Возрождение Тёмной - Фим Юлия

Чживэй приложила руку ко лбу брата. Красноватое сияние окутало тело брата, и рана начала зарастать.

Она закрыла глаза, полностью погружаясь в это волшебное, опьяняющее чувство. Сила не опустошала ее, наоборот, она прибывала. Чем больше Чживэй отдавала, тем сильнее она становилась. Она пила силу, словно пакет сока. Тот постепенно сжимался, истощался, но Чживэй обогащалась и щедро отдавала силу ребенку.

– Хватит! – кто-то толкнул Чживэй в плечо.

Чживэй повалилась на пол. Она открыла глаза, с удивлением узнав перед собой Чжунъяна. Он стоял, замахнувшись, готовый ударить ее. Сильное чувство обиды всколыхнулось в ней. Даже унижение от отца и матери она не восприняла так остро, как сейчас, от Чжунъяна. Слезы брызнули из глаз одновременно с зародившейся яростью. Он тоже видел ее чудовищем? Думал, она могла причинить зло невинному ребенку?

– Я спасла его! – обиженно вскрикнула она, пытаясь подняться с достоинством.

Чжунъян убрал руку, как только Чживэй заговорила. Он настороженно посмотрел на сестру, ощущая как темный, подавляющий поток силы иссякает в ней.

Лю Цзи, весь окровавленный, сел на кровати и растерянно заморгал.

– Ты использовала силу, – голос Чжунъяна звучал отчаянно.

– И что теперь? – вдруг злость вышла из Чживэй. – Родители и так подослали убийцу.

Чживэй указала рукой, с легким изумлением вспоминая, что мужчина собирался напасть, а теперь, бездыханный, лежал на полу.

– Я спасла брата, – повторила Чживэй.

– Ты забрала его ци, чтобы спасти Лю Цзи, растерянно произнес Чжунъян, после чего разозлился. – Отец повел себя подло! Подослать убийцу, когда обещал мне простить тебя!

Он покачал головой.

– Мы заслужили все, что грядет. Лю Цзи, возвращайся к себе. Живо!

Ребенок поднялся с кровати и побежал в сторону выхода. Чжунъян сжал Чживэй в объятиях.

– Что грядет? – спросила она.

– Ты самая лучшая из сестер, какую можно пожелать, – похоже, он даже не слушал ее.

Голова у Чживэй закружилось, и ей померещилось, что она тает. «Превращается в болотную жижу» – фраза услужливо появилась в голове. Чживэй закрыла глаза, чтобы справиться с подступающей тошнотой. Она впитала чью-то ци без остатка! Ей не было жаль убийцу, но, кажется, это изменило ее внутри.

– Ты не пострадаешь. Я обещаю.

Чжунъян коснулся губами ее лба.

– Прости, – произнес он. – Я подвел тебя.

Чживэй хотела возразить, но Чжунъян ее остановил, качая головой. Руками он сжал ее узкие плечи, и горечь наполнила его. Как старший брат, он подвел свою семью.

– Ты не…

– Ты не все помнишь, – перебил ее Чжунъян. – Не только сейчас, но и раньше не помнила. Этот эпизод стерся из твоей памяти, ведь твоя собственная сила очень плохо действует на тебя. Да и сила ли это? Я много размышлял над этим и пришел к выводу, что потомки Цзиньлуна скорее проводники энергии. Ваше проклятие, из-за которого ты и твои собратья вынуждены вести такую жалкую жизнь. Не в силах контролировать свое ци, темные не раз нарушали закон… прежде чем все стало так, как стало.

Чживэй внимательно слушала, и Чжунъян продолжил.

– Мне было одиннадцать лет, уже почти взрослый мужчина. Тебе скоро должно было исполниться десять, Мэйцзюнь восемь лет. Наша семья решила переехать из Шоу в Цзинь, – Чжунъян сделал паузу. – Мы не должны были пережить эту дорогу. По крайней мере, без тебя. С тех пор все мы живем взаймы.

В пути на нас напали разбойники, превосходившие нас численностью и вооружением. Они мгновенно убили прислугу и охрану, после чего взяли меня и Мэйцзюнь в заложники. Они хотели знать о тайных денежных схронах в повозке.

И тут в дело вступила ты, я навсегда запомнил этот момент. Ты вышла из повозки, глаза твои были такие яркие, словно красный дом, объятый пламенем.

Чжунъян протянул руку и нежно провел пальцами вдоль виска Чживэй.

– Трава и деревья вокруг нас начали гнить. Все замерли в напряжении, но вскоре оба разбойника, что держали нас, упали. Остальные разбойники испугались и разбежались, а ты потеряла сознание и не приходила в себя несколько дней. Если бы не ты, мы лежали бы уже в земле.

Тот день изменил меня. Мне жаль, Чживэй, говорить это, но до того дня я относился к тебе не очень хорошо. Спесь слепила меня. Я считал себя будущим наследником семьи, главой нашего рода. Казалось, я был выше других, выше своих сестер и, в особенности, лучше тебя. Но после того дня я изменился.

Нет ничего важнее сплоченной семьи.

Чжунъян закончил говорить и с легким волнением всматривался в сестру, ожидая увидеть осуждение.

– Но почему тогда темные существуют? – заговорила Чживэй. – Такая отвратительная и разрушительная сила!

Горечь в ее голосе задела Чжунъяна.

– Мысли Нефритового императора нам неизвестны, Чживэй. Я не знаю, зачем существует подобная злая сила, но точно знаю, почему есть ты. Твоя семья жива благодаря тебе. Лю Ши и Лю Цзи увидели солнце только благодаря тебе. Лю Цзи обязан тебе дважды.

Чжунъян и Чживэй одновременно ощутили волну беспокойства и повернулись к входной двери. Спустя секунды появилась Мэйцзюнь, ее била нервная дрожь. Однако, переступив порог, она застыла в изумлении.

– Ты жива! Слава небесам! – в облегчении сестра разрыдалась. – Отец сказал, что дело сделано. Тебя убили.

Заметив выражение лица брата, Мэйцзюнь замолчала. Затем она увидела мертвого мужчину и отпрянула, в ужасе зажав рот рукой.

– Да, ты все верно поняла, – кивнул Чжунъян.

Мэйцзюнь отчаянно покачала головой.

– Собери все необходимое. Вам нужно бежать немедленно.

– Бежать?! Куда? – непонимающе вскрикнула Чживэй.

Все происходило слишком быстро. Спасение брата, смерть убийцы, отчаяние Чжунъяна. Чживэй не успевала уловить суть сменяющихся картинок перед ее глазами.

– Не бери лишнего.

– У меня подготовлена котомка.

– Ты великолепная сестра, – просиял Чжунъян в порыве чувств прижимая ее к себе. – Бери все деньги, что есть в твоем распоряжении и бегите до «Приюта глушицы».

Чжунъян повернулся к Чживэй.

– Это ночлежка, – пояснил он. – Вы останетесь там до завтра, а затем отправляйтесь в наш летний дом. На какое-то время схоронитесь там.

– Все настолько плохо? Будет еще одна Проверка?

– Да, – кивнул Чжунъян, после чего бросил Мэйцзюнь. – Надеюсь на тебя.

Чжунъян направился к выходу, но в дверях внезапно застыл. Рука на дверном косяке напряглась, а костяшки пальцев побелели. Он обернулся.

– Уходите прямо сейчас. И не возвращайтесь. Это моя воля, Чжунъяна, – он посмотрел на Чживэй и, прежде чем уйти, добавил. – Время отдавать долги.

Мэйцзюнь поспешно бросилась к сундуку, открывая еще одно углубление в стене. Оттуда она извлекла два наплечных мешка и протянула один из них Чживэй, оставив второй себе. Чживэй схватила мешок и начала запихивать туда свитки с книгами.

– Бежим, нельзя терять времени, – нетерпеливо сказала Мэйцзюнь, протягивая маску сестре.

Чжунъян впервые доверил ей важную задачу, и она не хотела его подвести.

– Идем, – кивнула Чживэй, надевая маску и потуже завязывая ленты на затылке.

Мэйцзюнь схватила Чживэй за руку, и девушки выскочили из дома и побежали сквозь сад. Мэйцзюнь уверенно вела сестру к тайному проходу, который был хорошо замаскирован пышными кустами. Однако Чживэй остановилась и выпустила руку сестры.

– Что такое? – обеспокоенно спросила Мэйцзюнь.

– Посмотри туда, – Чживэй кивнула в сторону поместья.

Красное зарево освещало небо и густой черный дым поднимался в воздух. Вдалеке раздались разрывающие душу крики.

– Что происходит? Мэйцзюнь, говори!

Лицо Мэйцзюнь залили слезы, и сердце у Чживэй оборвалось. Она кинула взгляд на алое зарево, предчувствуя беду.

– Мэйцзюнь, пожалуйста!

– Братец все понял. Вот почему сказал уходить мне с тобой… Светлые здесь, и семье Лю не будет прощения.

Не будет прощения? Мурашки прошли по телу Чживэй.

Так вот какой долг решил отдать Чжунъян? Неужели он решил пожертвовать всей семьей ради нее? Как же близнецы? Неужели они тоже должны расплачиваться за то, о чем понятия не имели?