Принцесса Дюны - Брайан Херберт

Теперь они выглядели далеко не так вальяжно, побежденные горсткой фрименов. Чани не разбиралась в имперской экономике и не знала курс солярия, но понимала, что эта диверсия дорого обойдется Харконненам. И она, и ее друзья продолжат причинять вред угнетателям.

В небе показались три патрульных топтера – их шарнирные крылья с жужжанием трепетали в воздухе. Пилоты пытались эвакуировать экипаж комбайна, убегающий от горящей машины.

Чани оглядела линию дюн вдалеке и увидела, что ее брат и еще двое товарищей – Рона и Адамос – поднимаются с того места, где они лежали, замаскировавшись в песке. Они держали в руках ракетные установки, а Хоуро координировал огонь. Яркие вспышки вырвались из труб и устремились к приближающимся летательным аппаратам.

Первая ракета попала в подбрюшье головного топтера, и он мгновенно превратился в пылающее умирающее насекомое. Обломки рухнули на землю.

Вторая ударила в крыло другого аппарата. Двигатель зачихал и закашлял, топтер закружило в воздухе. Пилот так и не смог вернуть контроль над управлением, и горящая машина упала прямо на поврежденный комбайн.

Джемис издал очередной восторженный вопль и ухмыльнулся, победно взглянув на Чани.

Третья ракета прошла мимо – последний топтер выполнил маневр уклонения. А затем мстительный пилот развернулся, целясь туда, откуда по нему стреляли Хоуро с друзьями. Даже с большого расстояния было видно, как лазерные лучи бьют по дюнам, оставляя за собой полосу спекшегося в стекло песка.

Чани выкрикнула бессмысленное «Берегитесь!». Хоуро нырком ушел в сторону, как и его товарищ слева, но третьего рассекло лучом напополам. Поскольку Харконнены знали, что фримены не пользуются энергетическими щитами в пустыне – они могли свободно палить из бластеров.

Пока уцелевший спутник пытался спрятаться в песке, Хоуро поднял его ракетную установку и выпустил еще один снаряд. Эта ракета наконец попала в проклятый топтер – машина ткнулась в землю. Хоуро и другой оставшийся в живых фримен бросились наутек, инстинктивно передвигаясь беспорядочными зигзагами. Шай-Хулуд появится очень скоро – и поможет стереть все следы.

В данной вылазке группа использовала новую тактику – идею Чани. Заметив над нетронутым полем специи патрули Харконненов, фримены-разведчики поняли, что вскоре здесь окажется команда рабочих на огромном комбайне. И Чани с друзьями придумали план. Ночью, зная, что передвижная фабрика прибудет на следующее утро, фримены выбежали на меланжевое поле. Раскопав песок, они заложили линию взрывчатки поперек пути, по которому, несомненно, будет двигаться машина. Спрятав мины поглубже, диверсанты вновь отступили на свои позиции.

– Об этой засаде фримены будут слагать легенды! – воскликнул Джемис.

– Всего лишь одна акция из многих, – заметил Хоуро. – И мы продолжим действовать так же.

Гордясь, что изобрела новую тактику, Чани рассказала о ней отцу, думая, что он будет доволен. Лайет-Кайнс не был наибом, как Стилгар; он не возглавлял племена и не выступал посредником в междоусобных конфликтах среди фрименов. Для него все жители Арракиса являлись борцами за экологию. Его отец придал мечтам фрименов о Дюне новые формы, но Пардот Кайнс был идеологом, а не военным лидером. Лайет-Кайнс вырос другим. Он понимал, что для достижения целей может потребоваться насилие.

Дом Харконненов, Картель, Космическая Гильдия и Император – все зависели от специи. И все были паразитами! Лайет воспитал Чани и даже Хоуро как диверсантов, активных бойцов, но самой трудной задачей было проявлять умеренность и терпение. Чтобы преобразить Дюну, потребуется много поколений.

Чани, Хоуро и их друзья не желали ждать так долго. Поэтому они наносили удары везде, где только могли.

– Мы настолько усложним Харконненам добычу специи, что они сами покинут планету, – сказала Чани отцу. – На каждый новый комбайн, который они привезут, мы уничтожим два, вынудим их потерпеть позорное поражение и оставить нас в покое.

Лайет, хотя и испытывал гордость за дочь, одарил девушку грустной улыбкой, покачав головой:

– Ты долго жила в суровой пустыне и не понимаешь, что такое сорняки.

– Сорняки – выносливые растения, которые выживают где угодно, – сказала Чани, расправив плечи. – Что плохого в наших вылазках? Разве это не помогает нашим планам?

Лайет вздохнул:

– Сорняки – упрямая дрянь. Если ты выдергиваешь один, на его месте вырастает другой, который может оказаться хуже предыдущего. Вот то, что вы делаете, когда нападаете на Харконненов. Посмотри, что случилось, когда бойцы фрименов изгнали Дом Ричесов много лет назад. – Он сокрушенно поцокал языком. – Это не принесло нам свободы, а просто привело к появлению Харконненов. Кто знает, что произойдет, если мы избавимся от них? Император передаст власть другому Дому, который может оказаться еще более жестоким.

Чани задело, что он не высказал никакого восхищения ее новой тактикой.

– У тебя пораженческая позиция, отец. Если мы не будем стремиться к лучшему миру – зачем нам тогда вообще утруждать себя жизнью?

Услышав это, Лайет-Кайнс тепло улыбнулся дочери:

– Ты говоришь верно. Нападайте и причиняйте вред, чтобы Харконнены не воспринимали нас как пыль под ногами. Но как местному планетологу, именно мне придется разгребать последствия ваших необдуманных действий.

Теперь, закончив все приготовления, Чани с Джемисом залегли и принялись наблюдать, как комбайн пережевывает песок. Огромная машина двигалась к линии взрывчатки. Чани не считала эту акцию необдуманной. Она чувствовала, что это необходимо.

В положенный момент заглубленные заряды сдетонировали, выбросив в воздух фонтан огня и дыма как раз у передней гусеницы. Взрыв повредил комбайн, но что более важно – воронка сработала как ловушка, и фабрика провалилась в нее; вхолостую молотя траками песок, но не в состоянии двинуться с места. Следующая порция взрывчатки пробила днище и разнесла грузовой отсек, разбросав очищенный меланж по округе. Поистине великолепное зрелище!

Когда взрывы стихли, Хоуро и его уцелевший спутник, Адамос, присоединились к ним – запыхавшиеся и измученные после бега по пескам. Несмотря на воодушевление победой, Хоуро опустил голову:

– Рона мертва. Эти трусы посекли ее лучами. Мы заберем тело, когда все закончим. – Он перевел взгляд на горящий остов комбайна и вытащил криснож. – Мы можем пойти туда прямо сейчас и убить оставшихся работников Харконненов.

Джемис вскинул собственный молочно-белый клинок:

– Пески жаждут крови!

Чани окинула взглядом дюны и заметила на песке рябь, приближающуюся с юго-востока.

– Нет времени! Червь на подходе. – Друзья одновременно повернули головы в ту же сторону. – Шай-Хулуду придется завершить дело за нас.

Джемис нахмурился:

– Я бы предпочел убить их лично – чтобы видеть ужас в их глазах.

– Они уже мертвецы, – сказала Чани. – Но Харконнены просто навезут еще больше контрактников с других планет, еще больше войск.

– Значит, мы убьем их еще больше, – проворчал Хоуро. – И новых тоже