Козырь в рукаве (сборник) - Светлана Алешина

Я задумалась. Неплохо бы с капитаном посоветоваться. Впрочем, он тоже лошадка темная. А нам лишний козырь в рукаве не помешает.

— Да, иди, — решилась я, — только с Виктором. А я вас здесь дождусь.

Виктор согласно кивнул.

— Что я, маленький, что ли, — протянул Ромка.

— Не в этом дело, студент, — вмешалась Маринка, — считай, Витя — твой напарник на случай всяких там неожиданностей. Ну, короче, чтобы не получилось, как в том анекдоте про невесту.

Я засмеялась.

— Это в котором анекдоте? — полюбопытствовал Сергей Иванович.

Маринка с готовностью объяснила:

— Ну, это когда невеста в первую брачную ночь вместо «Ой!» сказала «О-па!».

Сергей Иванович хмыкнул, Ромка залился краской. Марина посмотрела на него со злорадством:

— Ах, простите, забыла, что тут дети.

Вот стервозный характер! Я поднялась.

— Все, господа, хватит лясы точить. За работу. Виктор, закончите с дверью, бери Романа и вперед, — я протянула ему ключи от «Лады».

— На твоей машине нельзя, — напомнил он.

— Да, действительно, — я выдала ему деньги, — на такси доберетесь. Но сначала пообедайте. Ребенка хорошо покорми.

Часа через полтора Виктор с Ромкой уехали, и почти сразу же позвонил Фима Резовский.

— Здравствуй, дорогая, — проворковал он.

— И ты здравствуй, — я засмеялась, вспомнив Фиму, обрастающего шерстью. — А я тебя во сне видела в непотребном виде.

— Это обнаженного, что ли? — с надеждой спросил он.

— Что ты, Фима, — я притворно ужаснулась, — мне кошмары вообще редко снятся.

Резовский тоскливо вздохнул.

— Ну вот, все опошлила. Между прочим, я твоему воспитаннику хозяев нашел.

— Фи-и-има, я знала, что на тебя можно положиться.

— Ну так за чем дело стало?

— В смысле? — не поняла я.

— В смысле на меня положиться, — жизнерадостно воскликнул Резовский. — Я всегда готов, а вот ты только обещаешь.

— Фима, идите вы на фиг.

— Оленька, дорогая, я тебя тоже очень люблю. Но зверя сама привезешь, я в офисе.

— Ты только скажи когда, — отозвалась я с готовностью.

— Да хоть сейчас. Я все равно в три часа у них должен быть.

Я посмотрела на часы. Без Виктора выходить из редакции не хотелось, но вечером ехать к Иринке. Насколько все это растянется, неизвестно, а Резовского потом попробуй найди. Я решилась.

— Фима, через час с хвостиком я у тебя. В этом вопросе можешь располагать мной в любое время.

— Надеюсь, мы один и тот же вопрос имеем в виду? — не удержался на прощанье тот.

Я подхватила сумочку, ключи от машины и вылетела из кабинета.

— Ты куда? — удивилась Маринка.

— Мариночка, ты понимаешь, какое дело, тут Резовский котика привезти попросил.

— И что же, прямо сейчас?

— Так ведь пока не передумал. Я быстро.

Я помчалась к выходу, Маринка с укором посмотрела мне вслед.

Фимка встретил меня у порога радостным урчанием. Понятно, он терпеть не мог оставаться в квартире один, хотя и привык, что целыми днями предоставлен сам себе.

Решив устроить ему на прощанье праздник живота, я выбрала самую большую рыбину, размером почти с самого котенка. Обалдевший от привалившего счастья, Фимка спорол едва ли не половину в мгновение ока, потом начал лениво отрывать маленькие кусочки, периодически пиная оставшийся кусок лапой.

— Фима, с пищей не играют, — по возможности строго сказала я.

Котенок скосил на меня хитрый глаз и растянулся рядом с миской.

— Откушали, сэр? — я протянула руку к миске. Даже не соизволив подняться, Фимка извернулся и наложил лапу на остатки пиршества.

Я изумленно покачала головой. И этот желудок считается «не больше наперстка»!

Однажды я уже ставила эксперимент: решила выяснить, сколько же этот зверь в состоянии проглотить. В течение получаса я терпеливо сидела рядом, в то время как чудовище с распухшим пузом то вытягивалось в изнеможении на полу, то с новыми силами принималось за трапезу. Несколько раз я делала попытку отобрать миску, опасаясь, как бы маленькому неразумному котеночку потом не было плохо. В итоге отправилась спать с оцарапанными по локоть руками, а утром проснулась от истошного воя. Этот кадр как ни в чем не бывало требовал свой завтрак!

В знак благодарности, а может, просто из хорошего расположения духа Фимка позволил себя безнаказанно погладить. Я почесала его за ушком и поймала себя на том, что с тревогой размышляю, как будут относиться к его проказам новые хозяева. Как бы то ни было, я уважала этого тигра в миниатюре за его независимый характер и неиссякаемую энергию. Ну, а что квартиру разгромил, что ж, хищник есть хищник.

Короче, напоследок я готова была простить Фимке все его преступления. И кто теперь будет встречать меня каждый вечер с таким восторгом!

— Я буду скучать по тебе, зверь, — растроганно прошептала я, взяла котенка на руки и направилась к двери.

В одно мгновение из ласковой живой игрушки Фимка преобразился в дикого монстра и, оставив на моих руках глубокие царапины, рванул в комнату. Идиллия кончилась. Я выругалась. Вот зараза! А я-то, дура, расчувствовалась, вот и лови его теперь по всей квартире.

Фимка восседал на спинке кресла. Увидев меня, он заорал нехорошим голосом и сиганул под диван, смахнув по пути вазу. Опыт подсказывал, что лучше всего теперь выждать несколько минут, а главное — не делать резких движений.

Я села на диван, мои ноги тут же подверглись атаке. Усевшись по-турецки, я включила телевизор, пощелкала каналы в поисках чего-нибудь интересного. Ага, местные новости.

Фимка высунул мордочку, мяукнул, требуя продолжения игры. Я демонстративно его проигнорировала, усиленно внимая голосу диктора на экране. Новости политической жизни города оставили меня равнодушной, но следующее сообщение вызвало реакцию, близкую к шоку.

А говорилось в нем о том, что сегодня рано утром на территории строящегося дома по улице Астраханской найден труп молодой девушки. Я подскочила.

— По предварительным данным, — сообщалось далее, — смерть наступила в результате несчастного случая. Личность девушки устанавливается. Правоохранительные органы обращаются к населению с просьбой…

Это как же, два тела на одной стройке? Внутренний голос подсказывал, что речь в новостях идет все-таки об Иринке, но я упорно отказывалась с этим согласиться. Ирку нашла я, вполне живехонькую, правда, в бессознательном состоянии, вместе с капитаном милиции доставила ее к доктору, который в свою очередь дал, точнее, дала гарантии скорейшего выздоровления!

А может, меня ночью треснули по голове и теперь у меня эта, как ее, амнезия? Нет, амнезия — это когда человек вообще ничего не помнит о каком-то событии. Я же могу воспроизвести каждый свой шаг, такое сразу не забывается. Я передернула плечами.

Хорошо, предположим, память меня не подводит. Я уверена, что вчерашние события мне не в бреду привиделись! Но в таком случае выходит, что после того, как мы оставили Ирку у Нины Петровны, ее кто-то выкрал — не сама же она сбежала в ее состоянии, — привез и положил на то же место? Ерунда какая-то.

Даже если доктор ошиблась и случилось худшее, то есть бедная девочка отошла в мир иной, найти ее на стройке никак не могли, да еще рано поутру, хотя какая разница когда. Разве что уважаемая Нина Петровна решила избавиться от трупа в квартире. Я вспомнила доброжелательную, полную энергии и оптимизма женщину. Нет уж, впечатления больной на голову она не производила.

Остается еще один вариант. Мой дорогой супермен меня жестоко обманул. Не знаю, как и в чем именно, но он ловко обвел меня вокруг пальца, предварительно запудрив мне мозги и притупив мою бдительнось. Не удивлюсь, если он и в кофе утром какую-нибудь гадость подсыпал. Я потрогала живот, кажется, не болит, голова тоже не кружится. Да нет, слишком много времени прошло. Если он что-то и подсыпал, я это уже давно переварила без видимого ущерба для себя.

Однако надо действовать. Я вскочила с дивана, Фимка вопросительно мяукнул.

— Спокойно, дружище, мы себя в обиду не дадим, — приободрила я скорее себя, чем его, откопала записную книжку и взялась за телефон.

— Здорово, мать, какими судьбами? — мой телевизионный коллега пребывал в неизменно оптимистическом расположении духа.

— Понимаешь, слушала сейчас новости на вашем канале, там упоминалось про девушку…

— Понял, понял. Короче, что надо-то?

— Меня интересует, какая сорока принесла на хвосте эту информацию.

— Ну, мать, ты вопросы задаешь, — он многозначительно помолчал.

— Очень надо, — взмолилась я. — В долгу не останусь, ты же знаешь.

— Ну ладно, чего уж там, — благодушно отозвался собеседник, — это я так. Я поломался, но ты меня уговорила, тебе — мелочь, а мне приятно. Да, в общем-то, никакого секрета здесь нет. Официальное сообщение из правоохранительных органов.