Стена - Дмитрий Гартвиг

нотки, но самую настоящую обеспокоенность учителя, страстно желающего, чтобы ученик по-настоящему понял тему.

— В любом случае, — неожиданно возвращаясь к своему саркастичному амплуа, произнёс барон, — нашему девственному величеству удалось сегодня неплохо меня удивить. Я считаю, это успех. И мой, как учителя, и его, как ученика. Кто-то хочет с этим поспорить?

Линд обернулся к полукругу своих товарищей, ожидая вновь услышать ехидные смешки от излюбленной шутки барона, неизменно вызывающий у всех как минимум улыбку. Конечно, целого будущего герцога с грязью смешивают, как тут не смеяться. Особенно при том условии, что этот самый герцог ничего тебе сделать не может.

Но Линд ошибся. Никто не смеялся. Весь полукруг в гробовом молчании неотрывно смотрел на него.

А в глазах молодых магов играла неуверенная, но уже явственно проступающая надежда на успех.

* * *

Грязно-серая льняная авоська, доверху забитая мелкими камнями и накрепко привязанная к длинному деревянному шесту, с грохотом и скрежетом рванулась вверх. Противовес, представляющий из себя массивный ящик, доверху набитый здоровенными цементными блоками, с уханьем упал, описав широкую дугу и прошуршав своим днищем по мостовой.

— Ну вот, ваше благородие, — подобострастно закивал подошедший мелкими шагами к барону инженер. — Выстрел произведён, всё исправно. Осталось только дождаться наблюдателя со стены.

Барон, не сочтя нужным ответить на лизоблюдство инженера, смущённо мнущего завязки своего желтоватого фартука, отвлечённо кивнул. Взгляд его был устремлён куда-то вдаль, на черепичную вершину конуса крепостной башни. Пока наводчик зафиксирует попадание, пока спустится со стены, пока проскачет весь город насквозь, в ремесленный квартал, где и находился требушет…

Долго. Непозволительно долго. Это орудие нужно за сегодня пристрелять, чего бы это не стоило. А лучше — ещё успеть захватить и второе, расположенное в южной части города, прямиком в купеческом квартале. Оно вроде нормальное, вчерашние стрельбы показали неплохой результат, но на предельную дальность пуски всё-таки не производились.

Непорядок.

Барон, скрестив руки за спиной, задумчиво прохаживался из стороны в сторону, буравя взглядом мостовую. Ещё неделю назад он, злобно стоящий на выходе из караулки, готов был с натяжкой признать темпы подготовки удовлетворительными. Но не сегодня. Сегодня ему казалось, что всё летит в бездну, горит синим пламенем, рушится и разваливается прямо у него в руках.

Ранним утром прибыл гонец от виконта. Замыленный кавалерист ввалился в спальню барона как раз в тот момент, когда уставший и уже давно не брившийся командующий замер напротив деревянного таза с холодной водой, рассматривая своё отёкшее отражение и примериваясь лезвием бритвы к щетинистому подбородку.

Иногда барону казалось, что этот мир был намного лучше, если бы дурные вести просто-напросто не доходили до адресата. Если бы высшая воля, провидение, а то и сами Боги своей карающей рукой наказывали людей, несущих сообщения о провалах и неудачах. Мало ли способов: оползни, разбойники, наводнения, банальные удары молний, в конце-то концов?

Но барон прекрасно понимал, что это не больше, чем самообман.

Ветры утихали. Вчера над Вороньим перевалом весь день была ясная погода, ни облачка. К счастью для защитников королевства, к вечеру буря налетела вновь, и барону лишь оставалось надеяться, что имперский авангард, ломанувшийся в пролом, попался в эту природную ловушку. Правда, серьёзных иллюзий на этот счёт он не строил.

Времени с каждым днём становилось всё меньше. Неумолимое грядущее, перед которым ни у него, ни у любого другого защитника Дарммола не было никаких шансов устоять, всё сильнее и сильнее стучалось в дверь. Вскоре знаменитые бури Вороньего перевала стихнут окончательно, и им не останется ничего другого, кроме как предстать перед сокрушающей мощью имперской армии.

— Ваше благородие!.. — вывел барона из размышлений чей-то запыхавшийся окрик.

— Да, слушаю, — ответил он, окидывая взглядом тяжело дышащего наводчика.

— Мимо, ваше благородие, — отрапортовал тот. — Цель не поражена. Высоко взяли.

— Понял, — кивнул барон. — Возвращайся на пост…

И не дожидаясь уставной отдачи чести, повернулся к инженеру и его команде рабочих.

— Откалибровать базу на пять градусов ниже…

Будь он проклят, если уйдёт отсюда без пристрелянного орудия. Даже если для этого необходимо загонять этого недоучку до кровавого пота, он, Гильем Рейкландский, сделает это не смотря ни на какие просьбы и мольбы.

И хорошо было бы ещё и третий требушет успеть заложить. А то с двумя совсем не дело…

* * *

— Сегодня, мои золотые, у нас с вами особое занятие. Возможно, самое лёгкое из всех, что у вас были…

Барон вальяжно прохаживался перед строем учеников. В отличие от первых дней, когда шеренга представляла из себя громко зевающее и шатающееся нечто, сейчас перед ним стоял вполне ровный и подтянутый рядок. Лица магов серели в робком предрассветном свете, отдавая неживой трупной белизной. Но барон, внимательно вглядываясь в повзрослевшие за это недолгое время глаза, надеялся, что это ему лишь кажется.

Если бы командующий давным-давно не разуверился в Богах, он наверняка бы помолился.

— Никакого бега, никаких отжиманий, и даже никакого спарринга. Кто что намного более интересное. Гляньте-ка вот туда…

Словно по команде шестеро голов разом повернулись в направлении, указанном толстым пальцем барона. Как раз в ту сторону, в которой размеренно шагали семеро всадников, с громким цоканьем копыт пересекавшие подъёмный мост. Все кавалеристы, в пику лёгким налётчикам виконта, к которым маги успели привыкнуть за время своего отступления, были закованы в латы с ног до головы, подставляя утреннему ветру лишь верхнюю открытую часть лица.

В руках каждого всадника отчётливо виднелась тёмная на фоне рассвета, длинная прямая пика.

— Это ваши сегодняшние напарники по тренировке, — продолжал барон. — Семеро тяжелых всадников из эскадрона барона Никсонского, моего давнего товарища. Мы таких солдат зовём барабанщиками за грохот, который от них раздаётся на поле боя. Бедняжки потеряли своих коней во время сражения и поэтому вынуждены были всё отступление прошагать пешком, словно грёбаная пехтура. Но сейчас парни получили замену своим погибшим лошадям и нетерпеливо ждут новой схватки. Я решил немного подогреть их кровь. А заодно и вашу.

Всадники, за время речи барона окончательно сблизившиеся с магами, встали чуть в отдалении, выстроившись неглубоким клином. Марк, стоящий ближе всех к кавалеристам, внимательно разглядывал их обмундирование. Помимо элементов доспехов всех мастей, в которых юный ученик не разбирался от слова совсем, скреплённых между собой многочисленными ремешками и заклёпками, он сумел разглядеть, что те длинные пики, которые он заметил ещё на подходе, являлись совсем не тем, чем казались на первый взгляд. При ближайшем осмотре оказалось, что всадники держат в руках не длинное копье, но гладкий и отполированный брус, с затупленным плоским концом.

— Хольк, — произнёс барон, обращаясь