Стена - Дмитрий Гартвиг

свежими пеньками. Появился и совершенно новый элемент в окружавшем молодых магов пейзаже: теперь вдалеке, чуть отойдя от Главных ворот, пыхтел строй рекрутов-новобранцев, которых гоняли до седьмого пота суровые солдаты барона.

Город усиленно готовился к осаде, всем своим муравьиным чувством понимая, что с каждой минутой времени становится всё меньше.

Это понимала и шестёрка, чью подготовку барон контролировал лично. Конечно, всё так же раздавались возгласы ненависти в их общей комнате, всё так же яростно блестели глаза, когда в руках не оставалось сил на очередное бесконечное отжимание, всё так же устало звенели короткие мечи, которыми барон, не слушая никаких возражений, снабдил каждого. Но даже в этом беспросветном ребяческом кошмаре начала брезжить тень порядка. Жуткие упражнения, длившиеся всю неделю, подтянули и закалили всех, не считая слабых звеньев по типу окончательно поникшей духом Луизы. Но даже на фоне бесконечного её нытья, ежедневно зудевшего в их комнате, прогресс был более чем заметен. Всем, кроме них самих, всё так же превозмогавших утреннюю нестерпимую боль в мышцах и едва продирая невыспавшиеся глаза.

— Я сказал: отставить! — ещё раз проорал барон, краем глаза замечая выпад стоявшего вдалеке Линда, которым он надеялся поразить-таки неприступного Холька. — Герцогская невинность, тебе третий раз повторить? За глухоту помнишь, что у нас бывает?

Линд, за своё демонстративное пренебрежение приказами барона отмотавший уже не один круг вокруг городских стен, посчитал за лучшее подчиниться. В разминочном кроссе ему пришлось тащить на себе беспомощную Луизу, так что к обеду он порядком подустал и сил на очередное бессмысленное сопротивление у него не осталось.

Рапира, которую он упрямо предпочёл выданному мечу, с тихим шелестом вошла в ножны.

— Предавшись вчера вечером размышлениям, — саркастически начал барон, — которые возникли у меня не иначе как от безделья, я вынес вердикт. И вердикт этот для вас страшен. Никто из вас, бездарей, не станет за столь короткий срок, отведённым нам, хорошим бойцом. Это касается и Линда с Хольком, что бы они там о себе не думали. Это невероятно печальное стечение обстоятельств для всех вас, и я знаю, вы огорчены. Но это не повод прерывать тренировки с мечом, даже не надейтесь. Это повод сместить приоритеты.

И с ехидной улыбкой скомандовал:

— Стройся!

Маги, наученные тяжким опытом (заключавшимся, в основном, всё в том же бесконечном беге), моментально образовали более-менее стройную шеренгу.

А барон молча ходил мимо строя широкими шагами, изредка останавливаясь напротив то одного, то другого студиозуса и задумчиво глядя ему прямо в глаза.

Спустя три минуты молчаливого стояния, получившие неожиданный перерыв маги, начали потихоньку скучать.

Марта как раз потянулась к отчаянно чешущемуся носику, как вдруг в ушах набатом проревел голос барона:

— Противник с тыла! Огненными шарами залп!

И началась неразбериха.

Марта, уже занёсшая руку, от неожиданности круто развернулась на носках, с замаха заехав барону ладонью по щеке и даже не заметив этого. Марк, в то время задравший затёкшую ногу, повалился на землю от случайного толчка Холька, стоявшего к нему почти вплотную. А Луиза, видимо просто не ожидавшая столь резкого приказа, от испуга слегка присела и, не удержавшись на подкосившихся ногах, с громким писком рухнула в песок, подняв тучку пыли.

Нормально атаковать невидимого противника по итогу получилось только у ошалевших Линда, Марты и Холька.

Три небольших по диаметру огненных шара метеорами пронеслись по параллельной земле линии и, чутка не долетев до опушки леса, с громкими хлопками разорвались, оставив после себя кучу искр. Со стороны опушки, где трудились молчаливые дровосеки, моментально донёсся удивлённый матерный гул.

— Так, — задумчиво произнёс барон. — Это что сейчас было?

Ответом ему было стыдливое молчание.

— Я вас спрашиваю, суки дети, это что было?! — разъярился барон. — Вы что, совсем охренели?! Нет, я прекрасно понимаю, что вы не солдаты и бегать по несколько миль с мечами наголо вам не к лицу. Но вы даже банально запустить свои магические игрушки во врага не можете. Врага этого самого ещё даже на горизонте нет, а у вас же половина отряда в грязи лежит! Какого хрена, я вас спрашиваю?!

— Ваше… — начала было Линд, но барон даже не собирался его слушать.

— Отставить «ваше»! Что ты там блеешь? Какого чёрта ты вообще рот раскрываешь?! Я давал тебе разрешение говорить? Вот закрой и молчи! Я ещё раз спрашиваю, что это такое сейчас было?..

— Барон, — неожиданно ледяным тоном вновь заговорил Линд. — Довожу до вашего сведения, что маги не сражаются в плотном строю. Мало того, им это строго противопоказано. Многие заклинания требуют сложных и занимающих большой объём пространства пассов, что безусловно будет создавать определённые трудности находящимся рядом товарищам. Мы не можем так сражаться, стоя плечом к плечу. Если, конечно, вы не хотите использовать нас, как пехоту.

Это замечание неожиданно отрезвило барона. Он прервал свою гневную тираду и глубоко задумался, приложив кулак к подбородку. Если бы Гильема Рейкландского в тот момент кто-то осмелился спросить, чего в его задумчивости было больше: звериного почтения перед тем, кто умеет и имеет храбрость так говорить, или всё же логики и здравого смысла, он тотчас бы рассёк смельчака напополам, от уха до пояса. Но, слава Богам, в округе не было ни одного человека, настолько безрассудного. Барон хотел обойтись без человеческих жертв. До поры до времени.

И всё же, герцогская кровь сказывается не только в отрицательную сторону, подумал про себя командующий. Парень далёко пойдёт, если выкинет из головы всю эту аристократическую дурь.

— Ладно, — оторвавшись от собственных размышлений и решив для себя, что заставила его прерваться всё же здравость рассуждений, произнёс барон. — Замечание принимается. Есть ещё что-то, о чём мне нужно знать?

— Вы неправильно отдали приказ, — с лёгкой улыбкой на лице ответил Линд.

— Не понял?..

— «Огненными шарами залп», — пояснил сын герцога. — У каждого из нас совершенно разные способности, барон. Это не значит, что кто-то из нас слабее, а кто-то сильнее, нет. Это значит только то, что все мы развиваемся в разных направлениях. Пьер, например, совершенно не владеет магией огня, зато неплохо управляется с водой и льдом.

Пьер, улыбаясь во всю ширь, согласно кивнул в подтверждение слов однокашника.

— Марта, — продолжил Линд, — тоже не сильна в этой стихии, однако мало кто может превзойти её в заклинаниях арканы, которые затрагивают саму суть магии. Фиолетовые стрелы, наверняка знаете?

Марта, слегка улыбнувшись, тут же смущённо потупила взгляд, внимательно разглядывая ботинки Холька, стоявшего от неё по правую руку.

— Поэтому, когда вы отдаёте приказ швырять во врага огненными шарами, вы только снижаете нашу эффективность.