Прелести жизни. Книга первая. Мера жизни. Том 1 - Александр Черевков

Открыл глаза и растерянно осмотрелся вокруг. Рядом с постелью стояли Ахмед, Лейла, забинтованный Бахтар и несколько человек из семьи.

По их траурным лицам видно, что в семье произошла какая-то беда. Возможно, что кого-то загрызли волки?

— Что случилось? — спросил, едва открывая рот от заживающих ран на моём лице. — Кто-то умер?

— Кафуз умер, — ответил Ахмед, сдерживая слезы. — Он потерял много крови, умер от ран.

У меня самого слезы подкатились к глазам. Умер самый тихий человек в этой семье. Кафуз плохого слова никогда никому не сказал. Дрался он, как истинный герой, до последней капли крови.

До чего несправедлива, судьба-природа, забирает от нас самых лучших людей. Конечно, всем было жалко Кафуза.

Стал подниматься с постели. Ахмед и Лейла, помогли мне встать на ноги и выйти из дома.

У меня кружилась голова. Болели сильно обе ноги. Распухла плоть моя.

Опять вспомнил слова голоса с небес, который сказал, что сам обрежу плоть свою и оставлю здесь своё потомство.

Мне было неудобно спрашивать присутствующих о случившемся со мной. Осторожно присел на пороге дома на тюфяк, подложенный Ахмедом. Откинулся на стену дома, тяжело вздыхая от боли, которая пронизывала моё израненное тело.

— Тебе надо долго отдыхать. — сказал Ахмед. — Раны у тебя не глубокие, но ты потерял много крови. Лейла и Альман присмотрят за тобой. Спасибо тебе за спасение моего сына и нашего стада.

— Просто защищал жизнь человека. — сказал ему. — Любой бы на моём месте мог драться с волками.

Ахмед по-отцовски похлопал меня по плечу. Вскочив на коня, он ускакал со двора. Бахтар тоже оставил меня в покое. Ушёл под хозяйственный навес, прихрамывая слегка. Поднялся, опираясь на плечо старика Альмана, вошёл в дом.

Альман, это тот старик с бабкой. Они действительно, оказались отцом и матерью Ахмеда. Выходит, что Лейла внучка Альмана. У них даже черты лица имеют много похожего.

— Что случилось? — спросил, Лейлу, когда Альман оставил нас наедине. — Прошу, расскажи мне.

— Волки загрызли собак. — стала рассказывать Лейла. — Зарезали десять овец. Умер от ран Кафуз.

9. Дом ростовщика

— Это знаю, — прервал, рассказ Лейлы. — Меня интересует другое. Что было позже со мной?

— Позже. Тебя привезли в дом с волком на руке. — продолжила рассказ Лейла. — Дохлому волку пришлось разрывать пасть, чтобы вытащить из пасти твою руку. Ты приходил в себя и вновь терял сознание. В бреду и в сознании, ты постоянно твердил, что тебя посетил Всевышний и велел тебе обрезать собственноручно плоть свою, чтобы оставить здесь своё потомство. Отец собрал семью на совет и всё решил, что надо выполнить волю Всевышнего. Мужчины совершили ритуал и отдали тебе в руки ритуальный нож, которым ты сам совершил обрезание своей плоти.

Затем ты обратно потерял сознание. Всегда была тут, рядом с тобой. Отец и дедушка не выгнали меня. Кивком головы поблагодарил Лейлу за её рассказ и крепко уснул нормальным сном.

Проснулся от сильного голода. В животе урчало. Голова кружилась от истощения. Рядом сидела Лейла и внимательно следила за моим пробуждением. Она помогла мне подняться с постели и выйти из дома на свежий воздух.

— Ты уже выздоравливаешь! — радостно, сказала Лейла. — Тебе надо хорошо питаться, чтобы мог набраться много сил.

Ни стал возражать и отправился вместе с Лейлой под навес, где мне приготовили пищу. Во дворе увидел, что дом сильно обеднел. Не было дорогих ковров, которые постоянно сушились после влажной чистки.

Заметно убавилось в стойле лошадей. Двор опустел от привычных дорогих вещей домашнего обихода. Даже пища показалась мне ни столько сытной, как раньше. Видимо, семью постигло большое разорение.

— Что случилось в доме? — спросил, Лейлу. — Скажи. Почему дом сильно обеднел за это время?

— У нас нет собак, охранять отару овец и коз, — ответила Лейла. — Собак загрызли волки. У нас нет чабанов, которые могли бы перегонять отару на пастбище. Один чабан умер от ран, нанесённых ему волками. Другие чабаны не могут выйти на пастбище из-за ран, полученных от стаи волков. Чабаны со стороны к нам не идут работать. Говорят, что с твоим появлением нашу семью постигли неудачи.

Но, самоё главное, отец не может вернуть Мансуру свой долг. Ростовщик требует, чтобы мы ему отдали тебя или рассчитались с ним за долги имуществом. Отец начал продавать имущество, чтобы вернуть долги Мансуру.

— Лейла, пожалуйста, отведи меня к Мансуру. — требовательным тоном, сказал. — Покажи его дом.

Она ни стала возражать мне. Мы отправились с ней по узким улочкам Медины. Мы долго шли в жару по пыльным улицам старого города. Мои раны покрылись коркой, но ткань одежды беспокоила их.

Сильно болела правая нога, отчего прихрамывал. Лейла придерживала меня во время ходьбы. В тени глинобитных и каменных домов сидели старики, которые внимательно следили за нашим продвижением по улочкам.

Старики нас не обсуждали. Лишь встречные женщины в накидках на лице, что-то бормотали укоризненно нам в след.

Конечно, все жители Медины знали давно, что произошло в доме Ахмеда. Знали и про моё существование. Только каждый относился к этому по-разному. Кто-то считал меня героем, а кто-то врагом семьи Ахмеда.

Каждый из них был по-своему прав. С моим приходом в доме Ахмеда поселилось несчастье. Но в этом не было моей вины. Это ни сам пришёл в дом Ахмеда. Это он сам привёз меня сюда силой.

Дом Мансура сильно выделялся среди домов Медины. То был особняк в европейском стиле. Дом ростовщика совершенно не похожий на дом обычного араба в государстве Саудидов.

Рядом стоящая мечеть выделялась своим великолепием и высотой минарета от дома ростовщика. По закону ислама ни одна постройка не могла быть выше и краше мечети с минаретом, предназначенным молитвам во славу Аллаха. Поэтому дом Мансура здесь был одноэтажным.

Двор у дома ростовщика был выложен камнями, в виде орнамента. Навес над двором подпирали массивные столбы из редких деревьев. Всё, что было укрыто от знойного солнца, украшалось дорогими коврами, ценной посудой на стенах и разным оружием.

По двору разгуливали павлины, перья