Личная жизнь Антона Романова - Анастасия Сидорчук

Антоша. А то мы не понимаем, – мягко попросил Сергей Васильевич.

– Да ты посмотри на них, Сережа! Маша еле сидит, а Лиза… Я понимаю, конечно, что эту Лизу хрен чем возьмешь! Да не злись ты, Сережа. По факту – она же сильнее любого мужика… Им разное вкололи. Лизе, судя по всему – обычное снотворное. Ее убили бы… Если бы Маша не сбежала. Если бы Макс не оказался рядом. Сутки живой продержали, чтобы узнать, куда Маша могла пойти. Маше вкололи современный психотропный препарат. Отец рассказал – такие используют сейчас заграницей в определенных криминальных кругах. Их используют, когда вот такие же заказы на девушек приходят. Очень дорогой, очень долго действующий. Возможно, чтобы без проблем заграницу вывезти. Чтобы в сознании с виду была, но не помнила потом ничего. Если в сочетании с алкоголем… в общем, ладно… Маша еще в себя не пришла. Не в себе она, не в адеквате. Да не суетись, Макс. Все нормально будет. Напоминаю еще раз – заказ был именно на Машу! На кону – большие деньги. И что-то мне подсказывает, что он все еще актуален.

– Ты зачем к ним домой ходил, Антоша? – спросил Сергей Васильевич.

– Проверить, как там. Следят все еще – тихо, аккуратно.

– Кто? Мы же всех поймали.

– Вот, либо не всех, либо – кто-то другой заказ перехватил.

– Тебя не видели???

– Надеюсь, что нет. Я ночью был. Хорошо, что домой они не поехали, здесь остались.

– А у тети?

– И возле тети пасут тоже. Тетя Глаша – чудесная женщина! Хорошо, что не спит в шесть утра. Я заходил к ней в шесть. Ей, вместе с ее соседкой, от собеса к первому мая путевку дали в санаторий, – он помолчал, – на всякий случай. Она все переживала, что так быстро уезжать надо, и что она племянниц своих предупредить не успела. А в санатории связи нет. А ее соседка – тоже чудесная женщина – ей втолковала, что у молодых своих дел хватает, и чтоб она не переживала.

– Сколько стоят путевки? – спросил Макс. – Я отдам.

– Да успокойся, Макс. У нас с дядей Сережей родственники все блатные. Бесплатно все дают.

Он выкинул окурок в банку и положил голову на обе руки. Опять устало вздохнул.

– Ты вот что, Антоша, – сказал ему Сергей Васильевич. – Рассказывай нам все, что нарыл, и иди спать. Мы тут с Максом без тебя поработаем.

– Хорошо, – кивнул Антон. – В аптеку еще надо сбегать. Маша хорошая… – сказал он, полуобернувшись к Максу. – Картины рисует, стихи пишет… Да, я там им из вещей кое – что захватил.

Когда Макс вышел, Сергей Васильевич задержал на секунду племянника на балконе.

– Что при нем не сказал – мне скажи.

– После этого препарата, особенно если в сочетании с алкоголем, возможны всякие побочные реакции. С психикой, и не только. У Маши они уже наблюдаются.

– Что делать?

– Лечить. Отец уже рассказал – чем. Пока – не паникуем. Ему – не говори.

Макс.

Антон прилег на минуту на диван, и тут же уснул, уткнувшись лицом в подушку.

Сергей Васильевич заботливо укрыл его пледом. Затем ушел на кухню – и долго кому-то звонил, отдавал приказы… Потом – снова звонил.

Маша ушла спать все в ту же комнату с коричневой шторкой. Вид у нее, действительно, был нездоровый.

Лиза несколько раз заглядывала в кухню, пытаясь приставать к Сергею Васильевичу с расспросами. Но он выдворил ее в другую комнату – и она, что удивительно, послушалась без выкрутасов.

Макс тоже пытался заглянуть на кухню – но и на него Сергей Васильевич махал руками и шикал.

Макс стащил с дивана подушку и лег посреди гостиной на ковер. Наконец, туда вошел Сергей Васильевич. Он тоже сел на пол и оперся головой о стенку.

– Пока – ждем. Всем, кому надо, я задания уже раздал, – шепотом сказал он, чтобы не разбудить Антона.

– Сергей Васильевич, а если это кто-то из наших? – спросил Макс. – Куда этого Стасика повезли?

– Я тоже подумал об этом, Макс.

Потом Макс, помолчав, все же сказал:

– А я не знал, что Антон ваш племянник.

– Да мы особо не афишируем. Работаем же вместе – мешать будет. Но это и не тайна. Кто долго у нас работает – те знают. Да ты же видишь – как он со мной разговаривает. Никакой субординации! Хотя, это же Антоша!

Он, по примеру Макса, тоже лег на пол.

– Антоша с отцом в последнее время почти не общается. Брат мой – действительно гений и в наркологии, и в психиатрии. Но, как у всех гениев, характер у него тяжелый! Он хотел, чтобы Антон тоже в медицину пошел. Все время его с собой по больницам таскал. С детства. Объяснял все. Да ты же знаешь, что Антоша в этом лучше иных врачей разбирается….

– Знаю, – сказал Макс. – Я по этой причине Машу сюда и принес.

– Мать у него – такая хорошая женщина была! Тихая, спокойная! Вроде твоей Маши. Картины рисовала тоже. Любила очень рисовать… А Денис – брат мой – ушел от нее к другой. Мать Антоши переживала сильно. Не смогла пережить.… С нервами плохо стало, любила сильно мужа. Антон разбирается, поэтому, и в психиатрии. А когда ее не стало – он с отцом общаться практически перестал. Удивительно, что позвонил ему…

Антон.

Прошло около двух часов. Телефон у Антона зазвонил, и он – не отрывая голову от подушки и не открывая глаза – молча, протянул руку. Макс вложил в нее телефон.

– Кто там? – сонно спросил Антон, все еще не открывая глаз.

– Неизвестный.

– Алло, – сказал Антон в трубку. – Какой Миша? А, Миша, привет!

– Вы мне вчера оставили свой телефон. Прошу прощения, что отрываю от дел, – говорил голос в трубке, заикаясь. – Но, я волнуюсь за Лизу. Вы обещали позвонить, как что-нибудь будет известно…

– Лиза нашлась, с ней все в порядке. Извини, Миш, замотался, забыл тебе позвонить. Миш, ты подумай над моим предложением.

– Насчет работы? Да, да, подумаю. А что с похитителями? Если, конечно, это не тайна…

– Поймали всех. Миш, ты подумай хорошо, потом мне набери…

– Это странно, – перебил его Миша. – Вы у меня ноутбук вчера так и не забрали, и я позволил себе там кое – что взломать…

– Ну? – Антон сел и включил громкую связь.

– Так вот с ночи с тем богачом – заказчиком, идет активная переписка… Его спрашивают – в силе ли заказ на Машу. И,