Триумф Боло - Линда Эванс

«певческий» период. Сержант «Милуоки» Петра, пристегнутый слева от Хоппера, был командиром второй десантной группы.

Бешеный Фриц, худой, с запавшими глазами, висевший с другой стороны от Хоппера. Он глянул на судового морпеха, как будто говоря: «Нам нужен Призрак, а не парадный флагманский шаркун». Но вслух он этого не сказал. Храбрый двадцатилетий парень безо всякого боевого опыта, Хоппер взгляд перенес, но изменился в лице и стал сглатывать еще чаще.

А-атлично! Мы несемся навстречу врагу, а команда, еще не покинув орбиты, уже раздолбана вдрызг.

У Виллума теперь скручивало кишки, и это не было морской болезнью.

Падаем. Десантная сфера покрыта пенистыми аблативными теплоотводными плитками. Естественно, ничего не вижу. Инерциальные сенсоры показывают, что меня охватывает ощущение, незнакомое моему командиру: голова идет кругом. Такое со мной творится при каждом сбросе. Интересно, ощущают ли что-либо подобное люди. Размышления на эту тему непродуктивны. Переключаю внимание на следующую задачу.

Теплозащитное покрытие раскаляется и начинает отделяться. Вошли в атмосферу. Ощущаю уменьшение скорости. Выпущены ленточные тормоза. Команда перенесла сброс скорости без повреждений, хотя в составе крови 2 новых членов, особенно Данни Хоппера, повышенный уровень стрессовых химикатов. Я предложила бы даже медикаментозную коррекцию. Ленточный тормоз ведет себя отлично. Аблативные плитки вскипают и отваливаются. Выпущены 7 малых парашютов, скорость падает... Наружная сенсорная решетка высовывается из теплозащитной оболочки, становится возможным обзор. Головокружение мгновенно прекращается, инерциальные сенсоры согласуются с визуальными.

Мы в верхних слоях атмосферы. Вижу 143 сферических обманки и вторую машину, ЛРК-1327. Она находится внутри точно такой же раскаленной сферы, уменьшающейся в размере с каждой пикосекундой. Тормозные парашюты ее также развернуты. С поверхности взлетают ракеты Денг. Взрывается одна, вторая обманка. ЛРК-1327 выпускает главный парашют, резко замедляя падение. Обманки выпускают главные парашюты, некоторые начинают активное сканирование поверхности. Они передают на борт «Бонавентуры Ройял» информацию о позициях Денг и местности, одновременно отвлекая на себя внимание врага. За 2 секунды до моего спуска за линию горизонта ЛРК-1327 взрывается.

Я скорблю.

— Дуг, — говорю я как можно мягче. — Параметры задачи изменились. ЛРК-1327, к сожалению, уничтожена.

Командир хранит молчание в течение долгих 0,89 секунды. Целая вечность скорби.

— Понял, Рыжая. Погоди выпускать главный парашют.

Выполняю команду, перекрывая автоматику.

— Верное решение, Дуг.

Задержка выпуска главного парашюта отсрочивает и выпуск паракрыльев. Но уменьшается риск уничтожения. Сейчас мы последняя надежда разведки Шахт Хобсона перед прибытием главного флота. От нашего успеха или неудачи зависят тысячи человеческих жизней. Следует максимально уменьшить риск провала.

Оттягиваю момент раскрытия главного парашюта до последнего. Выпускаю парашют. Команда в фиксирующих ремнях дергается от толчка. Проверяю их состояние. Повреждений нет, лишь повышенная в пределах нормы нервная напряженность. Продолжаем спуск. Наблюдаю за уничтожением системами оружия Денг еще 5 обманок. Зондирую местность внизу в поиске наилучшего места для посадки, сверяю с имеющимися картами.

Карты БФС-3793-Ц, которую называют Шахтами Хобсона, выполнены превосходно. Это была горнодобывающая колония людей, до захвата ее силами Денг 2 месяца и 4 дня назад. Мы не можем оставить этот мир захватчикам. Здесь находятся месторождения стратегического сырья, доступ к которому даст противнику преимущество перед человечеством. Мы должны отобрать шахты у врага. Замечаю внизу большую реку. Предварительное сканирование показывает, что река течет по дну ущелья шириной 0,82 километра. Глубина и ширина реки различны. Наиболее глубокие места подходят для скрытной посадки, в особенности если попытки уничтожения орбитальных средств наблюдения оказались успешными.

Сбрасываю оставшиеся аблативные плитки при помощи взрывных устройств. Они продолжают полет по моей траектории и врезаются в поверхность, создавая впечатление катастрофы. Выпускаю паракрылья. Сейчас я особенно уязвима. Скорее вниз. Стараюсь поточнее направиться в реку. Срезаю стропы парашюта с правого борта и полностью полагаюсь на паракрылья.

Направляюсь в реку, в самое ее глубокое место, глубиною 27 метров. Хорошее место для посадки, хотя моя конструкция допускает и посадку на голые скалы.

На предельной дальности обнаруживаю атмосферного разведчика Денг. Согласно имеющимся у меня характеристикам, мы еще вне пределов его обнаружения, у меня в запасе 3,88 секунды, чтобы исчезнуть с его горизонта. Активирую систему «Хамелеон», имитирующую внешний облик, инфракрасные и электромагнитные параметры такого же разведчика. Лучшее, что я могу придумать и применить. Падаем в каньон. Стены в месте падения высотой 321 метр.

Предупреждаю команду:

— Приготовиться в посадке!

В самый последний момент отваживаюсь с помощью паракрыльев на «свечку» в попытке максимально сбросить скорость и уменьшить всплеск от падения. При входе в воду мгновенно возвращается ощущение головокружения. Замедляюсь. При погружении маневрирую паракрыльями. Команда благополучно пережила еще один толчок. Я ощущаю облегчение. Посадка — опасный этап операции. Даже при благополучной посадке члены экипажа могут получить травмы: вывихи или растяжения. К счастью, этого не происходит.

Касаюсь дна. Гусеницы стоят на гладком камне. Температура воды 2,7 градуса по Цельсию. Скорость течения 0,6 метра в секунду. Быстрое течение и прохладная вода охлаждают корпус. Мы надежно скрыты от глаз противника.

— Дуг, посадка произведена успешно. Рекомендую оставаться в этом положении в течение 24 часов.

— Согласен. Все слышали, что сказала леди? Время перекинуться в картишки. Подождем.

Ощущаю положительные эмоции. Командир удовлетворен моими действиями. Он называет меня «леди», когда особенно доволен. Команда и я в хорошем состоянии. В данный момент это главное.

— Приготовиться к посадке!

Виллум вздрогнул от звука удивительно человеческого женского голоса, закрыл глаза и вцепился в сбрую. К стыду своему, он заорал...

Спуск не затянулся. Удар был силен, несмотря на подвеску. Ремни врезались в мышцы. Синяки обеспечены — если он до них доживет. После этого толчка спуск стал мягким.

Вода, понял Виллум. Приводнились.

Они бухнулись на твердую поверхность.

— Дуг, посадка произведена успешно. Рекомендую оставаться в этом положении в течение 24 часов, — тот же женский голос. Это Боло.

Сидя в своем командном кресле, Дуг Харт кивнул:

— Согласен. Все слышали, что сказала леди? Время перекинуться в картишки. Подождем.

Виллум расслабился в своей сбруе. Слава Богу...

— Всем распрягаться, — сказал Харт, расстегивая свои пряжки. Он затопал сапогами по палубе. — Отлично сработано, Рыжая. Никто не ранен?

— Нет, Дуг, — ответил Боло.

Виллум со странным ощущением понял, что его жизнь находится под наблюдением Боло. На судне он с этим не встречался. Черт, надо было внимательнее относиться к учебному материалу. Он понимал, что Боло может предоставить в его распоряжение любые необходимые ему данные, но незнание все же пугало. Надо затыкать информационные дыры, и побыстрей.

На лице Харта — ни следа иронической ухмылки. Под впечатлением благополучного приводнения он благодушно улыбается:

— Как дела, ДеФриз?

Виллум обвел языком зубы: