Наследник огня и пепла. Том V. Кровь и дороги - Владислав Добрый

Это чистая победа.

Глава 5

Будни власти

— Мужчины. Сначала говорите девушке, что она вам безразлична. А потом два дня молча сидите у её погребального костра, — сказала моя жена, со свойственной ей иронией. — Может попробуешь его отвлечь?

Мы стояли в тенистой аллее персиковых деревьев. Было уже начало осени и персиковые деревья уже давно отцвели. Жаль. В конце весны это место было по-настоящему красиво. Розовые лепестки делали мир ярким и радостным.Ветер срывал их по одному, медленно засыпал все вокруг. Будто крася мир в нежнорозовый. Осень в долине Караэна не несет холодов, скорее свежесть, и больше похожа на лето. Только без сиесты. Прошедшие на днях дожди заставили уже слегка пожухлую траву воспрянуть и вокруг все купалось в ярко-изумрудном свете.

Это местечко было расположено в самом углу участка моего покойного дяди. Уголок сохранившегося персикового сада и каменный помост для кремации. Аккуратные серые плиты и возвышение с поддувальцами. Не знаю, откуда этот крематорий здесь, мне не верилось что дядя соорудил его сам. Наверное, остался ещё с того времени, когда эта земля была за Старой Стеной. Гвену сожгли тут, не стали отдавать в один из храмов. Учитывая её, так сказать, происхождение. Я при этом не присутствовал, мне хватило увидеть её тронутое разложением лицо через четыре дня после победы. Я и этого не хотел. Не люблю прощаться. Но пришлось — она лежала в семейном «часовенке» уже слишком долго и Сперат не подпускал к её телу никого, кроме лекарей.

Тогда я думал, что он сошел с ума. Но когда я пришел, он посмотрел на меня, лишь вздохнул и вышел. В этом была какая-то очень черная ирония — пока Гвена не умерла, Сперат сторонился её. Возможно, не столько потому, что боялся демонов. А потому, что боялся своих чувств. И только сейчас все стало не важно, кроме самого важного. Но она уже умерла. Ха, ха.

— Когда её прах собрали, чтобы высыпать в реку. Я предложила Сперату сделать это самому, но он отказался. Так и остался тут, — тихо сказала Адель.

— Попробую его отвлечь, — сказал я и взял жену за руку. После последней битвы мы взяли за правило проводить несколько утренних часов вместе. Между утренней аудиенцией и обедом. И все равно эти встречи часто сводились к делам. Обычно тем, про которые я и не знал. Хорошо, что у меня есть жена. Иногда просто не успеваешь быть одновременно везде.

— Я всегда знал, что ты в душе плаксивая девочка, Бочечька, — раздался сзади голос Ланса.

— Провались ты к демонам, длинный хер! — раздался в ответ грубый женский голос и звук удара латной рукавицы по кольчуге.

Да, проводить время наедине в нашем с Адель случае, это значит, что из свиты только пара телохранителей. Одна из бойбаб жены и мой Ланс, не считая двух стражников от Леона, следующих от нас с отставанием шагов в двадцать. Ланс не привык видеть женщину в латах. Или просто не мог сдержать свой мерзкий характер. В любом случае он тихонько доводил телохранительницу жены подколками. Впрочем, та просто била его в ответ без раздумий. В ней не было столько магии лечения, как у меня, но достаточно мастерства в его применении, чтобы лупить не хуже профессионального боксера. Ланса спасали доспехи и то, что я лично запретил бить ему по лицу — не хватало еще чтобы в моей свите ходили с фингалами. Я обернулся на звук и увидел, как Ланс с радостной рожей бегает вокруг одного из деревьев, придерживая меч, а за ним гоняется Бочечька. Блин, я забыл имя этой бойбабы. Прозвище обидное и не отражает сути — телохранительница Адели похожа на спортсменку, занимающуюся тяжелой атлетикой. С фигурой у неё все в порядке, хоть она и коренастая. А вот лицо как у альпинистки после долгого перехода. Последствия пренебрежения к уходу за собой в пользу тренировок и уходу за оружием. Эта суровая баба сейчас выглядела разъяренной как маленькая собачка, даже рычала почти так же, гоняясь за Лансом. И, к моему удивлению, я заметил что она украдкой вытирает слезу.

— Мне кажется, Ланс положил глаз на Лаванду, — сказала Адель мне на ухо. — они подходят по статусу.

Лаванда! Точно. В Королевстве Фрей любят цветочные имена…

— А Лаванда на Сперата, — ответил я. — Она пустила слезу. Замок её сердца дал трещину от жалости. Сперату достаточно просто подъехать поближе, и он сможет просунуть свое длинной и толстое копье в твою Лаванду.

Адель ритуально толкнула меня локтем в бок, обозначая что она приличная сеньора и такие намеки не прилично, и одновременно весело рассмеялась. А потом сказала:

— Нет, её растрогал не Сперат. Она грустит о Гвене. Кажется, так нашла трещину у Лаванды куда раньше.

Стоп. Что? Я перевел взгляд на Адель. Она улыбнулась. И сказала:

— Но ты прав, Ланс подходит Лаванде по статусу, и он явно к ней неравнодушен. Это хорошо. Я люблю свадьбы. К тому же, учитывая их долг, им не следует с этим затягивать, — сказала Адель. И грустно взглянула на Лаванду, которая догнала Ланса и умудрилась ловко сбить его с ног подсечкой. Однако Ланс, не взирая на доспехи, ловко вскочил и снова бросился наутёк. — Они могут погибнуть в любой момент. А я люблю Лаванду. Мне бы хотелось девочку от неё. Может, будет такой же суровой, как мать. но если даже нет, все равно, это будет память.

— Эммм… — я попытался собраться с мыслями. —