«Покоритель Зари», или Плавание на край света - Клайв Льюис

В отличие от большинства мальчиков Юстэс никогда не мечтал о сокровищах, но сразу сообразил, какую пользу принесут они ему в этом мире, куда он так нелепо попал, споткнувшись о раму картины. «У них здесь нет налогов, – рассудил он, – и клад не надо отдавать государству. С такими штучками я неплохо проживу, хотя бы там, на юге. Только надо взять с собой побольше. Вот недурной браслет, камешки – наверное, бриллианты, надену-ка я его на руку. Великоват немного, да ничего, можно поднять повыше. Так, а теперь наберу побольше бриллиантов в карманы, они легче золота. Скорее бы кончился этот чёртов дождь!» Юстэс перебрался в ту часть кучи, где лежало больше камней, и устроился поудобнее, но, утомлённый прогулкой по горам и недавним страхом, вскоре уснул.

Как раз в это время оставшиеся на берегу кончили обедать и забеспокоились о нём. «Юстэс! Юстэс! Ау!» – кричали они до хрипоты, а Каспиан трубил в рог.

– Он где-то далеко, иначе бы услышал, – сказала Люси и сильно побледнела.

– Вот гадюка… – проворчал Эдмунд. – И куда его понесло?..

– Надо что-то делать, – сказала Люси. – Может быть, он заблудился, или провалился в яму, или попал к дикарям.

– А может, его съели хищные звери, – добавил Дриниан.

– Это бы неплохо… – пробормотал Ринс.

– Многоуважаемый Ринс, – возразил ему Рипичип, – я еще ни разу не слышал от вас слов, которые столь мало бы вам пристали. Этот человек не относится к числу моих друзей, но он родственник нашей королевы, да к тому же он плывёт вместе с нами, так что мы обязаны отыскать его, а если он мёртв – отомстить убийцам.

– Будем искать, если сможем, – устало сказал Каспиан. – Ах ты, не было хлопот!.. Посылать на остров людей… Вечно этот Юстэс!

А Юстэс всё спал и спал. Разбудила его сильная боль в руке. Над входом в пещеру сияла луна, постель из сокровищ уже не казалась жёсткой, он её просто не чувствовал. Боль в руке сначала удивила его, но вскоре он сообразил, что это давит браслет, который он надел перед сном. Должно быть, пока он спал, рука затекла и распухла (это была левая рука).

Юстэс двинул правой рукой, чтобы пощупать больное место, но тут же замер и в ужасе закусил губу. Справа, совсем недалеко от него, там, где лунный свет падал на дно пещеры, шевельнулась огромная когтистая лапа. Как только он замер, лапа тоже остановилась.

«Ну и дурак же я! – подумал Юстэс. – Конечно, их тут двое, и рядом со мной – его самка».

Минуту-другую он не смел пошевелиться, как вдруг прямо перед глазами заметил две струйки дыма, чёрные на фоне лунного света. Он так перепугался, что перестал дышать. Струйки исчезли. Когда он снова выдохнул воздух, они появились. Однако он и сейчас не понял, в чём дело.

Наконец он решил осторожно выбраться из пещеры. «Может, оно спит, – подумал он, – да и вообще, что же ещё делать?» Но прежде, чем ползти, он глянул налево. О, ужас! И с той стороны он увидел когтистую лапу.

Никто, надеюсь, не осудит его за то, что он заплакал. Впрочем, увидев слезы, громко падавшие на золото, он удивился их необычайной величине. Кроме того, они были горячие, от них даже шел пар.

Однако плачь не плачь, а убегать надо. Юстэс медленно двинул правой рукой. Лапа справа пошевелилась. Он двинул левой. Пошевелилась левая лапа.

Итак, по обе стороны лежало по дракону, которые подражали всем его движениям! Этого Юстэс не выдержал. Забыв обо всем на свете, не разбирая дороги, он ринулся к выходу из пещеры.

Раздался грохот, скрежет, звон золота и стук камней. Сомнений не было: оба дракона неслись вслед за ним. Не смея оглянуться, он опрометью кинулся к озерцу. Тело мёртвого дракона, изогнувшееся в лунном свете, испугало бы всякого, но Юстэс едва его заметил. Он почему-то спешил к воде.

Когда же он до неё добрался, произошло следующее. Во-первых, в голове у него, словно молния, мелькнул вопрос: почему он бежит на четвереньках? Во-вторых, когда он оказался над водой, ему на мгновение показалось, что ещё один дракон выглядывает из озерца. И тут он понял всё. Он увидел в озерце самого себя. Отражение двигалось, когда двигался он, и, вторя ему, открывало и закрывало мерзкую пасть.

Значит, пока он спал, он превратился в дракона. Заснул на драконовых сокровищах, с драконьими помыслами – и проснулся драконом.

Да, он всё понял… Никаких драконов в пещере не было. Лапы, которые он видел справа и слева, были его собственными. Две струйки дыма поднимались из его ноздрей. А что до боли в руке (вернее, в лапе), то, скосив глаза, он и это понял. Браслет глубоко врезался в чешуйчатое тело, и с обеих сторон лапа сильно распухла. Юстэс вцепился зубами в браслет, с силой дёрнул его, но снять не смог.

Несмотря на сильную боль, он вздохнул с облегчением. Наконец-то ему нечего бояться! Его самого будут бояться, и никто в мире, кроме рыцаря, да и то не всякого, не посмеет на него напасть. Теперь он готов помериться силой даже с Каспианом и Эдмундом…

Но, подумав о них, он тотчас понял, что совсем не желает с ними драться. Наоборот, ему захотелось стать им другом, вернуться назад, говорить с людьми, смеяться с ними, помогать им. Всё это отныне невозможно, он – чудовище и навек отрезан от людей. Невыносимое одиночество овладело им. Он начал догадываться, что другие совсем не так плохи, а сам он не так хорош, как прежде думал. Он просто жить не мог, не слыша их голосов, и даже Рипичипу сказал бы спасибо за одно-единственное доброе слово.

Подумав обо всём этом, несчастный дракон, бывший когда-то Юстэсом, горько заплакал. Наверное, не так-то просто представить себе, как страшный дракон плачет навзрыд посреди залитой лунным светом долины.

Наконец Юстэс решил непременно найти обратный путь на берег. Теперь он понял, что Каспиан никуда не уплыл и дожидается его. И ещё он верил, что так или иначе объяснит людям, кто он такой.

Он попил воды из лужицы, а потом (я понимаю, это противно, но вы потерпите) съел почти всего дракона. Он и сам толком не понял, как это случилось: разум у него сохранился свой, вкус и тело стали драконьими. А для драконов нет лучшей пищи, чем свежее драконье мясо. Вот почему ни в одной стране не обитает больше одного дракона.

Чтобы выбраться из долины, Юстэс подпрыгнул – и обнаружил, что умеет летать. Он совсем забыл о крыльях и очень удивился; это была первая приятная неожиданность за весь день. Взлетел он высоко и увидел под собой вершины в лунном свете, залив, похожий на лист серебра, корабль на якоре и мерцающие костры. С огромной высоты он бросился вниз и медленно спланировал прямо к ним.

Люси весь вечер прождала тех, кто ушел на поиски с Каспианом, и теперь спала очень чутко. Уставшие искатели возвратились очень поздно и принесли тревожные вести. Следов Юстэса они не нашли, зато видели в одной глубокой долине мёртвого дракона. Они старались не отчаиваться и уверяли друг друга, что больше драконов поблизости нет, а этот вряд ли сумел бы убить человека за несколько часов до собственной смерти.