Дракон. Черта - Евгения Кондырева

И все-таки Криш отлично понимал, что какие бы неудобства ни причиняло им море, оно спасало от главного – здесь, на скалистом берегу, было трудно даже представить себе людей в алом, и по ночам они спокойно спали, не слишком заботясь о безопасности.

Прошло три дня. Ригэн оказался внимательным и на удивление терпеливым учителем. Он объяснял, повторял и снова объяснял, заставляя их запоминать десятки новых слов.

– Ты не узнаешь язык до тех пор, пока не научишься не только произносить, но и читать и записывать звуки, которые произносишь, – внушал Ригэн ловчему, которому гораздо тяжелее, чем лорду и Эши, давалось учение.

Криш только хмурился в ответ. Он понимал, что маг прав, но, честное слово, раньше он как-то не задумывался о том, как они будут объясняться с жителями другой страны. И потом магия… Разве Ригэн не мог чуточку… облегчить занятия, вместо того чтобы вдалбливать в их головы чужие слова.

Это был красивый и звучный язык. Но из троих учеников Фиджин был единственным, кому их настойчивые занятия доставляли удовольствие. А маг, не ограничиваясь речью, к ужасу Криша чертил на песке все новые и новые незнакомые слова и символы. И если ловчий все это время мечтал о ноже, то Фиджину отчаянно не хватало бумаги и чернил.

Они шли вдоль побережья уже шесть дней. А дни были на удивление длинные. Временами Кришу казалось, что они гораздо длиннее, чем обычно. Солнце вставало и еле-еле ползло к зениту, а затем так же медленно переползало на другую половину неба. А может, это казалось ему оттого, что слишком однообразным выглядел пейзаж вокруг. Скалы и море, море и скалы… Но ведь ловчему никогда не надоедали леса с их бесконечными деревьями!

А тут еще Ригэн со своими уроками. Однажды, замешкавшись, они были вынуждены всю ночь просидеть на узком камне, пережидая, пока с отливом немного спадет вода. Так маг не нашел ничего лучше, чем завести разговор о звездах и созвездиях, которыми был усыпан небосвод.

– Неужели в твоей стране такие же звезды, как здесь? – зе–вая, вяло протестовал ловчий, но Ригэн был очень серьезен.–

– От мира людей Гранал отличает лишь невидимая черта… А небо едино для всех. Детей Гранала с рождения приучают смотреть на ночное небо. И я не могу рисковать, не подготовив вас к этому.

Вздохнув, Криш подавил очередной зевок и послушно забубнил за магом незнакомые имена звезд.

Прошло еще несколько дней, прежде чем путники с радостью обнаружили, что берег стал более пологим. Плотный, утрамбованный волнам песок теперь все чаще перемежался с плешинами нанесенного разбитого ракушечника и крохотных камешков.

Все чаще на берегу и мелководье им попадались страшные свидетельства штормов, бушевавших возле этих бе–регов. Невидимые в час прилива рифы несли кораблям смерть. Полусгнившие, занесенные песком обломки преграждали им путь. На одном из них чудом уцелели обрывки парусов, но от вида трепещущих на ветру выбеленных солнцем лохмотьев становилось еще тоскливее. Глядя на то, что бы–ло когда-то гордыми кораблями, каждый невольно думал о том, какая страшная участь была уготована «Морскому коньку».

Фиджин первым заметил тропу, ведущую наверх. Совсем скоро они обнаружили полуразрушенные деревянные мостки – где-то поблизости было человеческое жилье.

Смеркалось, и, не рискуя взбираться на незнакомый берег к ночи, друзья в последний раз заночевали на песке. Неизвестно, как провели эту ночь остальные путники, а Криш спал, как никогда, хорошо, и во сне над ним шумели могучие кроны ломратских лесов. Уже на рассвете в эти тихие зеленые сны, напоенные шорохом трав и запахом свежего сена, вкралось странное, сгорбленное существо. Оно было похоже на… старуху. Только очень маленькую, в половину нормального роста. Ее лицо было закутано большим черным платком, в руке старуха держала нечто вроде палки или длинного жезла. Заметив странное создание, Криш во сне удивился и… напрочь забыл о нем.

Этим утром море было особенно нежно и таинственно в своей призрачно-розовой дымке. Криш проснулся раньше остальных. Он сладко зевнул, от души потянулся и встал. Глядя на зыбкую красоту перед собой, ловчий вдруг ощутил странное чувство. Не то чтобы он полюбил море, нет, но ему вдруг захотелось назвать его на языке драконов, ибо слово, которым называл его Ригэн, подходило всему тому, что он видел сейчас, гораздо больше, чем слово, которое придумали для этого люди.

…Это была крохотная рыбацкая деревенька. Всего несколько домов. Точнее, это было все, что осталось от некогда большой деревни. Заброшенные, покосившиеся или вовсе разрушенные и обгоревшие дома раньше составляли широкую улицу. Путники растерянно оглядывались кругом. Повсюду перед домами и позади них были развешаны рыбацкие сети. Старые, с залатанными прорехами, они медленно шевелились на легком ветерке и были похожи на обрывки парусов, развевающихся на мачтах мертвых кораблей. Сходство усиливалось еще и потому, что деревенька была пуста. Ни человека, ни домашней птицы. Даже захудалого цыпленка или тощей козы не было видно возле домов. Скрипели раскрытые двери, и мертвой пустотой веяло от этого заброшенного, опаленного жилья. Великие Небеса, деревня-призрак!

Нахмурившись, Фиджин заглянул в один из домишек.

– Люди были здесь недавно, – сообщил он. – Но почему они ушли?

– Потому что испугались, – ответил маг.

– Кого?

– Нас.

– Нас? – хмыкнул Криш. – Оно и видно, какие мы страшные. И оружие у нас хоть куда – разбитый кувшин да размокшая книга.

Внезапно он уловил легкое шевеление за растянутыми сетями. Скосив глаза в сторону сетей, Криш едва заметно кивнул лорду. Тот понял и с безразличным видом направился прямо в противоположную сторону, громко переговариваясь с Ригэном. Шевеление за сетями повторилось и двинулось вслед за лордом и магом. Пройдя еще несколько шагов, Фиджин стремительно обернулся и увидел того, кто прятался за ними. Это был мальчик лет десяти. Заметив, что его обнаружили, мальчишка кинулся в сторону и угодил прямо в объятия Криша.

– Попался. – Ловчий крепко держал парнишку за острые плечи. – Я тебе покусаюсь! Да стой ты спокойно!!

– Смотрите! – указала вдруг Эши.

По заросшей улице бывшей деревни, тяжело шаркая ногами, шел старик. Он не прятался, просто шел, опираясь на палку. Воспользовавшись замешательством ловчего, маленький пленник извернулся, боднул его в живот и, вырвавшись, бросился к старику. Не останавливаясь, старик что-то повелительно сказал беглецу, и тот, кивнув головой, понесся дальше. Старик приближался.

– Мы не хотели причинить мальчику зло, – первым заговорил Ригэн.

Выцветшие старые глаза обвели всех четверых. Старый рыбак остановился и оперся на свою палку.