Точка отправления - Наталья Цепкова

От всех этих воспоминаний, Тане стало еще тяжелее на душе. С трудом, проработав три часа в художественном классе, она решила снова поехать в больницу.

Таня снова с опаской зашла в палату и тихонько прошла к койке, на которой все также лежала Наташа. Девушка немного постояла, а потом села на стул, который стоял у окна. Она долго смотрела на подругу, а потом стала рассказывать про то, как отпросилась на работе, и про то, что на этот раз нарисовал Гоша, и как жалеет, что раньше не встретилась с ней.

Как вдруг услышала за своей спиной сиплое кряхтение, а потом голос, напоминающий больше стон:

— Можно воды.

Таня ужасно испугалась и с замиранием сердца повернулась на голос. Это была та самая больная. Оглядевшись, девушка не увидела ни стакана, ни еще какой-либо емкости с водой и побежала за медсестрой. Через несколько минут Таня и моложавая медсестра прибежали в палату, где женщина металась на кровати, черные волосы разметались по всей подушке. Она крутилась и издавала жуткие звуки. Каждое движение доставляло ужасную боль, но она не могла не двигаться, потому что, лежа пластом у нее зудело все тело.

Медсестра быстро достала шприц и ампулу и в одну минуту сделала укол, и только потом протянула стакан воды. Потерпевшая жадно глотала холодную минеральную воду, поглядывая то на медсестру, то на незнакомку. Чьи темно-каштановые волосы, собранные в высокий хвост, рассыпались по плечам, а серые глаза, смотрели, не моргая, на нее. А потом женщина повернулась и посмотрела в окно. На улице начинался дождь. Сначала моросящий, который быстро перешел в весенний проливной дождь. И уже стеной стоял за окном.

— Вам лучше? — наконец спросила медсестра.

— Да. Спасибо. Сейчас намного лучше.

— Вот и хорошо. А то вы нашу посетительницу напугали.

Женщина перевела свой взгляд на незнакомку. Таня попыталась выдавить из себя нечто похожее на улыбку, но то, как минуту назад вела себя эта пациентка, вызывало в ней только ужас, и улыбка получилась кислая.

Таня долго не задержалась в палате. Ей было трудно слышать, как со всех сторон стонут, кряхтят, а иногда кричат. Казалось что она пропахла лекарствами, а потому попыталась быстрее уйти из больницы. Чем она сейчас могла помочь своей подруге? Добрым словом. Вряд ли это поможет ей выбраться из комы, из этого сна сознания. Скорее это самообман для тех, кто ждет. Кто дежурит около койки и надеется, что тело, подключенное к датчикам откроет глаза. Как все же жестко!

Когда Таня выходила из палаты, то столкнулась с медсестрой. Та выходила из палаты напротив. Краем глаза девушка смогла заметить симпатичного парня, лежащего как раз лицом к двери. В ее памяти отпечатались черные волосы и улыбка. Такая светлая, беззаботная. Что ей показалось, это просто посетитель.

Рома сидел и читал газету, но на самом деле только создавал видимость. В его голове творилось много вопросов, с тех пор как он пришел в себя. И главный: где та девушка, с которой он познакомился в метро, не задолго до взрыва? Страшно подумать, он ехал в одном вагоне с террористкой. Сколько он раз смотрел новости, где рассказывали о терактах, но чтобы вот так. Никогда не думал, что с ним такое может случиться и вот.

Он подозревал что эта девушка тоже здесь, если и его привезли сюда, но вот жива ли. Гнать такие мысли прочь не получилось. Поэтому задумался, как ее найти. Но о ком спрашивать? Наташа. Симпатичная блондинка. Что за бред. Кто по таким описаниям найдет ему девушку, точнее столько под такое описание подходят.

И тут как гром среди ясного неба у него прозвенело в голове: я же брал у нее телефон.

— Точно! — крикнул парень и тут же приник поняв, что так не ведут себя в больнице.

— Здравствуйте, — прервала мысли молодая медсестра. Ему прописали уколы в течении недели, после которой намекали что его выпишут, если, конечно, не найдут каких-либо осложнений.

— Здравствуйте.

— Как вы себя чувствуете?

— Хорошо.

— Ну и хорошо. Скоро ваша нога подзаживет и вы сможете спокойно уйти из больницы. А сейчас давайте-ка укольчик.

Рому забавляло когда с ним начинали разговаривать как с маленьким. Но на то они и врачи, чтобы с каждым сюсюкаться, чтобы не чувствовали пациенты холодность и равнодушие.

— Нога не болит, не чешется?

— Нет.

— Когда за чешется, значит уже совсем все прошло.

— Хорошо, буду знать, — ответил Рома и улыбнулся. Достал из-под под подушки газету и как бы невзначай, он спросил, — а где мои вещи?

— В камере хранения, конечно же, где же им еще быть, — удивилась медсестра, уже приоткрыв дверь, чтобы выйти.

— Мне нужен мой мобильный телефон.

— Хорошо я вам занесу, но понимаете что не прямо сейчас.

— Да, конечно же, у вас много работы, но все же сегодня я его хотел бы заполучить.

Медсестра улыбнулась и кивнула.

Добираться до дома было накладно, но самое страшное для Тани было метро. После случая с Наташей, оно пугало. Но наземным транспортом, да еще и вечером, пользоваться бесполезно, ехать будешь часа три не меньше. Приближаясь к красной букве «М», сердце Тани начало чаще колотиться. Она оглядывалась по сторонам, желая убедиться, что нет угрозы. Но в такой суете, разве что-нибудь заметишь…

От метро еще двадцать минут ехать в переполненной маршрутке до остановки «Переулок Ангелов». Название было удивительно, для такого месте, где боялись ходить вечером. Фонари горели не везде, а в подъездах всегда стояли компании подвыпивших ребят. Но сегодня на ее счастье, Таня вообще никого не встретила, только в лифте ехала с соседкой по лестничной клетке.

Когда девушка пришла домой, то на улице совсем стемнело, и в квартире царил мрак. Раздевшись, она прошла на ощупь в комнату и включила свет. Переоделась в халат, прошла на кухню, и включила телевизор, выбрала музыкальный канал, чтобы избежать хоть каких-то упоминаний о вчерашнем происшествии. И так хватает того, что она услышала сегодня. Да еще ей отдали вещи Наташи: сумочку, кошелек, карандаши, блокнот и то что осталось от телефона: кусок пластмассы и чудом уцелевшая SIM-карта. Остальное сгорело. А она, кажется, везла свою картину «Девы судьбы». Жаль, что Таня ее так и не увидела.

Вздохнув, Таня поставила чайник на плиту и села за стол, уставившись на экран, где какая-то девчачья группа пела на английском языке задорную песенку. Таню не интересовали попсовые группы, она больше любила джаз. Но сейчас чтобы отвлечься предпочитала незатейливые музыкальные каналы. Да и, признаться, сама была удивлена, что это пение доставляет удовольствие.

Целый день Таня провела на ногах и без кусочка во рту, и все же есть совсем не хотелось. А вот расслабиться, забыться. Пока она ждала, когда закипит чайник, взгляд скользнул по шкафчику. Там на верхней полке был ее тайник. Когда-то Таня обещала Наташе больше не курить, и не пробовать LSD и марки на дискотеках. И правда жизнь изменилась, начиная со смены друзей и заканчивая с устройством на новую работу. Но сейчас ее подруги не было рядом. Да и вообще она сомневается, что когда-нибудь удастся еще раз поговорить. Для Тани кома, означало состояние овоща, которого рано или поздно отключат от системы жизнеобеспечения. По крайней мере, Таня столько раз это видела в кино.