Рыжий наследник - Лиза Генри

День был холодным, солнце казалось слабым и далеким, над поросшей кустарником землей поднялся туман. Искривленные ветром деревья подрагивали, и Червячок дрожал вместе с ними.

Какое-то время Лот смотрел на убогий пейзаж, потом вернул взгляд на затылок Червячка, где рыжие волосы вились на фоне бледной кожи. Их не мешало бы подстричь, а еще помыть. Они выглядели грязными, жирными и отталкивающими, но, по какой-то причине, Лот не связывал эти описания с самим человеком, даже несмотря на инцидент с кашей из угря.

Дуновение ветра принесло с собой запах зловонного разложения, и Лот сморщил нос:

— Это еще что?

— Болото Смерти, — сказал Червячок. — Должно быть, мы подобрались довольно близко к краю.

— Его так из-за запаха называют?

— Да, — сказал Червячок. — А еще потому, что оно буквально может тебя убить.

— Но мы ведь еще не сошли с дороги? — Лот на всякий случай взглянул вниз, чтобы проверить твердую почву под ногами, и с облегчением вздохнул. — Хорошо хоть карту теперь читает Калариан, а не Скотт.

Они ехали в середине разбредшейся группы: впереди прокладывал путь Калариан, хотя Скотт рядом с ним делал вид, что всех ведет. Ада ехала чуть позади. За ней следовали Лот и Червячок, Дейв на широкой лошади замыкал шествие. Его лошадь несла на себе не только Дейва, но и тянула повозку. Зверь был огромным, и, когда Лот предположил, что Червячку потребуется что-то побольше табурета, чтобы с ним управиться — что-то вроде лестницы — Червячок лишь фыркнул и закатил глаза.

Они остановились на поляне, чтобы размяться и сходить по нужде. Дейв стряхнул грязь с колес тележки, ворча из-за состояния дороги. В животе Лота заурчало, но никто не ринулся за провизией, так что он задался вопросом, сколько ее осталось. Вероятно, поднимать эту тему сейчас не стоило. Оставалось надеяться на приличную порцию на обед.

— Подозреваю, впереди нас ждет тяжелый день, — вполголоса сказал Лот.

Червячок кивнул в знак согласия, и что-то в этом движении, в легком изгибе его шеи, заставило слабое щупальце желания расцвести в животе Лота. Безжалостно, он подавил его, не желая иметь с ним ничего общего.

Когда они снова отправились в путь, туман стал еще гуще, а день темнее; Червячок ехал сзади. Плохая погода испортила настроение всей группе. Даже Дейв перестал напевать. Над ними воцарилась тишина, такая же густая и тяжелая, как туман.

А затем Калариан вдруг остановился и спрыгнул с седла.

— Что? — спросил Скотт. — Что случилось?

— Заткнись! — Калариан поспешил в заднюю часть небольшой колонны всадников. — Кто-то еще это слышит?

Лот прислушался, но услышал только топот и фырканье собственной лошади, беспокойно переступающей с ноги на ногу.

— Что ты слышишь?

— Лошадей, — сказал Калариан, вглядываясь в туман.

— Мы на них едем! — окликнул его Скотт.

— Заткнись! — Калариан уставился в туман. — Не наших лошадей!

«Уши, как у летучей мыши», — вспомнил Лот, и у него скрутило желудок. Считали ли его настолько важным, чтобы отправить в погоню солдат Делакорта? Нет, этот пункт можно было вычеркнуть. Неужели, Червячок так важен? Если его держали в заложниках, то, возможно, так и было, и все, в чем убедил себя Лот в первый день — что никому нет до них дела и никто не станет за ними следить — вот-вот должно было оказаться ложью. Но это ведь плохие новости только для Червячка, ведь солдаты окажутся просто счастливы вернуть своего пленника, и не станут обращать внимания на какого-то там карманника, верно?

Даже если бы он смог в это поверить, мысль все равно отдавала кислым привкусом в горле, стоило только вспомнить, каким тощим был Червячок — явное свидетельство плохого обращения во время заключения.

— Лошади, — повторил Калариан, и его резкие черты сморщились. — Четыре? Пять? Отстают на несколько миль, но набирают скорость. Нужно съехать с дороги.

— Съехать с дороги? — спросил Лот. — Просто для ясности — ты хочешь, чтобы мы съехали с дороги?

— Да, — сказал Калариан. — Если, конечно, не хочешь, чтобы тебя снова схватили.

Червячок перегнулся через Лота, схватил поводья и потянул их, заставляя животное развернуться.

Ладно. Они съезжают с дороги. С той самой дороги, которая была единственной возможностью не забрести к Болоту Смерти. Которое, по словам Червячка, было названо так не только из-за вони.

— Это ужасная идея, — пробормотал Лот.

— Заткнись, — отрезал Червячок и сильнее натянул поводья.

Они свернули с дороги в сгущающийся туман.

Глава Пять

Из-за размеров скакуна Дейв оказался во главе группы. Он продирался сквозь низкорослый подлесок, облегчая путь тем, кто ехал следом, и все же тележка пала первой жертвой — колеса застряли в липкой грязи и отказывались крутиться, так что потребовалось объединить силы Дейва, Ады, Калариана и Лота, чтобы убрать ее с дороги. Скотт выкрикивал бесполезные указания вроде: «Вытаскивайте ее из грязи!», а Червячок нервно расхаживал на лошади, карауля дорогу. Как только путь оказался свободен, Лот вернулся на коня и рванул вперед.

В такой же спешке находились и остальные члены группы, напряжение витало в воздухе. Они оставили телегу в грязи, и Червячок повел лошадь так близко к Дейву, словно пара метров между ними имела значение в разгаре погони. Лот рискнул бросить взгляд на своего компаньона и увидел сжатую челюсть, напряженные плечи и благоразумно придержал подколку на счет того, что Червячку просто хотелось оказаться поближе к заднице лошади Дейва.

Перед ними вилась своего рода тропка. Едва заметные линии, проходящие сквозь папоротники и траву, намек на то, что не они первые оказались на этом пути — что-то или кто-то еще ходило по болотам. Лот так и не понял, утешало его это или же наоборот. В любом случае, они уже были здесь. Вонь становилась все сильнее, густые заросли почти полностью скрыли свет, заставив гадать о направлении. Ехать на лошадях стало невозможно, так что пришлось спешиться и вести их пешком. Спустя наполненные догадками и паникой полчаса, Скотт объявил привал:

— Я ничего не вижу, — пожаловался он. — Мне нужна карта.

— Тут слишком