Явление магического договора (СИ) - Герцик Татьяна Ивановна

— То есть нормальные мороки делать в вашей стране никто не умеет? — чисто формально спросила она, снисходительно оглядывая пестрое сборище придворных.

— Выходит, так, — согласился с ней герцог-младший. — Хотя я и не самый сильный маг Помаррии, но я никогда не слышал о таких возможностях, что продемонстрировали сейчас вы.

— Ладно, — Изабель резко поднялась и велела сестре: — Пошли в свои апартаменты! Они хотя и маловаты, но отдохнуть там можно.

От еще одного ядовитого укуса лицо герцогини порозовело. Ах, если б она знала, с чем ей придется столкнуться, не вела бы себя столь легкомысленно, считая сестер благодарными за одно лишь приглашение во дворец, а сделала все, чтоб этим нахальным магиням не в чем было ее упрекнуть.

Беатрис и не подумала встать.

— Я не устала и никуда не пойду, — упрямо сказала она. — Если ты такая слабая, иди одна и ложись спать, а я посижу здесь!

— Это я-то слабая?! — зашипела прогневавшаяся Изабель. — Да я в сотню раз тебя выносливее! Могу доказать хоть сейчас! — над ее головой появились огненные ленты, сплетавшиеся в затейливые бантики.

Беатрис тоже вскочила.

— Да пожалуйста! Доказывай! Я жду! — в ее руках оказались огромные капли невероятно сверкающей воды.

Часть чрезмерно нервных дам тут же упала в обморок от потрясения. Поднимать их никто из кавалеров не спешил, все с восторженной опаской наблюдали за развертыванием боевых действий.

— Я, конечно, помешать вам не могу, — герцог-старший укоризненно покачал головой, — но все-таки прошу вас выйти для выяснения столь неотложных обстоятельств на площадь. Уверен, там вам будет гораздо сподручнее лупцевать друг дружку.

В другое время герцогиня непременно кинула бы на супруга, использовавшего не принятые в благородном обществе простонародные словечки, укоризненный взгляд, но теперь была благодарна ему за смелость. Она слышала о пробоине в каменной стене конюшни, сотворенной вспыльчивыми сестрами, но сама ее не видела, считая пустое любопытство ниже своего достоинства. Но подобной участи своему дворцу вовсе не желала.

— Пошли! — одновременно выкрикнули сестры и, резко поднявшись в воздух, вылетели в распахнувшееся перед ними окно.

На миг обомлевшие от такого зрелища придворные бросились к окнам. Упавшие в обморок валяющиеся на полу дамы тоже пришли в себя, но самостоятельно встать в слишком тяжелых и объемных юбках не могли и барахтались, как выброшенные на берег рыбешки.

Оглянувшийся Анрион поднял их на ноги магией и прилип к окну, пораженный открывающимся перед ним настоящим боем.

Висевшие в воздухе на уровне третьего этажа сестры швыряли друг в друга огненными сгустками, разбивая их на подлете ледяными иглами, отчего вокруг веером разлетались кроваво-красные искры вперемешку с ярко-голубыми вспышками. В темноте ночи это было потрясающим и зловещим зрелищем. В зале сильно запахло озоном, как после большой грозы.

Герцог-старший представил, что было бы, если б маги такого уровня напали на его владения, и с горечью признал, что противопоставить им ему было бы нечего. Он с новым, уже отнюдь не снисходительным, как поначалу, чувством, посмотрел на мечущих огни фурий. В этот момент два огня, желтый и красный, столкнулись, взметнувшись в небо, и вся площадь вместе с дворцом озарились неожиданно радостным фейерверком.

Эрнольд Второй бросил косой взгляд на сына. Тот стоял напряженный, как тетива в луке, и отчего-то растерянный, с непонятным выражением глаз. Похоже, такой уровень магии и он наблюдал впервые.

Правитель повернулся к стоявшей рядом жене и чуть заметно кивнул, получив в ответ едва различимый взмах ресниц. Она поняла его без слов. Да, нужно как-то смягчить первое неудачное впечатление у этих девиц об их семействе. Герцог немного расслабился, радуясь столь тесному взаимопониманию с супругой, чтоб тут же замереть от неприятнейшего осознания: а ведь эту духовную близость очень легко разрушить.

Может быть, стоит отказаться от новой любовницы, которую ему приводят в его тайные покои для развлечений вот уже неделю? Пока герцогиня считает, что он занят государственными делами, он тешится на стороне. Но ведь законная супруга прекрасно знает, что их брак чисто политический, и не должна противиться его необременительным увлечениям, которые к тому же никоим образом не влияют на его к ней отношение.

Эти нелегкие размышления отвлекли его от происходившего на площади, и он невольно вздрогнул, когда один из сгустков огня ударил в стену рядом с ним, отчего здание содрогнулось и мерзко завоняло гарью.

«Этак они нам весь дворец развалят! — ворвалась в его голову заполошная мысль. — И как же их остановить?»

— Они искалечат друг дружку! — начали вопить напуганные женщины. — Да и нас заодно!

Причем крики слышались со всех этажей дворца — за этим сражением следили все его обитатели.

— Они просто балуются, — услышал Анрион негромкий голос рядом. — Не волнуйтесь. Ничего серьезного не случится.

Он повернул голову и обнаружил стоящую подле него служанку сестер Салливерн. Она спокойно следила за жуткими зарницами за окном.

— Вы в этом уверены? — отчего-то герцог обратился к ней на «вы», хотя аристократы слугам всегда говорили «ты». — Что-то не верится.

— Им просто нужно скинуть избыток магии. — Странная служанка сделала небрежный жест.

— Дома они выпускали ее за работой, обычно в море, или, если уж очень были перевозбуждены, летели к фьордам, среди льдов и безлюдья можно было порезвиться вволю. А здесь им приходится осторожничать. Хотя они уже заканчивают.

Действительно, огни внезапно потухли, и легкие силуэты, почти невидимые среди охватившей двор темноты, помчались к окну. Анрион еле успел отскочить, когда оно распахнулась, впуская внутрь пару перемазанных фигур.

— Ну что, убедилась, что я сильнее? — одна из них, покрытая копотью с ног до головы, горделиво подбоченилась, не замечая, что с нее летят на узорчатый пол черные хлопья жирной сажи.

Вторая, ничуть не чище первой, громко фыркнула:

— Вот еще! Да я тебя просто пожалела! — и они обе вскинули засверкавшие магией руки.

Неизвестно, чем бы закончился этот непрекращающийся спор, если б не решительное вмешательство служанки:

— Если вы не будете себя вести как полагался девушкам из благородной семьи, я пошлю вестника вашей матушке. Уверена, она тут же отправит к вам леди Клариссу. Похоже, ее сдерживающее присутствие здесь просто необходимо.

Тут же наступила тишина. Грязь и копоть с платьев пропали, возвращая ткани первоначальный цвет, кожа очистилась, на сердитых лицах появились умильные улыбки.

— Что ты говоришь, Мариула, дорогая! Мы же ничего особенного не сделали! Подумаешь, слегка подурачились! И вообще, мы уходим к себе!

Они сделали в сторону герцогов одновременный чопорный реверанс и, подхватив с двух сторон свою горничную, исчезли из зала с нечеловеческой скоростью.

Будто очнувшись, придворные загомонили, выплескивая свой восторг, страх и ожидание грядущих неприятностей.

— И кто же это такая — леди Кларисса? — спросил у Анриона подошедший к нему Криспиан.

— Одно ее имя наводит на этих буйнопомешанных ужас. Интересно было бы на нее посмотреть.

Восторженно глядящий вслед сестрам герцог-младший ответил с небольшой задержкой:

— Ты же до сих пор обходишь стороной своего старого гувернера господина Меррика, живущего неподалеку, в центре столицы. Думаю, тут такой же эффект.

— С чего ты взял, что я обхожу Меррика? — возмутился столь безосновательным наветом кузен.

— Просто ты всегда далеко объезжаешь его дом, лишь бы не попасться ему на глаза. Думаешь, я этого не замечаю? Хотя, вполне возможно, ты делаешь это неосознанно, по въевшейся в сознание детской привычке, — Анрион, прищурившись, неотрывно смотрел на дверь, за которой скрылись девушки, и, нарушая строгую прическу, рассеянно провел рукой по голове. — Как ты смотришь на то, чтоб нанести невероятным леди Салливерн вечерний визит?

Криспиан вскинулся, негодующе зашипев: