Тайны одинокого сердца - Рэй Морган

Изабелла поднялась на вершину холма и огляделась по сторонам. При солнечном свете замок выглядел не таким устрашающим. Рядом не было ни машин, ни других признаков человеческого присутствия. Она знала, где находится кухня. Главное, чтобы дверь черного хода не оказалась заперта.

Ее пальцы дрожали, когда она обхватила дверную ручку. На мгновение она закрыла глаза и взмолилась про себя: «Это должно сработать. Макс должен понять».

Она должна воспользоваться своим последним шансом. У нее нет выбора.

Стоя под душем с закрытыми глазами, Макс получал огромное удовольствие. Он долго работал в спортзале, и сейчас каждая мышца в его теле приятно болела.

Наверное, он тратит слишком много воды впустую, и когда-нибудь ему придется за это ответить. Он подумает об этом позже, а пока будет наслаждаться теплыми серебристыми струями, ласкающими кожу. Сегодня ему как никогда хотелось удовольствий, ведь сегодня день его рождения. О нем никто не вспомнил, но это и хорошо. Фактически он сам так хотел. Он не любил шум и суету. В конце концов, что такое день рождения? Обычный день. Ничего особенного.

Он вспомнил, как Лаура однажды поздравляла его с днем рождения. Она встала рано утром и спрятала маленькие подарки по всему замку. Ему понадобился целый день, чтобы найти их все. Как же она смеялась, когда он искал не там, где нужно. Ему казалось, он вот-вот услышит ее мелодичный голос.

Макс быстро прогнал эти воспоминания. Думать о Лауре было все еще слишком болезненно. Придет ли время, когда он перестанет вспоминать о ней с глухой болью в сердце?

Выключив воду, он еще немного постоял, чувствуя, как туман вокруг него рассеивается, а тепло сменяется освежающей прохладой. По какой-то причине сегодня все его чувства обострились. Он замечал то, на что никогда раньше не обращал внимания: пение птиц за окном, шелест листьев, солнечные лучи, проникающие в открытое окно.

Глубоко вдохнув, он почувствовал аромат мыла. И чего-то еще. Нахмурившись, он принюхался. Похоже, эти приятные запахи доносятся со стороны кухни. Кто-то готовит. Но ведь в замке, кроме него, никого нет. У Ренцо сегодня выходной, и он, как обычно по средам, отправился в гости к своей дочери, которая жила в часе езды отсюда.

Эти запахи — плод его воображения? Нет. Они усилились. Пахло чесноком, помидорами, оливковым маслом и чем-то еще. Это был восхитительный аромат. Его губы растянулись в улыбке. Похоже, кто-то все-таки вспомнил о дне его рождения и решил сделать ему сюрприз. Скорее всего, Ренцо. Старик всегда любил его, как родного.

Макс быстро натянул джинсы и босиком отправился вниз, чувствуя себя хорошо, как никогда.

— Значит, ты все-таки вспомнил про мой день рождения! — с улыбкой произнес он, открывая кухонную дверь. И застыл на месте, потрясенный до глубины души, когда увидел вместо старого слуги Изабеллу Казали. — Вы! — Он уставился на нее. — Как вы сюда попали?

Изабелла открыла рот, чтобы ответить, но потеряла дар речи. Причиной подобной реакции было не столько его неожиданное появление, сколько красота мужчины, стоящего перед ней. Широкие плечи, мускулистая грудь и сильные руки. Потертые джинсы сидели низко на бедрах, обнажая плоский загорелый живот. Все вместе это делало его образчиком мужественности, при виде которого у нее перехватило дыхание.

— О… я… я…

— Что, черт побери, вы здесь делаете?

— Э-э… — Она жестом указала ему на плиту. — Готовлю.

Макс весь напрягся, словно собирался ее отсюда вышвырнуть.

— Я не это имел в виду, — процедил он сквозь зубы.

— Я знаю.

Изабелла никогда прежде так не реагировала ни на одного мужчину. А сейчас потеряла рассудок. Ей нужно взять себя в руки. Она прилагала огромные усилия, но ей никак не удавалось обуздать свои эмоции, которые взбудоражил образ этого мужчины, прекрасного, как творения Микеланджело. От восхищения у нее на глаза даже навернулись слезы. Отвернувшись, Изабелла прислонилась к стойке и, накрыв рот ладонью, уставилась в ярко-красный соус, готовящийся на плите. Что ей делать дальше? Рядом с этим мужчиной она не могла сохранять спокойствие. А должна была. Иначе не достигнет своей цели.

«У тебя все получится», — твердо сказала она себе, глубоко вдохнула и снова повернулась к нему лицом.

— Я пришла к вам вот по какому поводу, — уверенно произнесла она, глядя ему в глаза. — Вы отказываете мне в доступе к тому, что мне жизненно необходимо. К тому, к чему моя семья всегда имела доступ. Мы должны найти компромиссное решение.

Она пристально смотрела на него своими большими синими глазами, и Макс вдруг осознал, что не испытывает необходимости прятать от нее свой шрам. Ее взгляд был честным и открытым. Возможно, что-то в нем ее и пугало, но определенно не его лицо.

Подойдя ближе, Макс протянул руку и слегка повернул ее подбородок, чтобы лучше рассмотреть ее синяк. Тихо выругавшись, он с едва скрываемым гневом произнес:

— Изабелла, ваш синяк по-прежнему ужасен.

— О… — Девушка часто заморгала. — Да. Мне говорили, он пройдет еще не скоро.

Снова выругавшись, принц покачал головой, затем отстранился и окинул взглядом ее вещи.

— Вы сейчас все это упакуете и уйдете отсюда, — отрывисто бросил он.

Изабелла сделала шаг назад. Она знала, что он будет злиться на нее за это вторжение, но даже не догадывалась, почему при виде ее синяка он разозлился еще сильнее. Как будто это ее вина!

— Почему?

— Потому что вы снова появились здесь без разрешения. Немедленно уходите.

— Я этого не сделаю, пока вы не попробуете мой соус, — заявила Изабелла, гордо вскинув подбородок.

В темных глазах Макса промелькнуло удивление. Повернувшись, он посмотрел на кастрюлю на плите.

— Это и есть ваш особенный соус?

— Да.

Он снова встретился с ней взглядом:

— Я не хочу пробовать ваш соус, Изабелла. Уверен, он очень вкусный. Только это ничего не меняет. Речь здесь идет не о его вкусе, а о ваших опасных вылазках. Я не могу вам позволить ходить на холм.

Надежда Изабеллы начала угасать.

— Макс, пожалуйста. — Она поморщилась. — Ну как вы не можете понять? Мне нужно туда ходить.

— Пойду закончу одеваться, — сухо сказал принц. — Надеюсь, к моему возвращению вас здесь уже не будет.

— Нет! — воскликнула Изабелла.

Он немного помедлил и не успел опомниться, как Изабелла оказалась между ним и дверью. Ее волосы разметались по плечам, глаза сверкали.

— Вы меня выслушаете, — заявила она, ткнув пальцем в его обнаженную грудь. — Думаете, мне все это легко далось? Думаете, мне легко было подниматься сюда с таким грузом? Вы могли бы меня выслушать хотя бы из уважения!