Девушки в бегаъ - Талия Лайон

Нахмурившись, Кэти направилась в гостиную, располагавшуюся в передней части дома. Вообще-то в здании было две квартиры, у каждой своя входная дверь на нижнем этаже. Как раз там, на первом этаже, и жили девушки. В глубине их квартиры располагались три спальни и ванная комната. А еще у них был небольшой дворик. Стоимость жилья подруги оплатили пополам и договорились точно так же разделить деньги после его продажи — на тот случай, если кто-нибудь из них когда-нибудь захочет жить отдельно. Они даже надеялись получить прибыль, поскольку недвижимость в этом районе дорожала с каждым годом.

Девушки переехали сюда восемнадцать месяцев назад и устроились настолько уютно и удобно, насколько позволял их ограниченный бюджет. Лиза приобрела диванные подушки, повесила на окна занавески и разрисовала потолок растительным орнаментом. Кэти, в свою очередь, обставила комнаты кое-какой мебелью и ковриками застелила полы. Конечно, ничего дорогого, она купила все это в магазине своей тети Лауры, торгующей разными безделушками в Сомерсет. Да, теперь их квартира здорово смахивала на домашнее гнездышко, уют которому придавали фотографии — в резных сосновых рамочках! — членов обеих семей: двух братьев Кэти в дни свадьбы, младшей сестры Лизы — Гейли, которая из нескладного щуплого подростка превратилась в классную модель французского дома моды. Лиза так гордилась своей сестренкой!

Итак, их квартирка была свидетельством их личного успеха и напоминанием о счастливом, безоблачном детстве. Раньше их жизнь ничто не омрачало. Боже, да мать Кэти упала бы в обморок, узнав, что у дочери роман с женатым мужчиной! А теперь обе они без работы и жизнь вовсе не кажется такой уж веселой и безоблачной.

Кэти задумчиво уставилась в пространство. Долго ли они здесь проживут, ведь обе безработные?

Вздохнув, Кэти отодвинула занавески и выглянула на улицу. Кроме всех этих волнений о будущем, добавилось еще одно — преследователь. Его машина все еще стояла рядом с домом.

Девушки знали все здешние автомобили и их владельцев и привыкли, что те парковали машины перед входом в старые дома, построенные во времена Эдуарда. Но этот темно-синий «ровер», остановившийся чуть ниже по улице, незнаком Кэти. Похоже, что эта же самая машина медленно ехала за автобусом, в котором девушка возвращалась домой. Она увидела автомобиль еще в районе Имбэнкмент, затем еще и еще раз. Незнакомец словно хотел узнать, вышла Кэти из автобуса или нет. А потом, когда она сошла на своей остановке, машина, соблюдая дистанцию, ехала за ней до самого дома.

Кэти запомнила номер автомобиля только потому, что цифры соответствовали году ее рождения. Она всегда так поступала — складывая и вычитая числа, получала удивительно случайные комбинации: например, возраст, номер дома или год рождения членов семьи. Однажды она заметила три припаркованные рядом машины, из номеров которых чудесным образом складывался номер ее паспорта.

Впрочем, такая странная любовь к арифметическим операциям весьма раздражала Лизу.

— Раз уж ты такая умная и жонглируешь цифрами в свое удовольствие, почему бы тебе не сыграть в лотерею?! — огрызнулась она по дороге домой в тот вечер, когда увидела в баре своего ненаглядного Филиппа вместе с их бывшей соседкой по квартире Элайн Мортон. Лиза была явно не в настроении, и Кэти, пока они стояли в пробках на дороге, то и дело складывала и вычитала.

«А выигрыш в лотерею нам бы совсем не помешал», — подумала Кэти, задергивая занавеску и возвращаясь на кухню. Прошло всего три дня, как она уволилась, а ее уже охватил, вернее, душил, страх навсегда остаться безработной. Очевидно, именно поэтому она становилась настоящим параноиком, раз считала, что ее постоянно преследуют.

— Кажется, за мной следят, — бросила Кэти, усевшись на стул и отхлебнув вина, которое ей налила Лиза.

Услышав рассказ подруги о темно-синем «ровере» с номером, соответствующим году ее рождения, Лиза только презрительно рассмеялась.

— Кому это надо за тобой следить, скажи мне, ради Бога? Конечно, ни одному из тех, у кого есть водительские права.

— Ха-ха! Просто очень странно, что та же самая машина ехала за автобусом.

— В Лондоне такое не редкость, — откликнулась Лиза. — Транспорта видимо-невидимо, движение путается — машины обгоняют автобусы, автобусы еле ползут, а такси выезжают со стоянок. Кстати, как выглядел водитель этой машины?

— Я не рассмотрела.

— Похоже, за тобой и впрямь установлена слежка, — снова рассмеялась подруга.

— Ну, вообще-то за рулем сидел мужчина, но со второго этажа лица не разглядишь. Я только заметила, что у него волосатая рука. Он высунул ее в открытое окно и забарабанил пальцами по двери, а еще пару раз он взглянул в боковое зеркало.

— А может, это женщина с волосатыми руками, — хихикнула Лиза, но Кэти даже не улыбнулась. — Скорее всего он просто нервничал из-за пробок на дороге. Следи он за тобой, не проявлял бы такого нетерпения.

— А если он находился в нервном напряжении все время, пока следил за мной? — настаивала Кэти.

— Ты сходишь с ума, — констатировала Лиза, перестав резать перец и с беспокойством взглянув на подругу. — Такой я тебя еще никогда не видела. Воображаешь, что тебя преследуют… На тебя это совсем не похоже. Наверное, ты стала такой из-за Чарльза. Кстати, он опять звонил. Оставил такое же сообщение, что и в первый раз: ты возвращаешься на работу, а он не вспоминает о случившемся. В противном случае он найдет тебя сам. У тебя еще пара дней, чтобы образумиться, а потом он попросту сорвется с цепи. По крайней мере сказал так Чарльз.

Кэти едва не взорвалась от возмущения. И как ее угораздило влюбиться в такого бессердечного?! Ведь теперь, по телефону, он разговаривал с ней только приказным тоном и постоянно угрожал: она нарушила контракт по найму, она обязана снова приступить к работе, она подводит его и всю фирму, потому что уволилась в такой неподходящий момент, и т. д. и т. п.

Куда исчезла вся его любовь? Чарльз ни слова не сказал о том, как сожалеет о случившемся, как сильно любит ее и как скучает, хотя ничего и не изменилось бы. Тем не менее Кэти было ужасно обидно, и она злилась на себя за то, что все еще переживает. Ей не хотелось вспоминать о том прекрасном времени, что она провела с Чарльзом: о минутах любви, когда он обнимал ее так крепко, что казалось, переломает ей ребра; когда занимался с ней любовью так страстно, что казалось, чувства его не угаснут до конца жизни. Обрывки прошлого всплывали в ее памяти, скорее напоминая прогулку по горящему тоннелю, чем что-либо еще. Как бы ей хотелось стереть их из памяти с такой же легкостью, с какой она стерла файл по бельгийской металлургической компании!