Охотник за невестами - Энн Мэйджер

— Что произошло с сестрой Кейт?

— Она умерла вскоре после того, как я окончила среднюю школу. Инфаркт. Я нашла ее бездыханной в саду. Она всегда была для меня незыблемым оплотом. Внезапно я почувствовала себя так, словно почва ушла у меня из-под ног. С той ночи мои кошмары стали еще страшнее. Я просыпалась в криках, думая, что меня схватят и куда-нибудь увезут. Вскоре после похорон сестры Кейт я устроилась на работу в Монтане. Мне хотелось как можно дальше уехать из Луизианы.

— И с тех пор рядом с тобой не было близкого человека?

Анна долго не отвечала.

— До Дуайта, моего первого босса, я не позволяла себе привязываться к другим людям. Позднее я ходила к психологу, и он сказал, что я просто боялась их потерять. В монастыре я была чужой. От меня было слишком много проблем. Я совсем не была религиозной, поэтому между мной и остальными, кроме сестры Кейт, существовала огромная дистанция. Она была со мной терпелива. «У каждого из нас есть свое призвание, — говорила она. — Ты найдешь свое».

— Неужели в школе у тебя никогда не было лучшей подруги?

— Однажды я пригласила к себе подругу. В монастыре нельзя было громко разговаривать, беспокоить монахинь и подходить к домикам для гостей. Мы с подругой заглянули в один из домиков, и гость пожаловался на нас. Моя подруга придумала историю о том, что произошло с ней в монастыре. Было проведено расследование. После этого мне больше нельзя было никого приглашать. С тех пор моими единственными друзьями были бездомные кошки и собаки, о которых сестра Кейт разрешала мне заботиться. Другие сестры в основном были замкнутыми. Таким образом, я привыкла все держать в себе. Я человек самодостаточный.

— И все же тебе, наверное, было одиноко.

Неожиданно она теснее прижалась к нему сзади, повторяя положение его тела. Так они часто лежали в Вегасе после того, как занимались любовью.

Но это был не Вегас.

— Я так испугалась тех медведей… Как хорошо, что ты… — Она провела кончиком пальца по поясу его пижамных брюк.

— Что ты делаешь? Ты же не можешь сближаться с людьми, забыла?

Когда ее пальцы скользнули ему под пояс, он откинул простыню и встал с кровати.

— Я сейчас приду.

Он был возбужден до предела, но не собирался показывать это Анне. Она не хотела его. Просто дразнила.

Покинув спальню, он направился в ванную и, включив душ, встал под холодные струи.

— Коннор.

Услышав ее голос, он обернулся.

— Оставь меня одного.

Свет луны проникал сквозь высокие стеклянные стены. Обнаженная, Анна поднялась по ступенькам и открыла кран с горячей водой.

— Возвращайся в постель, черт побери, — прошептал Коннор, не в силах отвести взгляд от ее восхитительной груди.

— Я не могу уснуть, — ответила Анна.

От ее низкого голоса по его телу пробежала дрожь.

— Не хочу, — добавила она, встретившись с ним взглядом, после чего спустилась вниз и присоединилась к нему под теплыми струями.

Это уловка. Не поддавайся на нее.

Капельки воды на ее теле поблескивали в лунном свете подобно россыпи бриллиантов, делая ее похожей на лесную нимфу.

Черт побери, у него не было никаких шансов.

— Возвращайся в постель. Ты ведь не хочешь…

— Да, ты мне лгал, но я хочу…

Отчаянно застонав, Коннор раскрыл объятия, и она бросилась в них. Нежно проведя рукой по ее шее, он слегка приподнял ее подбородок и заглянул ей в глаза. Они потемнели от желания, которое по силе не уступало его собственному.

Полтора года назад она сбежала от него. Кто знает, почему она так вела себя сейчас? Впрочем, в данную минуту ему было все равно.

— Обхвати меня ногами, — прошептал он.

Анна подпрыгнула, и он поймал ее. Ее сердце так же сильно стучало, как его. Может, завтра она снова его возненавидит. А может, и нет.

Когда его набухшая плоть коснулась нежной складки между ее бедер, Анна томно вздохнула.

— Почему ты мне лгал, Коннор?

Позже. Он прижал кончик пальца к ее губам.

— Тише. Не сейчас.

В следующую секунду он наклонился и поцеловал ее. В ответ она жадно раскрыла губы, и ее язык ворвался в глубь его рта. С каждой секундой желание становилось все сильнее.

Повернувшись, Коннор прижал Анну к высокой стене.

— Ты уверена? — прошептал он. — Ты не играешь со мной?

Анна покачала головой.

— Пожалуйста, — прошептала она, выгибаясь дугой ему навстречу. — Пожалуйста…

Тогда он внял ее мольбе и стремительно вошел в нее.

Она была упругой, влажной и теплой. Настоящее блаженство. С тех пор как она сбежала, ему не хватало ее… не хватало этого. Он ускорился, взмывая все выше к вершинам наслаждения.

При свете луны под струями воды их переплетенные тела разговаривали на языке, понятном им обоим. В эти удивительные мгновения их не разделял ни ее страх, ни его гнев. Прильнув к нему, Анна шептала ему на ухо слова любви. Он чувствовал, что она всецело принадлежала ему. Что бы она ни натворила в прошлом, он больше не хотел с ней расставаться.

— Анна… Анна… Бекки… Будь моей. — Он говорил так тихо, что его слова были едва различимы. — Я защищу тебя, клянусь.

Затем он отнес ее на кровать, где они снова занялись любовью, после чего Анна крепко заснула в его объятиях.

Он все еще злился на нее за то, что она скрывала от него Тэйлор. Им еще нужно было обсудить множество нерешенных вопросов. Ему не нравилось, что он так быстро сдался, но ее близость опьянила его.

Он не хотел возвращаться к реальности. Завтра еще слишком рано для решения проблем.

Глава седьмая

Анна зажмурилась от яркого солнечного света. Поняв, что лежит в объятиях Коннора, она довольно улыбнулась. Рядом с ним было так тепло и уютно, что она была готова отложить встречу со своими таинственными родными.

Ей никогда не нравилось знакомиться с новыми людьми, но она решила пока об этом не думать. Гораздо приятнее было любоваться широкими плечами мужчины, лежащего рядом.

Сначала ей показалось, что она находится в заснеженном Вегасе в номере отеля «Белладжио». Только когда солнечные лучи, проникающие в окно, начали обжигать кожу и она прислушалась к треску цикад, к ней вернулось ощущение реальности. Коннор держал ее в плену в своем роскошном особняке.

Как она могла его соблазнить прошлой ночью после того, что он с ней сделал? Ответ ей был известен. Кошмарный сон вывел ее из равновесия, заставил чувствовать себя ранимой и одинокой, а близость Коннора всегда давала ей ощущение защищенности. Прошлой ночью для нее не имело значения, что их брак был основан на его лжи и его глупых мечтах. Он был нежным и страстным, и это было чудесно.