Двое в заброшенном доме - Элизабет Хейтер

– Сейчас я не собираюсь тебя убивать. – Коннорс не убрал пистолет от головы Челси. – Не знал, что вас столько сюда понаедет. Подари мне несколько минут своего времени, и потом вы все поедете по домам.

– Объясни, зачем тебе это нужно, – вкрадчиво заметила Челси.

Очевидно, таким голосом она вела переговоры с преступниками. Скотту такая манера пришлась по душе. Раньше он не видел ее в деле.

– Ты не воспользовался своим шансом на суде, – добавила Челси до того, как Коннорс успел ответить. – Но можешь сделать это сейчас. Позволь нам задержать тебя, мы найдем тебе защитника. Любого, какого захочешь. Расскажем людям твою версию, они тебя поймут.

– Не нужен мне никакой защитник, обратно в тюрьму я не пойду. И наплевать, кто меня поймет. – Он заговорил приглушенным голосом: – Никто не хочет ничего понимать. И нечего здесь понимать. Я сошел с ума. И заслужил то, что получил.

Он умолк. Скотт чуть передвинул руки, все еще сжимая «глок», но не мог его поднять и прицелиться.

Тирада Челси сработала. По крайней мере, отвлекла внимание Коннорса от Скотта, который еще немного сместился влево. Коннорс продолжил:

– Хочу поговорить с тобой, Челси. Год назад ты обещала кое-что со мной обсудить. Ну, вот и давай побеседуем.

– О'кей.

– Но твоих уговоров я слышать не хочу. Будь внимательна. Времени у нас достаточно.

– Конечно, – вступила в разговор Элла. – Получишь столько времени, сколько тебе нужно.

Коннорс немного выпрямился и взглянул на Эллу из-за головы Челси, твердо держа пистолет. И показался лишь чуть-чуть, не давая возможности Скотту произвести разящий выстрел. Чтобы обезоружить его, нужно прицелиться очень точно и попасть в еле видную часть тела. Коннорс, опытный стрелок, все это прекрасно понимал и знал, насколько может высунуться. Удивляло лишь то, что он вообще хоть слегка открылся.

Может, тем самым дал знак Скотту и Андре, что их намерения для него не тайна.

Выглядел он ужасно. Налитые кровью глаза, заострившиеся черты лица, круги усталости. Но, в отличие от суда, не ушел в себя. Это было и хорошо, и плохо. Хорошо потому, что вряд ли бы принял спонтанное решение. Плохо потому, что настороже и готов к немедленным действиям. Перед побоищем год назад он наглотался таблеток, но все равно каждым выстрелом поражал цель. А теперь со свежей головой застрелил бы Челси и Эллу прежде, чем Скотт и Андре успели бы вскинуть пистолеты.

Коннорс снова укрылся за спиной Челси и неожиданно промолвил:

– Это была не моя идея.

Скотт понял, что он говорит не с ними, а с Челси.

Элла медленно опустила руки, Коннорс тотчас направил на нее пистолет, она снова подняла руки. Затем он снова прижал ствол к голове Челси.

– А чья это была идея? – Скотт понял, что она не совсем довольна ходом переговоров.

Он еще немного передвинулся. Сначала переступил правой ногой, потом левой, по-прежнему не в состоянии прицелиться. Но если Челси его отвлечет…

– Одного друга, – промолвил Коннорс, и стало ясно, что дружба давно закончилась.

– Друг сказал, чтобы ты пришел сюда в тот день? По-твоему, справедливо, что он на свободе, не понес никакого наказания?

Не в этом дело. – Коннорс махнул пистолетом у головы Челси.

Он был сильно возбужден. Когда Скотт еще чуть-чуть передвинулся, очень медленно, ему хотелось выругаться.

– Его зовут Майк Данверс. Его перевели из нашего подразделения как раз перед… – Коннорс запнулся, – перед взрывом той бомбы. За несколько дней.

– А он не имел отношения к бомбе? Об армейских порядках я знаю не понаслышке, Клейтон. Ты знал, что мои родители служили в армии? Я могу тебе помочь. Пожалуйста, опусти пистолет, давай поговорим об этом с глазу на глаз.

– Данверс не имел к бомбе никакого отношения. Слушайте! – рявкнул Коннорс и перевел пистолет с Челси на Скотта, не выглядывая из-за нее. – Не двигайтесь!

Скотт оценил возможности для стрельбы. Он мог попасть в левую ногу Коннорса, но вряд ли бы повредил артерию. Коннорс солдат, и если он откроет огонь, успеет ли Челси отскочить в сторону достаточно быстро, чтобы произвести разящий выстрел?

Скотта подмывало надавить на спусковой крючок, поскольку Коннорс все сильнее возбуждался. Но он сомневался, что все пройдет удачно, и поэтому замер на месте.

Коннорс снова наставил пистолет в затылок Челси, шансов его опередить не осталось.

– Замолчите, – потребовал он. – Просто слушайте.

Скотт увидел, как напряглись Андре и Элла, заметил усталость на лице Эллы, ей было тяжело держать руки у головы и явно все сильнее хотелось выстрелить. Андре хмурился. Судя по всему, не ждал от происходящего ничего хорошего.

– Мне долго промывали мозги, понимаете? – продолжал Коннорс. – Я и так сидел на успокоительных таблетках, а перед тем днем мне увеличили дозу. Они знали, как я ненавижу военных, потому что бомба не должна была взорваться, мы не должны были оказываться на той дороге. Она контролировалась повстанцами, и нас не следовало посылать тем маршрутом. Они вообще не должны были посылать туда наше подразделение. Мы только что выполнили опасное задание и очень устали. Если бы мы отдохнули, наверняка заметили опасность. Но нам сказали, что больше послать некого. Только нас. – Коннорс так сжал пистолет, что костяшки пальцев побелели. – А потом они прислали парня, который должен был находиться в том бронетранспортере, ему тоже предстояло погибнуть в тот день, но он не погиб. Он и подговорил меня на это дело. Челси быстро изменилась в лице, Скотт не успел ничего сообразить. Она тихо промолвила:

– Майк Данверс. – Она демонстрировала внимание к истории Коннорса. Правило номер один в переговорах.

Видимо, она правильно сделала. Скотт еще чуть сдвинулся вправо и заметил, как Коннорс за спиной Челси немного расслабился.

– Да. Верно. Именно Майк один из тех, кто подбил меня на это. – Он кивнул, опустив плечи. Впервые после приезда сюда у Скотта мелькнула надежда на благополучный исход.

– И ты хочешь, чтобы он взял на себя долю вины за произошедшее. Сочувствую тебе, Клейтон. Но это надо сделать правильно. Ты ведь понимаешь, не так ли? Я могу начать расследование.

– Не заговаривай мне зубы, Челси. У военных тоже есть переговорщики. Вся штука в том, что у меня особый интерес к тебе. И ты узнаешь кое-что для меня, иначе и самой себе не поможешь. Тебе тоже нужно все выяснить о том дне. Я прав?

– Да, – прошептала Челси. И громче: – Как я найду Майка?

– Если бы знал, к тебе бы не обращался. Он залег на дно. Не высовывается. Но он не сам все это придумал. Не настолько хорошо соображает и не настолько кровожадный. Кто-то навел его на меня. И я хочу выяснить, кто меня втравил и зачем.