Хтонические загадки - Лео Сухов

как пилюли. Это, на самом деле, очень дорогие и очень сложные конструкты. Они на самый крайний случай! Честное слово, если будете жрать их просто так — потребую вернуть всю стоимость!

— Эрин, а обычные лекарства и бинты у тебя есть? — поинтересовалась Алиса. — Мы же не от хтона твой дом собрались защищать!

— Аптечка есть. Мафил принесёт и поможет, — ответил Эрин. — Ну вот и всё… Завтра я отправлюсь проверять фермерские кластеры. И буду надеяться, что к вам никто не придёт. Потому что смотрю я в ваши глаза… И не верю в победу. Но главное — себя берегите. Никакие отчёты не стоят жизни, правда…

А Игорь посмотрел на защитные сооружения в доме. И подумал, что зря Эрин в них не верит: всё должно получиться. Но вслух говорить ничего не стал. Вскоре люди отправились по кроватям, а утром, когда Игорь с Алисой проснулись, Эрин уже ушёл. Аккумуляторы двух телефонов были заряжены на 100 % — видимо, как раз на случай нападения, чтобы детям, запертым в комнате, было чем заняться.

Глава 5. Плохой план

— Слышь, урод! Нам только документы взять! Сказали же тебе!..

Первый день прошёл очень даже неплохо. Игорь, как и просил доктор, честно отлёживался после ранений большую часть дня. И отвлекался только на игру с младшими, пока Алиса приглядывала за тренировками Веры с арбалетом. Подвал дома был забит припасами, а Мафил исправно готовил три раз в день. Не жизнь, а благодать!

Ночью окна были прикрыты, а все знаки Порядка Игорь самостоятельно подзарядил. Сам он пока мог только один знак рисовать. Зато вкладывать УЕ мог во все, которыми был защищён дом Эрина. Так что по ночам спала вся семья крепко, и никто их не будил и не тревожил.

Второй день проходил по тому же сценарию, что и первый. Игорь тренировался, играл с детьми, отлёживался — и уже почти было поверил, что до приезда Эрина никто в дом не полезет. Однако вечер привнёс свои коррективы.

За окном только начинало темнеть, как в дверь постучали. Хотя куда ближе к правде было бы слово «забарабанили». Мафил отправился открывать, а Игорь даже не успел его остановить. Он хотел заорать, но понял, что со второго этажа слуга не услышит. Пришлось вскакивать с кровати и со всех ног бежать вниз. Звук открывшейся двери застал его на лестнице, а голоса, прозвучавшие в прихожей, заставили Игоря резко остановиться.

Знакомые нагловатые интонации… Повышение голоса после вежливых ответов слуги… Похоже, давно ожидаемые гости пожаловали, и Мафил сам открыл им дверь. И теперь надо было срочно придумать, как их выдавить из дома назад, на улицу. Потому что, если этого не сделать, то первая линия обороны, можно сказать, уже потеряна.

Мог ли Мафил не открыть на стук? Игорь этого на сто процентов не знал. Но подозревал, что раб просто обязан был открывать дверь, согласно каким-то старым приказам или правилам. В конце концов, в план обороны Мафил был посвящён. А значит, должен был понимать, что гостей никто не ждёт, но всё равно пошёл к двери и открыл.

Игорь бегом вернулся в комнату и схватил ружьё, проверив, заряжено ли — а затем тут же кинулся назад. В прихожую он вылетел как раз в тот момент, когда нервный здоровяк, знакомый ему ещё по трассе, надвигался на слугу, постепенно оттесняя Мафила из дверного проёма…

Что будет дальше, Игорь уже отлично понимал. Пусть и не был ни великим психологом, ни хорошим тактиком. Как только здоровяк «мирно» оттеснит Мафила от входа, внутрь дома кинутся его дружки, чьи лица маячили в вечернем сумраке. И так же «мирно» ломанутся искать то, что им нужно.

— В администрации сказали, принести надо! Ты что, тупой?! — здоровяк ещё чуть-чуть потеснил Мафила.

Игорь слишком редко участвовал в разборках, чтобы сходу не растеряться. Вот драться — да, это он хотя бы умел. А вся эта «прелюдия» перед дракой… Надо бы привлечь внимание, как-то поугрожать, но всё это было так непривычно, что мозг отказывался подкидывать убедительные варианты. Будь на месте этих людей монстры — тогда бы было проще…

— Кажется… — голос был хриплым, и очень захотелось кашлянуть. Но Игорь с усилием подавил это желание. — Вам запретили входить!

— Чё? — качок уставился на Игоря с удивлением. И ещё больше поразился, когда увидел в его руках ружьё. — Слышь, мы по делу…

— Во-первых, не «слышь», а «добрый вечер»! — раздался за спиной Игоря ледяной голос Алисы. — Во-вторых, шаг назад! Вы ломитесь в дом нюхача, и вам запретили входить!

Игорю пришлось сделать над собой усилие, чтобы не оглянуться. Он понимал, что вид у него и так не слишком угрожающий, чтобы ещё головой крутить.

— Добрый вечер! — качок виновато развёл руками и снова попытался шагнуть вперёд, но наткнулся на Мафила. — Да ля… Слушайте, дамочка, нас из администрации послали…

— Мне плевать, откуда и куда вас послали! — оборвала его Алиса, встав рядом с Игорем и чуть коснувшись локтем руки мужа. — Вы ломитесь в дом нюхача. А нюхач в отъезде. Входить запрещено! Что вам не ясно в том, что я сказала?!

В такие моменты Алиса напоминала своего отца. К счастью, она никогда не перегибала палку с наглостью. И никогда не пыталась нарваться на конфликт с мужчинами, затем прячась за спину мужа. Зато легко поддерживала Игоря, когда у того не хватало красноречия и наглости. Лицо Алисы и без того не было наивно-добродушным, а уж когда она начинала хмуриться…

К несчастью, в этот раз ей попался не тот субъект, который спасует перед натренированным напором женщины, знающей себе цену. Качок был из тех, кто не отступает лишь потому, что его отбрили. Скорей, он начинает от этого злиться и срывать злость на всех вокруг. Вот и сейчас он решительно подтолкнул Мафила, заставив того ещё чуть-чуть отступить, и с перекошенным лицом попытался двинуться вперёд…

На этот раз его остановило поднятое ружьё. Игорь приник к прицелу, продолжая молчать. Надо было что-нибудь сказать. Вот только внутри у него всё заледенело, и просто двигаться, не выдавая скованности, уже было тяжело.

Можно сколько угодно думать, что неплохо бы сходу стрелять в таких незваных гостей, как качок. Вот только сам Игорь никак не мог представить себя в роли стреляющего. Он вообще не был уверен, что сумеет сейчас нажать на курок. Одно дело — когда ты уже понял, что сейчас тебя будут убивать. А совсем другое