Идеальный герой - Виктория Коннелли

«Свадьбу устроим скромную, — мечтала Кей, — гостей на шестьсот, а над головой будут кружить несколько вертолетов от конкурирующих глянцевых журналов в попытке заснять невесту Оли».

Они оба станут фаворитами прессы, и на каждом шагу их будут сопровождать операторы.

Кей покачала головой. Как легко увлечься и снова унестись в мир грез — глупое чудачество, пережиток детства, проникший во взрослую жизнь. Кей понимала, что надо учиться контролировать эту привычку, какой бы безобидной она ни казалась, ведь мечтатель, если его ожидания не оправдываются, часто становится жертвой разочарования. Кей — обычная молодая женщина, заурядная владелица гостиницы, и Оли вовсе не собирается уделять ей хоть крупицу внимания. Так или не так?

Глава 9

Остальные вернулись в гостиницу, как и было предсказано, лишь после того, как паб закрылся. Кей из своей спальни услышала их едва ли не с другого конца Морского променада и среди хора голосов явственно различила пение Бет. Вернее, визг: песне явно недоставало мелодии.

Затем у входной двери раздался шум и скрежет. Кто-то долго попадал ключом в замочную скважину, и вся компания, очевидно, разом пыталась протиснуться в холл. Кей засмеялась, выскользнула из спальни и украдкой поглядела вниз.

— Чшш! — усмиряла всех Софи.

— Сама ты чушь! — огрызнулась Бет, ставя нетвердую ногу на первую ступеньку.

— Вечно ты переусердствуешь, Бет, — вот в чем твоя проблема.

— Ты еще будешь объяснять мне, в чем моя проблема! — вспылила Бет и ткнула пальцем в грудь Софи. — Ты — моя главная проблема!

— Да? Тогда ты — моя проблема!

— Дамы, дамы! — приструнил обеих Оли. — Не могут же сестры Мазгроув воевать друг с другом прямо здесь?

Кей смотрела, как все они, спотыкаясь, тащатся вверх по лестнице. Бет неприлично раскраснелась, ее глаза заигрывающе поблескивали. Белокурые волосы Оли спутались, как будто их кто-то взъерошил.

«Наверное, Бет», — решила Кей.

Глаза у Терезы отчаянно слипались, и она, скорее всего, мысленно была уже в постели, заставляя себя кое-как переставлять ноги. Замыкали шествие Лез и Софи. Помощник режиссера был, как всегда, угрюм, лицо у него выглядело помятым. Софи единственная из всех сохраняла более или менее приемлемый вид. На щеках проступил легкий румянец, она непринужденно улыбалась и по ступенькам всходила гораздо проворнее, чем остальные.

— Спокойной ночи! — пожелала она всем на площадке.

Бет лишь вяло махнула рукой и ввалилась в свой номер.

— Доброй ночи, мои милые принцессочки! — распрощался Оли и тоже исчез за дверью.

Наконец все угомонились, и Кей, успокоившись, вернулась к себе. Постояла с минуту, вновь спрашивая себя, не приснилось ли ей это.

— Где мой фен? — вдруг разнесся по коридору чей-то вопль.

Кричала, конечно, Бет Дженкинс.

«Нет, — подумала Кей, — не приснилось».

В ее доме действительно заночевали кинозвезды.

— Софи! У тебя мой фен?

— Нет у меня твоего дурацкого фена! И нельзя ли потише? Джемма, между прочим, уже спала!

Бет с грохотом хлопнула дверью, и снова все стихло. Кей прыснула. Вот чудеса! Оли Уэйд Оуэн всего через две комнаты от нее сейчас ложится в постель. Кей тоже забралась под одеяло. Надо наконец перестать думать о нем, но невозможно просто не обращать внимания на того, кто переступил ее порог в образе персонажа Джейн Остин. И на этот раз, сомкнув веки, Кей увидела во сне вовсе не мистера Дарси, а Оли Уэйда Оуэна.

Готовить завтрак на шестерых для Кей было в новинку, но это ее нисколько не тяготило. Первой встала Софи. Несмотря на шесть утра, ее глаза весело поблескивали и были азартно распахнуты навстречу предстоящему дню. Все это не имело никакого отношения к Бет — она вошла в столовую, с трудом разлепляя веки.

— Привет, ясноглазка! — поддела ее Софи. — Ну, как ты после вчерашнего?

— Заткнись, Соф! — Бет, застонав, с грохотом выдвинула стул из-за стола и рухнула на него. — Ох, моя головушка! И кто только покупал мне столько пойла?

— Ты сама и покупала! — усмехнулась Софи.

— Не смейся. И помолчи хоть немного. Как же мне тяжко!

— Тебе пора навести марафет, пока сюда не явилась Тереза, — предостерегла ее Софи. — Ты ее знаешь.

— Боже мой! Если она опять заведет свое «проснуться и встряхнуться», я точно завою, — пообещала Бет.

Кей поставила на стол два кофейника, и тут в столовую вошли Лез и Тереза.

— Доброе утро, — поздоровалась режиссер. — Боже правый, Бет! Что с тобой приключилось?

— Ничего. Со мной все нормально, — соврала Бет, морщась от звука собственного голоса.

— Видок у тебя отпугивающий. Пора проснуться и встряхнуться — скоро съемки. Гримеры ведь не волшебники, сама понимаешь.

Бет бросила злобный взгляд на свою мучительницу, а Софи давилась от хохота. Лез стал наливать себе кофе.

— Кажется, дождь собирается, — произнес он таким тоном, что Кей почти ощутила морось.

— Прогноз неважный, — согласилась Тереза. — Возможно, придется переключиться на эпизоды в Апперкроссе.

— Как — в Апперкроссе? — испуганно переспросила появившаяся в дверях Джемма.

— Если только дождь не отменится. Тогда поснимаем на Коббе.

Кей смотрела, как удрученная Джемма медленно придвигает стул.

— Доброе утро! — раздался жизнерадостный возглас, и к столу бодро подошел Оли, широко улыбаясь.

Засмотревшись, Кей едва не опрокинула стакан сока на колени Софи, но вовремя спохватилась.

— Ну, как мы после вчерашнего?

— Господи, Оли! — снова застонала Бет. — Как ты можешь радоваться по поводу и без? И как тебе удается избежать похмелья? Я же видела, сколько ты вчера выхлестал!

Оли как ни в чем не бывало взял с тарелки кусочек тоста и начал щедро намазывать его сливочным маслом.

— Понятия не имею, о чем ты, куколка, — ответил он, жадно откусывая кусок. — Я и выпил-то всего каплю.

Бет только покачала головой и с отвращением принялась за хлопья.

— Я же вас предупреждала, — заметила Тереза. — Я сказала: «Один глоток», помните?

Кей улыбалась, прислушиваясь к их беседе, но не могла оторвать взгляд от лица Оли. Она суетилась вокруг стола, то и дело поглядывая на него и вспоминая фильмы, от которых когда-то впадала в экстаз. Впервые она отметила его в экранизации диккенсовской «Повести о двух городах». Там он снялся в роли Сиднея Картона, и Кей безудержно рыдала, когда он ради любимой женщины пожертвовал жизнью. Затем последовала череда довольно скверных романтических комедий, где Оли играл хлыщей и вертопрахов, всегда добивавшихся любви героини. Тем не менее его притягательность обеспечила ему интерес зрительской аудитории. Ну а потом он не устоял перед соблазнами Голливуда и получил роль в «Дамском угонщике», где и сыграл — вполне закономерно — этого самого угонщика. Кино получилось премерзкое, единственной компенсацией за потраченное зря время был весьма фривольный эпизод, который долго обсуждали в прессе. Таблоиды широко растиражировали кадры из фильма, и Кей должна была признаться, что они скрашивали ей особенно тоскливые обеденные часы.