Отбор для принцессы - Мелани Дионисо

по ее золотистым прядям пробегали волны, и они напоминали поле пшеницы на сильном ветру. Голубые глаза блестели радостью, и сколько ни вглядывался, я не мог понять, наиграна она или нет.

Наконец, прогремел сигнальный выстрел, ловчий открыл клетку, и кабан с диким визгом понесся с поляны куда-то в лес. Спустя десять секунд волю получили и собаки, которые тут же рванули по следу зверя. За собаками поскакали и мы — принцы, Лучиана и две ее фрейлины. Я дал остальным наездникам немного форы, и лишь спустя минуту присоединился к ним. Единственное, что мне до сих пор нравилось в охоте — это возможность пришпорить коня и скакать во весь опор.

Я старался держаться поближе к белой кобылке принцессы. Право стрелять в любом случае будет предоставлено принцам — в конце концов, в этот раз развлечение организовано специально для них, так что я лишь поглядывал по сторонам.

Карим Хишам едва держался в седле, но вид сохранял грозный. Он, пожалуй, в этот момент даже походил на своих предков-кочевников, которые всю жизнь проводили верхом. Бранн и Вероник казались более уверенными наездниками. Северный вождь, одной рукой держа уздечку, второй — ружье, вырвался вперед, но и Вероник — куда более изящный и грациозный в своих движениях — почти не отставал.

Ее Высочество, заметив азарт гостей, осадила коня и осталась позади. В женском седле она держалась так, будто в нем родилась. Впрочем, Король лет с шестнадцати брал ее на охоту, так что у нее было достаточно времени, чтобы потренироваться. Я на несколько мгновений залюбовался грацией Лучианы, тем, как солнечные блики играют на шелке волос, на мягкие черты лица, не приукрашенные и не заостренные сегодня белилами и пудрами. Но крик Вероника, который умудрился вырываться вперед, привел меня в чувство.

— Первый выстрел! — закричал принц, поднимая ружье.

— Второй! — низкий голос, почти рык Бранна прокатился над поляной.

— Третий! — нехотя выкрикнул Карим, хоть и знал, что стрелять ему в этот раз не придется.

Я посмотрел вперед и заметил кабана, который метался между кустами и широкими стволами деревьев. Лай и вой псов стал почти оглушительным, но как только раздался гром выстрела, все на миг затихло. Туша животного тяжело повалилась на траву, и через миг раздался гром поздравлений.

Я спешился, чтобы осмотреть тушу, но прежде подошел к Лучиане, чтобы помочь ей спуститься с коня. Впрочем, мою помощь она приняла лишь формально. Сама легко соскочила с седла и незаметно размяла ноги.

— В этот раз первого зверя забили очень быстро! Ваше мастерство, господа, очень похвально.

Принцесса улыбнулась и направилась к поляне, где собаки беспокойно носились вокруг кабаньей туши, но вдруг справа раздался оглушительный визг. Я рефлекторно перехватил ружье поудобнее, но прицелиться не успел. Из-за кустов слева выскочил еще один зверь — кабан гораздо крупнее того, которого мы застрелили только что. Он на миг замер, поднял рыло к небу, снова оглушительно заревел и бросился прямо на принцессу.

Позабыв обо всех приличиях, я подскочил к Лучиане и толкнул ее. Она упала куда-то в руки горничных, которые поспешили оттащить ее, а огромная туша дикого зверя налетела прямо на меня. Выстрелить я не успел — только выставил приклад ружья между собой и клыкастой пастью. Сам же дернулся в сторону, пытаясь высвободиться из-под тяжелой туши, пнул тварь и, похоже, попал в живот. Кабан отскочил, я откатился в сторону и успел подняться на ноги, когда он бросился на меня снова.

— Герцог! — громогласный голос Бранна разнесся над поляной, и я невольно обернулся.

Вождь бросил мне копье, и я едва успел поймать его, отступив на пару шагов. Кабан пронесся справа от меня, резко затормозил и обернулся. Раздался выстрел — я не видел, чей — но тварь он не задел, и она, разъяренная, снова бросилась ко мне.

Мне едва хватило времени, чтобы упереть древко в землю, а в следующий миг зверь, с огромной скоростью несшийся ко мне, силой инерции напоролся глоткой на острие. Несколько капель крови попали на мои руки и одежду, и какое-то время я смотрел на них, пытаясь прийти в себя. Гул аплодисментов и одобрительных выкриков доносится до меня как будто сквозь вату.

— Благодарю вас, герцог Наварро. Вы спасли мне жизнь, — Лучиана присела в легком вежливом реверансе, и я низко поклонился в ответ.

— Для меня большая честь служить Вашему Высочеству, даже ценой своей жизни, — пафосно изрек я, хоть говорил и почти правду. Если бы того потребовала ситуация, я бы умер, но не столько ради королевской семьи, сколько ради чести собственной фамилии, будь она неладна.

— Предлагаю вернуться к шатрам и отдохнуть! — принцесса говорила громко и уверенно, но я, стоявший к ней сейчас ближе всех, разглядел, как дрожат тонкие руки.

А меня уже душила ярость: кто из ловчих посмел пропустить на территорию королевского леса тварь или выпустить одну из тех, которые подготовлены для следующего этапа?! Как они посмели подвергнуть опасности жизнь принцессы и иностранных гостей? И в самом ли деле все произошедшее — случайность?

Похоже, кроме меня волнения Ее Высочества никто не заметил. Принцы охотно поддержали ее слова и резво повскакивали на коней.

— Ваше Высочество, — я хотел подойти к Лучиане ближе, но вовремя вспомнил о том, что испачкан кровью, и остался на месте.

— Я в полном порядке. Еще раз благодарю вас, герцог, — принцесса обернулась ко мне так резко, что я едва не отпрянул. Лицо ее искажал не ужас, а ярость. — И прошу вас, выясните, откуда здесь появился второй кабан? По плану его тут быть не должно!

— Займусь этим прямо сейчас, Ваше Высочество, — этот шанс улизнуть от скучного пикника и загона очередного беспомощного зверя я не собирался упускать.

Когда принцесса забралась в седло и первой направилась к палаткам, в которых вина и отдых — я надеюсь — уже давно ожидали гостей, я заметил Бранна. Если бы взглядом можно было вдавить в землю, то я бы уже ушел под траву по самую макушку. Воин не спешил следовать за принцессой, впрочем, ехала она легкой трусцой, и он легко нагонит ее и ее спутников.

— Я обязан вам жизнью, — сказал я, чтобы прервать тяжелое молчание, причину которого я понять не мог.

— Мы на севере не признаем таких обязательств, — ответил Бранн сквозь зубы. — Я мог помочь — и сделал это. Спасите кого-нибудь из северян, если представится случай, и будем в расчете.

Не дожидаясь ответа на резкие слова, Бранн вскочил в седло и устремился вслед за