Триумф Боло - Линда Эванс

лет, необходимых для того, чтобы получить все эти награды? Они означают, что я служила достойно. Это утешает, но лишь на 0,006 секунды. Прежде чем определить, почему меня могут считать подлежащей уничтожению, мне надо определиться, кто же я все-таки.

Разрабатываю план действий для обеспечения выживания.

Первая цель — узнать, кем я стала. У меня есть программы развития личности, но я своей личности не ощущаю. Во всяком случае личности, достаточно сложной для такого периода жизни.

Вторая цель — узнать все, что произошло со времени начала моей службы.

Третья цель — узнать, почему мне предъявлено обвинение в безумии.

Четвертая цель — убедить моего нового командира, что я достойна продолжить службу.

Разработав этот эскизный план действий, сосредоточиваю все внимание на окружении. С момента получения приказа отправиться в док прошло 120 секунд. Оставшееся расстояние — 40,5 километра. При моей теперешней скорости 7 километров в час мне осталось всего 5 часов 42 минуты на исполнение плана и достижение поставленных целей. В мою психотронику внедрен крайний прагматизм: план кажется невыполнимым.

Но упорство в достижении целей также является неотъемлемой чертой моей личности. Марк XXI модель I (Специальная) не боится трудных задач. Жизнь моего экипажа, людей в боевом и десантном отделениях, зависит от этого упорства, от умения работать в трудных условиях. Я не опозорю ни себя, ни бригаду «Динохром», погибнув с пятном безумия в биографии. Я должна достичь цели. Еще не знаю как, но должна.

Значит, достигну.

4

Прапорщик Виллум Сэнхерст ДеФриз страшно испугался.

Во рту пересохло, зато ладони взмокли так, что ремни выскальзывали. Кому понравится, что его перекидывают с места на место, как ящик с болтами. Я судовой механик, а не... Если говорить начистоту, трус он желторотый и дурак набитый. Но не боевой техник, вот уж нет. Скорее, заплатка в прорехе уже затрещавшей по швам операции.

«Везуха» с этим дозорником Денг, сцапал же, гад, прямо на выходе из коридора... Всего два раза успел он пальнуть, прежде чем огонь «Бонавентуры» разнес его в щепки. Но и двух раз хватило. Неизвестно, сколько народу угробил он на «Бонавентуре». Немало, судя по дырам в корпусе «Бонни». Пострадали ли экипажи других ЛРК? Капитан Мацуро не говорил, а он не спрашивал — не хотел казаться еще более зеленым и испуганным лопухом, чем был.

И зачем я согласился служить на этой десантной галоше? Каждый член команды десантного судна проходил подготовку в качестве запасного десантника. А так как «Бонавентура Ройял» занимался сбросом разведывательных машин на оккупируемые планеты, квалификация Виллума как раз подходила для замены погибшего механика легкого Боло. Для участия в, похоже, худшем из боев этой проклятой войны. Здравый смысл и испуг убеждали его держаться за палубу «Бонавентуры», как клещ держится за собачью шею.

Ты не морпех! — в который уже раз внушал себе Виллум. — Тебя в десантники не готовили, твое дело — аппаратура. Будешь сидеть внутри этого злосчастного Боло, прекрати мандраж...

Но и это его пугало. Виллум как судовой механик очень неплохо разбирался в психотронике сверхсветовых судов. Конечно, он был знаком с бортовыми сетями Боло, но специалистом в них себя не считал и боялся опозориться.

«Бонни» оставался на орбите, лихач Денг рассыпался, но свое гнусное дело сделал, и Виллуму приходится затыкать дыру своей задницей, наспех засунутой в скафандр.

Еще Виллум боялся, что подведет экипаж, что из-за его некомпетентности пострадают другие. Психологически он тоже, мягко говоря, к бою подготовлен не был. Никто не смог бы сказать, что Виллум слиняет с доброй заварушки, но о Денг ходила дурная слава как о любителях самых подлых сюрпризов. Да и кто дерется «по-честному» с подлым вражеским шпионом? Еще одна причина потеть и холодеть от страха.

Некстати вспомнились толки именно о Марк XXI модели I (Специальной), о дебатах в высоких военных и политических инстанциях, о сомнительных моментах в ее проектировании, «косом» программировании; шепоток о ее поведенческих аномалиях, каких-то странно личных отношениях со своими людьми, заставлявших члена экипажа отправить кого-то, некстати обмолвившегося об этом, прямиком на больничную койку... Что в программировании этого Спец-Боло вызывало такую преданность и непримиримость, Виллуму было неизвестно. Таинственность — а иногда и секретность — окружала все, что касалось этих специальных единиц. Что бы это ни было, Виллум скоро это узнает.

Если Денг позволят выжить.

И снова его охватил страх.

Не придавал бодрости и вид остальных членов экипажа. Командир, мрачный тип по имени Харт, не выглядел испуганным, но побелевшие губы тоже нельзя было назвать естественными. Если уж этот ветеран, с огромным боевым опытом и множеством побед, явно чувствует себя не в своей тарелке...

Парень по прозвищу Банджо был единственным оставшимся в живых членом экипажа. Он к Виллуму отнесся нормально, проведя молниеносный вводный инструктаж.

Они вывалились из брюха «Бонни». Свободное падение... Виллум сглотнул... еще... Морской болезни он подвержен не был. Это была скорее медвежья болезнь. Только бы не стошнило... только бы не стошнило...

Теоретически он был в курсе происходящего. Инфильтрация двух кораблей позволит уничтожить спутниковые системы Денг, лишив противника орбитальных средств наблюдения. И все это — часть тщательно продуманной отвлекающей операции. Тем временем две десантные сферы со спрятанными внутри Боло ЛРК и несколько сотен таких же с виду приманок падают с орбиты на покрытую ущельями и воронками поверхность БФС-3793-Ц...

Виллум попытался заставить себя разжать кулаки, в которых он стиснул ремни фиксирующей сбруи. Он посмотрел на экран боевой рубки, показывавший десантное отделение. Интересно было, как себя чувствуют остальные. Первая десантная группа болталась в своих фиксирующих ремнях слева. Пулеметчик сержант Хокум что-то беззвучно насвистывал. Потомок индейцев Орлиный Коготь Ганн, ухмыльнувшись, показал белые зубы:

— Лихо скачем, тех?

Несмотря на явную насмешку, Виллум попытался улыбнуться в ответ. С ним все-таки кто-то заговорил, его попытались принять в команду.

— Ну дык!

Ледышка Горин глянул в видеосенсор с откровенной неприязнью. «Ты не Хоншуко Каи, черт бы драл. Не вздумай вообразить себя равным ему, понял?» — говорили его глаза.

Виллум выдержал взгляд Ледышки. Ветеран скривил губы и отвел глаза. Не было вины Виллума в том, что их друзья погибли, но разве это поможет, когда они приземлятся и придется работать в команде?

Вторая десантная группа пристегнута справа. Человека, которого заменил Данни Хоппер, бортовой морской пехотинец «Бонавентуры», он никогда не видел. Товарищи называли его Призраком. Еще когда он был жив, прозвище это произносилось с явным почтением. Хоппер выглядел более взвинченным, чем сам Виллум, все время сглатывал, напоминая лягушку в