Ритм галактик (журнальный вариант) - Игорь Дручин

— Так, Кита Ти. Одно племя будет делать посуду, другое оружие, третье сани, четвертое будет ходить за солью. Потом все обмениваться и у каждого племени будет и посуда, и оружие, и сани, и соль.

— Я подумаю, Воло-да. К весне мы соберем Большой Совет, и ты покажешь, что ты умеешь делать. Тогда решим, как нам быть.

— Хорошо, Кита Ти. Только в Совете должны быть уважаемые люди, которых все слушают.

— Ты хочешь, чтоб заговорил черный ящик? — тихо спросила Тао. Она знала, когда Володя очень тоскует по своему племени, он включает черный ящик, в котором спрятана музыка. Краев рассказал ей немного о принципах радиопередач, но из его объяснений она поняла только одно: черный ящик заговорит, если все племена объединятся и начнут жить по-новому.

— Да, Тао, — сказал Владимир, чтобы не разочаровывать ее. — Но это будет нескоро. Сначала надо научиться всем делать простые необходимые всем вещи, нужно научиться считать, писать… Может быть, не мы, а наши дети, или дети наших детей заставят его заговорить.

— Как может говорить ящик? — с любопытством спросила Кита Ти.

— Видишь ли, Кита Ти, — непроизвольно почесал затылок Володя. — У людей моего племени есть такие ящики, которые могут далеко переносить голос. Ты сидишь здесь и говоришь в ящик, а тебя слышат люди твоего племени. Они говорят в ящик, ты слышишь.

— Неужели ты и это умеешь? — заволновалась Кита Ти.

— Умею, но мне одному всего не успеть. Поэтому нужна помощь всех племен.

— Ты получишь эту помощь, — твердо пообещала Кита Ти.

Племя людей Края Леса встретило свою главу и ее гостей восторженными криками. Володя и Тао погостили два дня и собрались в дорогу. Вместе с ними ушли Унда и Вао. Когда они после долгих странствий остановились у занесенной снегом избы, спазмы сжали Краеву горло. От этой картины повеяло родным и знакомым. Вот так же ранней весной, после обильного снегопада, они вышли, подыскивая место для заброски продуктов и снаряжения геологической партии, к охотничьей избушке… Владимир потер лоб, отгоняя призраки прошлого, и принялся отгребать снег от двери.

Вечером Краев осторожно, чтобы не испугать новых друзей, включил «Спидолу». При первых же звуках Вао обеспокоенно вскочила с топчана и завертела головой, готовая при первом же подозрительном движении выскочить за дверь. Унда, наслышанный о черном ящике, успокоил жену. До поздней ночи в жарко натопленной избе лилась музыка и звучали песни…

И Володя и Тао были рады новым друзьям, старались научить их всему, что умели сами. Унда кривил душой, когда напускал безразличный вид по отношению к Вао. Он любил свою жену. Надо было видеть, с какой тщательностью он делал ей лук и стрелы. На охоту ходили теперь вчетвером, и, хотя добыча часто оказывалась бедной, они не голодали. Мало того, они даже сделали небольшой запас на случай половодья.

С каждым днем солнце пригревало все основательней. Днем безостановочно бежали ручьи. На проталинах появились яркие, необычно красивые цветы. Возвращаясь с охоты, Володя всегда приносил свежие цветы и ставил их в миску с водой. Тао сначала посмеивалась над ним, но однажды и сама принесла такой букет, что Владимир только ахнул. Красивое не любит соседствовать с грязью. Если раньше Краев с большим трудом поддерживал чистоту в избе, то сейчас все изменилось, как по волшебству. Даже пассивная к домашним делам Вао иногда сама принималась за уборку.

Во время похода Краев отметил самый короткий день, решив начать с него отсчет, чтобы потом составить календарь. Теперь он с нетерпением ждал дня весеннего равноденствия. Когда он наступил, Володя подсчитал, что здешний год составляет примерно триста шестьдесят дней. Такая круглая цифра избавляла от чередования длинных и коротких месяцев. Каждый месяц можно было принимать за тридцать дней. Для себя Володя сохранил земные названия зимних месяцев, надеясь со временем придумать их синонимы на местном наречии. Он заносил в свою записную книжку только крайне необходимые даты, остальное пытался удержать в памяти, чтобы экономно расходовать листки записной книжки. Половодье, против ожидания, не было бурным. Вода поднялась не выше двух метров, а через неделю низкая пойма начала подсыхать. Связь с предгорьями восстановилась.

Когда тропы немного подсохли, их посетила делегация родного Тао племени. Новой главой стала Ила На, женщина, которая раньше часто навещала Тао. Краев сравнительно легко договорился, чтобы Ила На прислала мужчин ему в помощь, пообещав за каждого лук и двадцать стрел с наконечниками. Близилось время Большого Совета, с которым Володя связывал столько надежд. Необходимо было многое сделать, чтобы показать товар лицом.

Ила На прислала десять мужчин. Владимир поставил двух на промывку золота под присмотром Унды, двух в помощь Вао и Тао на охоту. Остальных занял на производстве кирпича. Работа закипела. Когда было намыто достаточное количество золота, Краев с помощью Унды и двух подручных принялся за поковку наконечников, ножей и топоров, самых важных, по его мнению, орудий для племен на этом этапе развития. Убедившись, что дело у Унды и его помощников пошло, он сложил обжиговую печь из кирпича и принялся за изготовление посуды. Двух мужчин Володя взялся обучать работе на гончарном круге, двух поставил на сушку, двух на обжиг.

День Большого Совета превратился в праздник племен. На поляне стояли стеллажи, на которых лежали изделия из золота и керамики. Каждый мог рассмотреть и пощупать. Из напиленных впрок досок соорудили небольшой помост и ряды скамеек. Чуть поодаль поставили столы из отесанных досок. Столы ломились от горшков и мисок с жареным и вареным мясом, рыбой, овощами и ягодами. Нет, такого изобилия не видело ни одно племя. И видавшие всякие беды седые и молодые женщины растерялись и смотрели на столы почти с благоговейным испугом. Десять мужчин, обученных Краевым, расхаживали с гордым видом и объясняли каждому члену Совета, что и как делали. Потом Тао и Володя пригласили всех на обед. Члены Совета и их мужья насытились до отвала, и тогда им подали напиток из молодых листьев ткао, по вкусу напоминающий чай, в больших глиняных кружках. Напиток очень понравился членам Совета, и все были удивлены, что листья ткао, которые прежде жевали для подкрепления сил и утоления жажды, можно использовать для приготовления такого питья. Умиротворенные и довольные, гости расселись на скамейках, а на помост взошла Кита Ти.

— Когда я первый раз увидела Воло-да, я подумала, что это хороший человек. Теперь в этом можете убедиться и вы. Никто из нас не умеет делать такие вещи и так быстро. Всем нам понравилась еда, которой угощали нас Воло-да и его жена Тао. В их еду положен белый камень — соль. Она делает любую еду вкусней. Раньше мы посылали за солью летом. Пять человек ходили, мало приносили. Этой зимой я сама ходила с Тао и Воло-да за солью. Делали сани. Много привезли. Все наше племя теперь каждый день ест мясо с солью. Эту соль привезли на санях два человека: я и Унда. Племя стало крепче, У нас нет больных. Воло-да сказал, надо собрать Большой Совет всех племен. Пусть посмотрят, как надо жить всем людям. Он много знает. Он будет учить всех, кто захочет. Я все сказала.