Явление магического договора (СИ) - Герцик Татьяна Ивановна

Посмотрев на часы и сообразив, что время уже подходит к ужину, они поспешили вниз даже не переодевшись, что грозило им по меньшей мере недовольством строгой герцогини.

В малой трапезной герцогского дворца был накрыт исключительно для своих небольшой, всего на каких-то сорок персон, стол. Ничем особенным ужин похвастаться не мог, перемен было всего три, по семь блюд в каждой, десерт немного побогаче. Герцогиня не сочла нужным менять обыденное меню ради не слишком дорогих гостей. К тому же какие у них там кулинарные изыски в их наверняка бедноватой северной жизни?

На отбеленной льняной скатерти лежали серебряные с простыми вензелями столовые приборы, сервиз стоял и вовсе без вензелей из самого обычного костяного фарфора. В общем, все было по-простому, по-свойски.

За столом присутствовали само герцогское семейство, их родственники, фрейлины герцогини и придворные кавалеры герцога, а также свита Анриона с ним самим во главе. Два места были оставлены на нижнем столе возле самых дверей, так как по знатности сестры Салливерн были ниже всех здесь присутствующих — нетитулованных особ во дворце не держали.

Единственный маг за столом, Анрион с опаской ожидал появления сестер, всерьез опасаясь их негодования по поводу низкой значимости определенных для них мест, но надеялся, что они снисходительно отнесутся к этикету, столь ревностно блюстимому герцогиней.

Не дожидаясь опаздывающих, герцогиня приказала подавать на стол. Вышколенные подавальщики шустро разнесли первую перемену и остановились возле дверей, чтоб по первому знаку подать то, что потребуется.

Все присутствующие за столом уже положили себе закуски и принялись за еду, когда в открытые двери неторопливо вплыли сестры. Только увидев их, Анрион тотчас узнал ту, что встретил по дороге с охоты в старой карете. У него лихорадочно забилось сердце, и он несколько раз сглотнул, смягчая пересохшее горло.

Платья на девушках были свежие, но того же странного уж чересчур фривольного покроя. Никаких корсетов, многочисленных нижних юбок на кринолине и, — о ужас! — их наряд даже очерчивал линию бедер, что считалось вовсе уж недопустимым.

Единственное, что соответствовало высокому статусу герцогского ужина — прекрасные жемчуга, украшавшие их шеи, и уложенные в высокие прически светлые волосы с золотыми заколками на макушках. Слегка склонив головы в знак приветствия и не изволив сделать положенного реверанса, они прошли на свободные места.

Мужчины дружно замерли, пожирая вошедших глазами и забыв про еду. Поперхнувшись, герцогиня властно приказала:

— Леди Салливерн! Напомните мне в конце трапезы, чтоб я прислала к вам свою портниху. Если б я знала, что у вас нет достойной одежды, то нашла бы для вас что-нибудь поприличнее.

Сестры переглянулись и дружно фыркнули.

— Не трудитесь, ваша светлость, — с заметным презрением ответила та, что слева. — Мы ваши древние наряды даже не из прошлого, а из позапрошлого века носить не собираемся!

Та, что справа, принялась извиняться, стараясь смягчить слова сестры, но получалось наоборот:

— Ваша светлость, эти платья нам сшила королева Рондии, и нам очень бы не хотелось их менять. И в самом деле, таких старомодных нарядов, как у вас, нигде уже не носят.

— Ты говоришь так, будто Лауренсия нам их лично шила, — осадила ее сестра.

— Все догадались, что платья сшиты по ее эскизам, — собеседница обиженно выпятила розовые губки, будто собиралась заплакать. — Это все поняли, здесь же не дураки сидят!

Но у присутствовавших сложилось именно такое мнение — что все они круглые дураки, раз не понимают простейших, по мнению сестер, вещей.

Обвинение в жуткой дремучести подействовало на герцогиню, никогда не считавшей себя отсталой, как пощечина. Она даже растерялась, не зная, как осадить столь откровенных грубиянок, но тут до глубины души возмущенная отсутствием политеса у каких-то там заштатных девиц маркиза Кресская злокозненно поинтересовалась:

— А как вы добираетесь до этого королевства, ведь оно так далеко? И кто это такая — Лауренсия? Ваша подружка?

Сестры одновременно в полном изумлении осуждающе вздернули брови.

— Лауренсия — королева Рондии, неужто вы этого не знаете? Она правит там вот уже десять лет. А добираемся мы туда, как и везде, порталами. Не думаете же вы, что мы плетемся на каких-то замученных одрах?

— Но порталы — это очень дорого! — не хотела уступать фрейлина, все пытавшаяся поймать сестер на несоответствиях.

— Дорого? — правая сестра недоверчиво посмотрела на немолодую женщину, будто подозревая ее в глупых шутках. — Да с чего вы это взяли? Открываешь портал — и вперед, ты уже на месте!

— Ах, Изабель, мама же предупреждала нас, что здесь нет сильных магов, и открывать порталы просто некому! В Помаррии используют для перемещений амулеты, а они действительно очень дороги для этой весьма и весьма небогатой страны, — звонко пояснила вторая сестра. — Недаром мама велела нам взять эту жуткую карету и последний день ехать в ней, хотя это было ужасно, ужасно утомительно.

— Это чтоб не шокировать людей своим внезапным появлением из портала посреди дворцовой площади, к этому здесь народ не приучен, — Изабель со скептическим прищуром рассматривала стол, выбирая что повкуснее. — Но что народ здесь нищий, это точно. Даже поесть нечего, — припечатала она, и пальчиком поманила к себе стоящее неподалеку блюдо с голубями.

Вызвав волну пораженных вздохов сидящих вокруг, оно подлетело к магине и учтиво подождало, пока она не положит пару красиво поджаренных птичек к себе на тарелку.

— Беатрис, тебе положить? — провокационно спросила она у сестры, заранее зная ответ.

— Как ты можешь так поступать, Изабель! — плаксиво заявила та. — Ты же знаешь, что я не могу есть этих бедных невинно убиенных птичек! Не понимаю, как можно так безжалостно обрекать на смерть живых существ! И что за жестокосердные люди их едят, тоже не понимаю!

Равнодушно пожав плечами, Изабель отправила почти полное блюдо обратно на место и спокойно принялась за еду.

Услышав эту гневную отповедь многие дамы, обладающие излишне тонкой душевной организацией, напрочь лишились аппетита. Они отодвинули от себя тарелки и принялись изучать стоявшие перед ними блюда в поисках чего-нибудь не убитого. Но ничего подобного там не оказалось.

Герцогиня лишь потрясенно моргала, не зная, как прекратить эту бесконечную критику, так похожую на неприкрытое издевательство. Еще никто не называл ее стол бедным, а герцогство — по сути нищим.

Глава 6

Маркиза Кресская, распаленная противодействием каких-то жалких, дурно одетых нахалок, никак не могла угомониться.

— Если вы уж так легко, по вашим словам, ставите порталы, то вам же нетрудно будет пригласить сюда королеву Лауренсию? Думаю, вам она не откажет, вы же с ней так близки,

— ехидно предложила она.

— Да без проблем, — Изабель доела голубей и милостиво кивнула дотошной фрейлине. — Лауренсия крайне любопытна и с удовольствием сюда придет.

— Что ты такое говоришь! — всплеснула руками так и сидящая перед пустой тарелкой Беатрис. — Она-то придет, в этом нет сомнения, а потом разнесет по всем правителям о крайне скудной здесь жизни. Мы-то ничего не скажем, говорить гадости о пригласивших тебя людях неприлично, а вот она молчать не станет.

Изабель ласково заправила выбившийся локон за ушко сестры, одновременно постучав ту по виску с явственным намеком на некоторую ограниченность.

— Да кого это волнует! — небрежно бросила. — Раз уж здешние дамочки хотят проверить нашу способность открывать порталы и испытать на прочность нашу дружбу с королевой…

— Это волнует меня! — решительно возразила герцогиня и зло посмотрела на затеявшую это маркизу. — В мой дворец гостей приглашаю только я!

Та осеклась, сообразив, что злость и зависть завели ее куда-то не туда.

— Не хотите, не надо, — Изабель делала вид, что не понимает, из-за чего столько волнений.