Крепостная Эльза - Светлана Машкина

Нет, ну вы на него посмотрите! Сам такой же холоп, а ведёт себя, словно я его крепостная!

— Ты меня не пугай, — сказала я. — Ты здесь никто, а барин своё слово уже сказал.

Дверь кареты распахнулась и оттуда выглянул смеющийся лорд Вольтан:

— О, Сильнейший, это лучшая покупка в году, — весело заявил лорд. — Эська, ты откуда взялась, такая бойкая?

Я прикусила язык — так и спалиться недолго. В прошлый раз сестра начала подозревать меня в подмене, как бы теперь лорд не начал.

Положение исправила матушка. Она дёрнула меня за руку и я, уже вполне привычным движением, повалилась на колени.

Да уж, быстро я перенимаю холопские привычки и навыки. Если дальше так пойдёт, буду падать на землю от каждого резкого звука.

— Простите её, барин, за ради Сильнейшего! Век за ваше здоровье молиться буду, — запричитала матушка. — С детства она такая языкатая! Моя вина!

Вольтан и не собирался сердиться, вся ситуация его развлекала:

— Прощайся с родными и садись в карету, поехали, — велел он.

От неожиданного предложения матушка перестала причитать.

Наверное, на моём лице было написано такое неподдельное изумление, что Вольтан опять развеселился.

— Да, да, Эська, в карете поедешь. Видишь, какая честь тебе выпала? Наверное, и не мечтала о таком.

Точно не мечтала. Ехать крепостной девкой в неизвестность, кланяться и падать в ноги, в прямом смысле слова чуть ли не лежать носом в дорожной пыли и чувствовать себя вещью — о таком мечтать даже Силий бы не стал. Всё-таки немного мозгов у парня есть.

Вольтан скрылся в карете.

Пока Палиша торопливо запихивала в мешок мою рубаху и старое платье, я переоделась во вчерашний наряд. Хоть он и единственный приличный, но не хочу я ехать замарашкой.

Фартук решила оставить сестре, но матушка строго сказала:

— Забирай, Эська. Твой он. Да и не нужен больше Палише, стала она невестой. Береги его, девочка, может Сильнейший смилостивится, найдёшь на чужбине себе мужа.

Кусок пирога, приготовленный для старой Зенты, матушка тоже положила мне.

— Покушать тебе в дорогу, а Зенте там ещё осталось, Палишка отнесёт. Жаль, не увиделись вы со старушкой, очень она переживать будет, что не попрощались.

Мне тоже жаль, что я не помню женщину, которая, похоже, тепло ко мне относилась.

Пока я одевалась и переплетала косу, матушка Маника принесла кучеру напиться.

— Спасибо, — сказал он и с удовольствием выпил полную кружку холодного взвара. — Жарко сегодня будет, с утра вона как печёт.

— Чего барин-то рано уезжает? — тихо спросила Маника.

— Дык лекарь нужен, нашим-то барин не сильно доверяет, — поделился информацией кучер.

Он рассказал матушке, что вчера лорд с баронетом устроили скачки. Кобыла лорда попала копытом в кротовью яму и упала. Лорд Вольтан успел выпрыгнуть из седла, но неудачно приземлился и повредил ногу. Местный лекарь диагностировал ушиб, намазал мазью и перевязал. К утру нога сильно разболелась, и лорд Вольтан решил отправиться домой.

— По пути к какому-то знакомому лекарю заедет, — объяснил кучер. — Эську баронет хотел было следом на телеге послать, но лорд сказал, мол, пусть со мной в карете едет. Будет, кому за ним ухаживать.

Надеюсь, ни на что, кроме помощи сиделки, лорд Вольтан не рассчитывает, иначе, боюсь, я поврежу ему вторую ногу. А потом сбегу. Примкну к торговому каравану, уйду как можно дальше. Найду в другом городе какую-нибудь работу, может и свой бизнес со временем открою, как все нормальные попаданки.

Почему бы и нет? Для этого отсталого мира у меня очень много новаторских знаний и идей.

Карета оказалась вполне просторной, я села напротив лорда, сложила на коленях руки и скромно опустила глаза. Некоторое время мы ехали молча, Вольтан, кажется, задремал, и я стала смотреть в окно. Ого, какие огромные поля! Широкие, зелёные, плотно засеянные зерновыми. Растения колышутся на ветру, кажется, что это не поле, а живое зелёное море, бескрайнее и глубокое.

Тут и там мелькают цветочные головки, голубые и ярко-жёлтые, делая зерновое море ещё более живым и нарядным.

— Нравится? — спросил Вольтан. — Ты дальше своей деревни где-нибудь была?

— Нет, барин, — призналась я.

Наверное, надо было сказать, что была, потому что рано или поздно я что-нибудь ляпну, и не смогу объяснить источник своих знаний. На всякий случай я решила подстраховаться.

— Но батюшка много чего рассказывал о городах и людях. Он, до того, как на матушке женился, другому барину служил. Много чего интересного батюшка повидал, я любила его слушать.

— Как звали барина?

— Простите, не помню. У него дом быль большой, мебель красивая и посуда, какой мы не видели никогда.

Вольтан кивнул и замолчал. Он попытался снова уснуть, но, видимо, спать больше не получалось, а ехать молча в самом деле было скучно.

— Расскажи что-нибудь, — запросто сказал лорд. — Ты же у нас девка языкатая, — усмехнулся он.

— Что я могу вам рассказать? Лучше вы мне расскажите.

— О чём?

— Что за Страшное время было давно? Все им пугают, но никто ничего толком не говорит. Матушка, когда я спрашивала, сразу молиться начинала и мне велела не любопытничать, а за скотиной хлев чистить.

Лорд покачал головой, задумался:

— Не поймёшь ведь ничего, — с сомнением в голосе сказал он.

Я опустила голову, пряча улыбку. Начинай уже, лорд, хватит умника из себя строить! Можно подумать, я глупее тебя! У меня, между прочим, высшее образование, хоть и совершенно здесь ненужное.

— Сколько тебе лет, Эська?

Упс! Не знаю, но семнадцать точно есть, иначе бы меня не пытались выдать замуж. Восемнадцать? Двадцать? Больше? Да ладно, я выбираю молодость!

— Двадцать.

— Понятно. Долго тебя замуж не отдавали, можно было и раньше. Подозреваю — желающих не было? — засмеялся лорд. — Ладно, слушай, всё равно делать нечего.

Рассказывать Вольтан умел. Он не пытался как-то упростить свою речь, подстраиваясь под глупую деревенскую девку, он бесстрастно передавал факты, как диктор на телевидении. Под его ровный, немного монотонный голос я, как в хороший фильм, погрузилась в те далёкие события. Так глубоко, что словно сама смогла за ними наблюдать, переживать весь ужас, испытанный молодой королевой и страх простого народа перед вооружёнными наёмниками.

Глава 15

О том, что в королевстве зреет заговор, король узнал, когда его попытались отравить.

В тот день на обед готовились блюда из медвежатины. Медведя король заколол лично, чем несказанно гордился. С самого утра он рассказывал жене, какая удачная была охота, как собаки нашли берлогу и какой огромный из неё вылез зверь.

Король был сильным мужчиной и