Сладкий ужас - Марина Серова

Не знаю, поверил ли он нашим байкам, и насколько искренен был Витек, но Рустам в любом случае решил избавиться от нас в то утро. И я теперь была уверена в этом. И именно поэтому конечным пунктом нашего «турне» стал город Сочи и всего лишь один в нем клиент, хотя этого не могло быть даже теоретически. Наверняка в Сочи живет несколько десятков постоянных клиентов Рустама, а то и сотен. Но он написал в своем списке только одну фирму, напротив которой стояло слово «шеф».

Удивительно, что Рустам, по нашим сведениям, всегда действовал именно через «шефа», и я не понимала — почему? Почему он сам не имел дела с Султаном, не мог или не хотел? Пока у меня не было ответа на этот вопрос. Но самого главного я добилась, через несколько часов пути, уже утром следующего дня, я на полном основании позвоню Султану и произнесу сакраментальную фразу: «Я от шефа». И он не сможет заподозрить «измены» и со спокойной душой отправит меня на заводик в горах.

Собственно говоря, я не была уверена, его ли это заводик, или он всего лишь мелкая сошка у еще более крупного «хозяина», и то, что заводик находится в горах, я только предполагала. Потому что этого не знал и Пострел, когда собирался на свое последнее задание.

Слова «последнее задание» вырвались неосознанно, машинально, но у меня все равно стало тревожно на душе, и я сказала себе сердито:

— Что ты каркаешь? Типун тебе на язык!

Но настроение было испорчено, потому что, как бы я ни скрывала это от себя, случайно вырвавшаяся у меня фраза вполне могла оказаться справедливой, и Пострела, возможно, уже не было в живых. Иначе трудно объяснить его исчезновение и молчание в течение столь долгого времени.

Поэтому заснуть мне не удалось. Дело в том, что во время того сеанса самогипноза, с помощью которого я вернула себе свою бессмертную душу (шутки шутками, а психологи, обучавшие меня, тоже называли этот процесс «реанимацией», то есть в переводе на русский — «возвращение души»), я очень неплохо отдохнула, так как тело абсолютно расслабляется и за час-полтора можно отдохнуть не хуже, чем за целую ночь полноценного сна. И секретных агентов моего уровня обучают этой технике, даже если им не приходится вживаться в чей-либо «образ».

А переспать иной раз хуже, чем недоспать, как шутила одна моя подруга. И поэтому я решила думать о чем-нибудь другом. И я снова вспомнила свою недавнюю подругу Полину, которая сейчас находится в доме странного, почти нереального для меня Артура. И не потому, что мне в ту ночь пришлось-таки нюхнуть кокаина, он и без этого выглядел, как герой старинного романа, и, честно говоря, произвел на меня сильное впечатление.

Не такое, как на Полину, но я вполне могла ее понять. Я не очень верила в то, что их встреча закончится хеппи-эндом. Полина — настоящая наркоманка, и один день без наркотиков для нее — подвиг. Но кто знает, может быть, произойдет чудо? Она же пыталась выкарабкаться несколько раз, а если рядом с ней будет сильный и любящий человек? Хотелось верить, что у нее появился шанс. Наркоман, так же, как и алкоголик, может расстаться со своей зависимостью только при огромном желании с его стороны.

И если это произойдет, то через полгодика они станут очень эффектной парой.

Под утро я все-таки задремала, и мне даже приснился сон. Сон был дурацкий, но не противный, и, выйдя из поезда, я еще некоторое время вспоминала его. Мне приснилось, что недалеко от меня играли две красивые кошки, вернее, кот и кошка, причем кот был удивительно ярко-голубого с зеленью цвета, а шерсть его переливалась на солнце и блестела. Я достала из кармана маленькое зеркальце и направила ему в мордочку. Кот заинтересовался и подошел поближе. Потом он оказался совсем рядом, заглянул в зеркальце и сказал человеческим голосом: «Как я вырос!» А я гладила его по голове, а потом мы с ним целовались. Это уже была явная глупость, может быть, мое подсознание подшутило над моей кличкой? Что же, в этом была определенная логика: Багира вполне может целоваться с симпатичным котиком, она ведь, как ни крути, пантера, а значит — кошка.

В Армавире я первым делом отправилась в буфет и выпила две чашки кофе с бутербродами. Вчера я почти ничего не ела, и теперь ужасно проголодалась.

Кофе был мерзкий, но, выпив его, я все же почувствовала некоторый прилив сил. Я отдала бы сейчас не знаю что за горячий душ и хороший шампунь. Но пока я не могла позволить себе такой роскоши, а жаль. Потому что это меня начинало мучить всерьез. Ведь я не какая-нибудь наркоманка-Райка, чтобы не мыться по нескольку дней!

Я решила позвонить Султану, «не отходя от кассы», причем в буквальном смысле этого слова. Рядом с буфетом на стене находились телефоны-автоматы.

Мне ответил спокойный мужской голос, вопреки ожиданиям, без всякого акцента.

— Через десять минут у входа на вокзал, — закончил он разговор и повесил трубку.

Как только я услышала короткие гудки, я сообразила, что не сказала ему, как я выгляжу. Но он у меня этого и не спрашивал. Я хотела перезвонить ему еще раз, но пока меняла для этого деньги, прошло несколько минут и по этому номеру мне никто не ответил.

«Ну, что ж, может быть, ему описали меня другие люди?» — подумала я и подошла к назначенному месту ровно через десять минут после нашего разговора.

Передо мной остановился симпатичный «Фольксваген», и из него вышел сравнительно молодой мужчина в дымчатых очках, с коротко постриженными волнистыми медно-красными волосами. И вообще он был очень ухоженным с головы до ног.

— Добрый день, — поприветствовал он меня, будто мы были знакомы с ним тысячу лет. — А где же подруга?

— Сама не понимаю, — ответила я. — Отошла на пять минут на вокзале в Сочи, но так и не появилась.

— Значит, не судьба, — ответил Султан, не слишком расстроившись, и открыл передо мной дверцу своей машины. — Первым делом, заедем ко мне, примете душ, передохнете и в путь. Дорога нам предстоит неблизкая, так что это вам совсем не помешает.

Он критически посмотрел на меня, и я чуть было не покраснела. Таких слов я не слышала ни от одного мужчины ни разу в жизни, а теперь почувствовала себя не просто грязной, а зловонной и отталкивающей.

Через десять минут мы входили в дверь его однокомнатной квартиры. Он показал мне, где включается свет и холодная и горячая вода, а сам отправился на кухню приготовить что-нибудь перекусить.

На полочке я обнаружила неплохой шампунь и кусок нового мыла и, сбросив с себя пыльные, пропахшие потом и железной дорогой вещи, встала под тугую теплую струю душа. Вода была солоноватой и неприятной на вкус, от нее исходил странный запах, но я не обращала на это внимания, намыливая с наслаждением все тело и смывая с себя вместе с грязью остатки Райки-наркоманки.

Волосы, истосковавшиеся по шампуню и оскорбленные в бараке хозяйственным мылом, скрипели от удовольствия.

Я вылезла из ванной и вытерлась белоснежным полотенцем только тогда, когда Султан постучал в дверь и тревожно спросил:

— У вас там все в порядке?

— Да-да, уже выхожу, — ответила я и с сожалением покинула это волшебное место, критикуя себя за слишком сильную приверженность к этим благам цивилизации. Секретный агент должен обладать большей «грязестойкостью», но я и так выдержала почти целую неделю!

Разумеется, Султан посмотрел на меня с удивлением, поскольку из ванной вышел совершено другой человек с нежной бело-розовой кожей, слегка потемневшей за последние дни благодаря двум нашим с Полиной «заплывам».

— Чудесно выглядите, — сказал Султан. — Чай? Кофе?

Почувствовав аромат настоящего кофе из кухни, я выбрала второе. Есть я совершенно не хотела, но кофе пила с наслаждением гурмана.

Султан протянул мне дорогую сигарету с ментолом, и я вынуждена была снова закурить, хотя после ванны мне совершенно не хотелось этого. Наверное, я никогда не начну курить всерьез, несмотря на то, что мне это часто приходится делать.

Но по сравнению с тем кошмарным «Беломором», который мы смолили с Полиной, эта сигарета была сущей безделицей.

После кофе Султан оставил меня в квартире одну, отправившись на заправку.

— Меня не будет минут сорок, — предупредил он. — Можете отдохнуть на диване. Мне еще надо заехать в пару мест. — И ушел.

А я осталась одна, улеглась на диван, хотя можно было бы порыться в ящиках стола, но скорее всего там ничего не было. Квартира производила впечатление гостиницы или общежития. Она была чистой, почти стерильной, но не обжитой.

Наверно, Султан пользовался ею, только наезжая в этот небольшой городок по делам, а где он жил постоянно — я не знала.

Усталость мою как рукой сняло. У меня было ощущение, что я облилась в душе «живой водой». Мне хотелось петь и смеяться, и настроение было великолепное. Предстоящее путешествие совершенно не беспокоило меня, и Султана я ждала почти с нетерпением.