

- К-конечно.

- Вот и солнечно! Я буду ждать с нетерпением! - (глубокий вдох, меняя тон на более приземленный). - Ладно, ребята, давайте уже пойдем в Читальню, а то все давно уже собрались и … ждут нас.

***

- Здравствуйте-здравствуйте! - радушно заулыбался Георг, и тут же развел руки в стороны, будто хотя обнять всех сразу.

(заулыбались дамы и господа; кто ответил, а кто - лишь кивнул головой)

- Смотрите, кого я вам привел! - и тут же отступил шаг в сторону, дабы могли нас хорошо рассмотреть. - Асканио представлять ненужно. А вот даму, пожалуй, можно, - (слегка дотронулся до моего плеча, словно обнимая) - Амэли. Юное дарование мира художников.

Внимание, - (поднял вверх палец, выдерживая паузу - взывая к интриге) - Сам Колони пленен ее талантом!!!

- Очень интересно, - неожиданно отозвалась одна (важная, самодостаточная) дама. - А фамилия как? Может, мы уже слышали о Вас?

- Б-бренская, - едва слышно, спешно, прошептала я, краснея от жуткого волнения.

(мило улыбнулась женщина, но промолчала

- естественно, не слышали)

- Не стойте у порога, присаживайтесь, дорогие гости…

***

Оказалось, что здесь собрались известные деятели искусства Италии, России, Франции, Чехии, Германии, Польши и Великобритании. В одном месте. В одно время. Ежегодные посиделки, или как потом назовут все это литературоведы - тайный съезд Творческих Дарований Бренного Мира.

Их имена я не раз сама называла (восхищаясь современным искусством перед близкими), не раз про них читала статьи и публикации, эссе и критику. А одного скульптура работу "Девица" даже пыталась переделать под своего "Ангела".

В общем, слов нет, одни эмоции.

Асканио нехотя поддерживал светские беседы, в основном, если тема переходила на что-то близкое мне, и я набиралась смелости вести разговор с тем или иным человеком.

Правда, если бы не Аско, я бы от волнения давно уже растворилась. И вообще пары с уст не выпустила, а не то что - беседа.

Бережно прижимал меня к себе, ухаживал, интересовался, как я, не скучно ли

(не раз игнорируя чужое внимание и вопросы)

Золотой, золотой ты мужчина, Асканио.

И я - тебя… недостойна.

Ты скоро сам все это поймешь… и бросишь меня. Бросишь.

Жадно прижалась в ответ, будто прощаясь, уже прощаясь… Глава Четырнадцатая

Около пяти вечера, когда уже Замок отправлялся на покой, мы с Асканио, откланявшись новым знакомым, дав слово (ааааа! застрелите меня!) некоторым (а среди них - известные художники, писатели, музыканты и скульпторы) обязательно пригласить на выставку моих работ, наконец-то отправились наслаждаться прелестями Феррары.

Эх, Рита, Рита. Глубже дыши - иначе сознание потеряешь от счастья.

Прогулка пешком… по улочкам Старины, нежные объятия заботливого (милого сердцу) мужчины, и сладкая беззаботность взрывались мотыльками радости, удовольствия в моей глупой голове.

Отпустив поводья цинизма и рассудительности, отдалась на волю Сказке.

***

- Черт, дождь начинается! - едва слышно пробурчал Асканио и крепче меня сжал, пряча в объятиях. - Нужно отправляться в отель.

- Нет, ну, еще не факт, что будет.

(и, как назло, тут же язвительная капля ужалила меня, лишая сомнений)

- Эх… Не свезло.

Резко отшатнулся, проворно стянул с себя пиджак и тут же накинул его на меня. Снова обнял, укрывая от холода.

- Пошли, а то не нравиться мне то, что затевает природа...

***

Холодный, колкий, морозный ливень обрушился на нас, злобно вгрызаясь своими когтями в тело.

Не спасал и пиджак Асканио.

До дикой, морозной дрожи, гусиной кожи, цоканья зубами и истерических попыток сжаться, удержать в себе жизнь, измучивал меня дождь.

Жадно прижималась к Аско, пытаясь раствориться в его объятиях, скрыться в его тепле.

Спешные шаги, едва не срываясь на бег - и наконец-то спрятались под крышу…

***

- Ты сильно замерзла.

- Да ничего. Переживу.

- Я тебе переживу. Марш принимать горячий душ. Черт, ты вся промокла, - гневно зарычал Асканио, помогая снять с меня пиджак. - Все, без пререканий. Марш! - и тут же немного подал меня в сторону ванны.

- А когда будем уезжать?

- Да время пока есть. Подождем, пока утихнет дождь. В принципе, вполне сможем и в двенадцать ночи отчалить, и в час, если на то пошло. Не переживай.

- Так ты же… вторую ночь не будешь спать?

- Ничего. Я привык и по трое суток не ложиться, - мило улыбнулся и снова подтолкнул меня, настаивая на своем. - Иди, грейся.

Счастливо заулыбалась я ему, умиляясь столь ревностной заботе.

***

Ух. Чем не массаж иглоукалывания?

Словно кто загонял в мою кожу шипы, но от этой боли только приятно.

Еще, еще горячее воду. Еще пекучей.

Да до того накрутила, что дурман в голове поплыл, мир стал пошатываться из стороны в сторону, обещая свалить с ног.

Не, не, Рита! Нельзя, пора заканчивать с этой кустарной сауной, а то помрёшь прямо здесь, в ванной отеля.

***

Плотнее замотавшись в махровый халат (предвкушая гадкий холод за пределами комнаты), немного покривлялась перед зеркалом, приводя себя в порядок. Глубокий вдох - и вышла наружу.

Асканио неспешно прохаживался по комнате, раскидывая на стульях мокрые вещи.

Несмело, пристыжено замерла…

Взгляд жадно прикипел к его голому торсу, скользя по спине, пояснице, затем по груди, изучая каждый дюйм милого, родного, … ж-желанного (тяжело сглотнула), а что кривить душой?… желанного мужчины.