Эннера - Айлис

в суде, снова офис, дела, клиенты. И так до самого вечера, пока он не пришёл в «Нольд». Там заканчивалось обычное и начиналось невероятное, включая парочку, находившуюся в его квартире сейчас.

— В общем, Роми нашла меня на парковке, когда я ушёл из «Нольда». Ей приспичило покататься. Ну и… — Адан развёл руками. — Докатались. Система неожиданно отказала, я не успел разобраться, в чём дело. Кабриолёт стал терять высоту, пришлось выпрыгивать на ходу. Не знаю, как мы не разбились. Не понимаю. В голове не укладывается. Ни это, ни то, что происходило на поле. Роми нацепила на меня браслет. Потом появились тени. Или это были люди. Хотя вряд ли люди. Не знаю. — Описать нормально то, что там происходило, не получалось. — Помню свет, очень яркий. Из этой вот штуки, — Адан приподнял левую руку. — Потом вроде был взрыв. И луна. Огромная, сиреневая. Никогда такой не видел. Дальше — прочерк. До вашего прихода я ничего не помню. Ни как вернулся домой, ни как лёг спать.

Ллэр всё так же щурился, пристально глядя на него и не говоря ни слова, но Адан отчётливо услышал:

— Как же мне не повезло.

— А мне, думаешь, повезло? — Он покачал головой, ухмыляясь. — Весь вечер — мечта идиота.

— Ты жив, это уже плюс, — улыбнулся Ллэр. — Позже найдутся другие плюсы. Плохо, что машина сгорела. Я бы посмотрел на показания приборов. Может, смог бы понять, что сожрало энергию.

Адан обернулся на шум шагов и с удивлением уставился на выходящую из спальни Миру. Когда только успела?

— А у тебя очень даже мило. Так сразу и не скажешь, что квартира холостяка, — прошелестел в голове её бесючий голосок. — Чистенько, но не маниакально. Ну, чего уставился-то? Я просто заглянула. Ничего не трогала, в личных вещах не ковырялась, надо больно.

Мира опустила на столик квадратный деревянный поднос с тремя чашками кофе, молча села на диван, и Адан осознал, что она не произнесла ни слова с момента, как ушла на кухню.

Как такое возможно?! Он же точно слышал её слова.

Виски сдавило сильнее. Адан стиснул зубы, закрыл глаза.

— Голова болит? — участливо поинтересовался Ллэр. Адан не сомневался: вопрос адресован ему.

— Сейчас пройдёт. Наверное, — он на секунду приоткрыл глаза и тут же снова зажмурился — свет от электрических ламп казался яркими прожекторами.

Вдох, выдох, вдох. Медленно, по чуть-чуть, но отпускало.

— Могу помочь, — предложил Ллэр.

— Неужели лимит доброты снова пополнился? — съязвила Мира.

Адан опять отчётливо понял, что на самом деле она ничего не говорила. Но он слышал… её мысли?..

— Сделай одолжение — не думай, — буркнул Адан.

— Хорошо же тебя шандарахнуло в баре. Даже мысли читать научился. — А вот это Мира точно сказала: громко и насмешливо.

Адан приоткрыл глаза и не сразу понял, почему ничего не видит. Через миг сообразил, что кто-то погасил свет и в комнате теперь царил полумрак.

— Не провоцируй его, — попросил Ллэр.

С дивана донеслось обиженное сопение.

— А то что? Ещё куда-нибудь меня перенесёшь? — убавлять громкость Мира не собиралась. — Между прочим, я не какая-нибудь вещь. Мог бы оставить меня в своём замке, раз мешаю.

То ли отсутствие яркого освещения, то ли тишина, то ли всё вместе, но Адану становилось легче. Головная боль постепенно затихала, хотя мысли всё ещё путались и думать связно не получалось. Это не было похоже на обычную мигрень или недомогание. Скорее, на лёгкое помешательство, когда кажется, что можешь слышать, что думают другие, и когда видишь то, чего нет и быть не может по определению.

Ллэр терпеливо ждал, а Мира с пультом в руках нашла себе новое развлечение — картинки на оптической шторе менялись со скоростью звука.

— Ой, а я её знаю, — молчание Миры продлилось недолго.

Адан машинально повернул голову и замер. Проклятье! Он был уверен, что давно избавился от всего, что напоминало о бывшей подружке. Но с трёхмерной картинки, задорно улыбаясь и подмигивая, на них смотрела именно она.

— Выключи! — приказал Адан, оборачиваясь к Мире.

— Это же Таль! Точно она! — та не слушала.

— Выключи! — Он резко вытянул руку, собираясь отобрать пульт.

Диван почему-то перевернулся, опрокинувшись назад, а Мира с пронзительным визгом отлетела к стене. Послышался грохот, слабый стон, и наступила долгожданная тишина.

— Ты рехнулся?! — Ллэр исчез из кресла, чтобы в тот же миг появиться около Миры. — Контролируй свои мысли! Она нужна мне живой.

— Хочешь сказать, это я сделал?.. — обомлел Адан. Растерянно скользнул взглядом по перевёрнутому дивану, уставился на стену.

На шершавой каменной поверхности темнел кровавый след, причудливым изгибом уходящий вниз к паркету. Наверняка у девчонки пробит череп или того хуже.

Ллэр хмыкнул, но не ответил. Осторожно приподнял Миру и уложил ровнее. Накрыл ладонью её лоб, тут же везде в квартире вспыхнул яркий свет и почти сразу погас, кроме одного единственного светильника в дальнем углу гостиной. Штора затрещала, и показалось, что вот-вот посыпятся искры, но этого не произошло. Изображение Таль пару раз мигнуло и пропало. А Мира с шумом вдохнула и распахнула глаза:

— У тебя нежные руки. И глаза… очень серые… красивые, — еле слышно пробормотала она. Или подумала. Адан не смог разобрать. Просто продолжал стоять около кресла, не двигаясь, и в ужасе смотрел на её бледное лицо. Теперь она была похожа на перепуганного зверька, покалеченного жестоким хищником.

Адан виновато отвернулся. Он не хищник. Он — чудовище. Чуть не угробил Миру, а до этого на поле что-то сделал с Роми. Больше ни о каком «вероятно» не могло идти и речи. Услышанное и увиденное за вечер вдруг сложилось в одно целое. Что-то случилось именно с ним. Что-то плохое, неправильное. В баре или до. Или позже. Роми всего лишь хотела помочь, а в итоге чуть не погибла по его вине. Невероятная авария, взрыв… Это его рук дело. И после всего он бросил её умирать в грязи, а сам спокойно вернулся домой. Теперь даже знал, как — так же, как сейчас очутился у окна. Или как в его руке только что оказалась пачка сигарет —