Выжить для любви - Светлана Михайловна Чудова

– Там написано, кто прислал кулон?

Ника покачала головой:

– Звучит странновато…

Виленский не видел, что написано на карточке.

– Что там?

Она подняла голову, и в ее темных глазах ясно отразились замешательство и тревога. Поколебавшись, она протянула Виленскому карточку.

– «Маленький дар в знак моего уважения».

Но кто его прислал?

Глава 7

Выяснить ее распорядок дня оказалось проще простого. Он мог бы нанять частного детектива и установить слежку за домом, но не хотел привлекать посторонних, чтобы избежать нежелательных вопросов. Несколько раз он проехал по улице, высматривая удобное место для парковки. Движение здесь было не слишком оживленным, но достаточным, чтобы чужой автомобиль мог остаться незамеченным. Беда заключалась в том, что припарковаться оказалось решительно негде.

Жилые дома стояли по обе стороны улицы, по тротуарам целыми днями сновали пешеходы.

Но вскоре выяснилось, что ему необходимо лишь время и удобство. Часами разъезжая по улице, он замечал, когда в дом приходит наемная прислуга, и заносил время в крошечную записную книжечку, купленную специально для этого.

Время ухода проставлялось там же.

В среду Вероника ушла из дома утром и вернулась лишь вечером. Он попытался проследить за ней, но она затерялась в потоке транспорта на шоссе. Вместо того чтобы бесцельно колесить по округе, он остановился у такой редкой сейчас телефонной будки и набрал номер Виленского. У него были полезные связи, поэтому достать этот телефонный номер не составило труда.

К телефону подошла какая-то женщина, и он попросил Веронику, считая, что, назвав ее по имени, не вызовет подозрений. Эта фамильярность была неслучайна: ему казалось, что он уже знаком с Вероникой, знает, как она предана и принципиальна, как безукоризненно она выглядит, как держится, даже как звучит ее голос.

– Вероники сегодня нет, – жизнерадостно ответила незнакомка.

– Нет? Минутку, я совсем запутался. Сегодня у нее выходной? – Он умышленно говорил беспечным тоном и не пользовался привычными выражениями.

– Да, выходной.

– Так сегодня среда? Совсем потерял счет дням! Я думал, сегодня четверг.

Его собеседница засмеялась:

– К сожалению, еще только среда.

– Ладно, тогда перезвоню Веронике на мобильный. Спасибо. – Он повесил трубку прежде, чем собеседница успела спросить у него имя.

И записал новую информацию мелкими аккуратными буковками: «Среда – выходной».

Он ощутил трепет волнения. Значит, выходные дни у нее все-таки бывают. Он считал, что уже собрал почти всю необходимую информацию, но продолжал наблюдение, чтобы удостовериться в этом.

Ничем не пренебрегать – вот в чем ключ к успеху!

Он был бы не прочь последить за ней целый день, увидеть, чем она занимается, какие у нее интересы и увлечения, но привлекать к себе лишнее внимание все-таки не следовало.

И еще – его ждала работа.

Он вспоминал, как выглядела Вероника, когда выезжала за ворота. Темные волосы распущены, глаза скрыты за черными очками в классической оправе. Она производила впечатление надменной, загадочной, экзотической женщины. Машину она водила с легкостью профессионала. И он знал, что в этом нет ничего удивительного: в конце концов, она закончила специальные курсы. Вероника посвятила всю свою жизнь дряхлому Виленскому, который ничем не заслужил такой преданности. Судья даже свое состояние не все заработал, большую часть унаследовал. А он спас наследство от транжиры-отца. Виленский всю свою жизнь только и делал, что торчал в зале суда и выносил приговоры с таким видом, словно это апофеоз мудрости.

Вероника заслуживала большего.

Она могла претендовать… на что угодно!

Ему хотелось преподнести ей подарок – что-нибудь, что постоянно напоминало бы ей о нем. Это должна быть какая-то вещь, которую она будет надевать ежедневно, прикасаться к ней, беречь ее. Но не одежда – это неприлично. Цветы быстро увядают, и их выбрасывают.

Значит, драгоценности!

Веками мужчины дарили их своим возлюбленным – разве не так? Украшения неразрывно связаны с тайнами, интригами, даже проклятиями, но его дар будет абсолютно чист. Однако осторожность не помешает: дарить уникальные драгоценности еще не время, придется ограничиться подарком, купленным в обычном ювелирном магазине. Но даже он должен быть особенным.

Он решил купить украшение в магазине, где еще никогда не бывал и где его никто не узнает. Об оплате картой не могло быть и речи: отыскать их владельца не составит труда. Со временем Вероника узнает, но не сейчас.

Он заранее снял со счета деньги.

Приехав в нужный магазин, он внимательно изучил ассортимент, прежде чем сделал выбор. Веронике подойдет простое классическое украшение, кричащая роскошь только вызовет у нее отвращение – впрочем, как и откровенная дешевка.

Наконец он остановил выбор на подвеске в виде капли с великолепной овальной жемчужиной в оправе из мелких бриллиантов. Сочетание жемчуга и бриллиантов отражало, как ему казалось, саму сущность Вероники.

К изумлению продавца, он расплатился наличными. Футляр от драгоценности он выкинул в первую же урну. Дома у него был такой же футляр, без надписей, от обычной, дешевой бижутерии. Теперь никто не сможет вычислить, кто купил подвеску. И где.

Он тщательно упаковал подарок. Ему представилось, как Вероника лежит обнаженная в постели и нежно поглаживает висящую на шее подвеску, гадая, кто прислал ей такой чудесный подарок.

А в ложбинке между медовыми грудками блестит жемчужная капля в холодном бриллиантовом сиянии.

Теперь – подкинуть незаметно подарок в почтовый ящик Виленского.

Он заметил, что тот каждый день в одно и то же время выходит на прогулку, а на обратном пути забирает из ящика почту. Проехать мимо именно в этот момент было затруднительно, он чуть не опоздал на несколько секунд, но все-таки успел увидеть все, что хотел, в зеркало заднего вида. Старик вынул из ящика сверток и замер, оглядываясь по сторонам.

Далее улица плавно изгибалась, Виленский скрылся за поворотом. Черт, почему он застыл столбом? Что ему не понравилось? Что взбрело в голову? Неужели он приревновал Веронику к тому, кто посылает ей загадочные бандероли?

А как же иначе? Конечно, старик ревнует. Он стремительно дряхлеет, ему лестно постоянно видеть рядом цветущую женщину, которая преданно заботится о нем. Должно быть, всем приятелям он рассказывает, что спит с ней.

При этой мысли он в ярости стиснул руль побелевшими пальцами. Он почти слышал, как хилые старики пошло хихикают, словно разнузданные юнцы.

Его долг – избавить Веронику от такой участи!

* * *

Ника положила плоский футляр на кухонный стол и не сводила с него глаз все время, пока ужинала. Подвеска была изумительна, но ей почему-то не хотелось прикасаться к ней. Подарок – одно