Две Ольги Чеховы. Две судьбы. Книга 2. Ольга Константиновна - Татьяна Васильевна Бронзова

– Да.

– Товарищ комиссар, – крикнул он в коридор. – Здесь русская!

В комнату влетела женщина в военной форме. Пряди ее темных жирных волос выбились из-под пилотки, гимнастерка обтягивала большую грудь.

– Где? – спросила она. – Где русская?

– Это я, – ничего не подозревая плохого, отозвалась Ольга. – Я Ольга Чехова…

– Предательница? Родину предала, паршивая сука, – закричала вдруг женщина диким голосом и злобно вцепилась в горло Ольги. – Убью. Своими руками задушу…

Все на диване испуганно замерли. Куки, которую крепко держал на своих коленях Альберт, громко залаяла, пытаясь вырваться, чтобы защитить хозяйку, но тут же один из солдат навел на них автомат. Альберт уткнул мордочку Куки себе в живот. Она перестала лаять, но продолжала вырываться. Верочка заплакала. Ада схватила ее на руки.

– Не плачь, милая. Все будет хорошо, – тихо говорила она, отвернув ее голову к своему плечу.

Не надо было дочке видеть ни направленного на нее дула, ни эту ужасную женщину, схватившую за горло ее бабушку.

Под прицелом автомата все боялись двинуться с места. И вот в эту отчаянную для всех минуту в комнату неожиданно вошел военный, явно высокого звания.

– Что тут происходит? – строго спросил он и, увидев вцепившуюся в Ольгу комиссаршу, тут же приказал: – Отставить! Немедленно отставить!

Женщина отпустила свою жертву, оправила гимнастерку.

– Есть отставить, товарищ полковник.

– Что случилось?

– Она русская, товарищ полковник, – отвечала женщина. – Какая-то Ольга Чехова. Расстрелять ее…

– Чехова? – с интересом спросил полковник. – Вы имеете отношение к Антону Павловичу?

– Я его племянница. Я актриса. А это всё тоже актеры. Мы вместе играем в театре, – говорила слегка придушенным голосом Ольга, с надежной глядя на своего спасителя. – Это Ада, моя дочь, внучатая племянница Антона Павловича, а это моя внучка Верочка, правнучка Антона Павловича Чехова…

– Ваш дядя – мой любимый писатель, – сказал полковник и, обернувшись к женщине, добавил: – А вам, товарищ комиссар, стыдно не знать Чехова. Впредь приказываю охранять этот дом и его обитателей до следующего моего распоряжения.

И, уходя, неожиданно обернулся:

– Выходит, что мхатовская актриса Ольга Леонардовна Книппер-Чехова – ваша тетя?

– Да, – радостно кивает Ольга. – Она моя родная тетя!

– Понятно, – загадочно произнес полковник и исчез.

Остаток этого дня вся компания провела в доме под присмотром и охраной двух солдат. Всем было тревожно.

– Чем это может кончиться? – гадал Раддатц. – У нас ведь даже документов никаких не спросили!

– И как странно, что эта ненормальная баба накинулась на Ольгу, услышав, что она русская, – удивлялся Альберт. – Не понимаю, откуда такая ненависть?

Ведь они не знали, что советским солдатам было дано указание расстреливать бывших русских эмигрантов прямо на месте, считая их изменниками Родины. Не знали они и о том, какие зверства немецкие солдаты четыре года творили на земле русской. Не знали ничего и о концлагерях, где евреев сжигали в печах, а врачи-убийцы ставили над детьми медицинские опыты… Нет. Ничего этого они не знали… Так где же им было понять гнев и злость советских солдат, многие из которых потеряли всех своих близких в этой кровавой войне?

На следующий день ближе к вечеру к дому Ольги подрулила штабная машина с двумя офицерами.

– Возьмите только самое необходимое, – сказали ей. – Возможно, что вас не будет несколько дней.

– А куда? – заволновалась Ада. – Куда вы повезете маму?

– Не надо задавать лишних вопросов, – сказал офицер.

Ольга собрала всю свою волю в кулак, чтобы никому не показать свой испуг, уложила небольшой дорожный саквояж, попрощалась со всеми, села в машину, и ее увезли. Солдаты, охраняющие обитателей дома, тоже исчезли, почему-то так и не поинтересовавшись документами двух присутствующих здесь мужчин призывного возраста. Поверили просто так, что они актеры?

Оставшись одни в доме, все наконец-то вздохнули с облегчением.

– Мы с Агнессой тогда пойдем домой, – неуверенно произнес Карл Раддатц.

– Не думаю, что вам следует это делать, – ответил Альберт. – Вполне возможно, что в вашем доме сейчас находятся солдаты, и ваше появление вызовет у них вопросы и неоправданный гнев. Не надо подставляться. Лучше дождемся наступления какой-то более-менее стабильной ситуации.

– Вы правы, – горько произнес Карл. – Во всяком случае, дождемся возвращения Ольги.

– Но ведь ее не арестовали? – спросила Агнесса.

– Конечно, нет! – сказал Альберт. – За что? Уверен, она скоро вернется.

– Ну конечно, мама скоро вернется, – сказала Ада. – Вы ведь по-русски-то и не поняли, но офицер сказал, что ее не будет только несколько дней.

– Так что же ты молчала! – обрадовался Альберт. – Тогда совсем другое дело! Тогда будем ждать.

Ждать им пришлось два месяца.

Глава двенадцатая

Сначала Ольгу привезли на другой конец Берлина в штаб 1-го Белорусского фронта под командованием Жукова, где ее допрашивал полковник Главного управления контрразведки «Смерш» товарищ Шкурин. Аббревиатура «Смерш» означала «смерть шпионам».

Вопросы задавались беспорядочно. Было видно, что полковник толком и не знал, о чем, собственно, спрашивать актрису. Вот уже около пятнадцати минут она отвечала, совершенно не понимая, что от нее хотят услышать, пока наконец он не спросил ее, встречалась ли она когда-либо лично с Гитлером.

– Встречалась, – сказала Ольга. – Я довольно часто бывала на приемах. Знала и его самого, и некоторых из его людей, но не по своей собственной инициативе. Я уверена, вам станет все понятно лишь после того, как вы поговорите обо мне с вашим руководством.

– С моим руководством? – переспросил Шкурин.

– Ну да. С господином Берией.

Полковник Шкурин сразу поднялся с места.

– Сегодня вам придется переночевать у нас, – сказал он. – Не беспокойтесь, вам выделят хорошую комнату.

Она оказалась маленькой, но с хорошей кроватью и постельными принадлежностями. При ней была даже туалетная комната с раковиной, и ужин принесли… Вот только с другой стороны у ее дверей стоял часовой с винтовкой.

«Ничего, – думала Ольга. – Все должно разрешиться. Зря, что ли, я помогала им столько лет?»

Она была уверена, что попала в руки НКВД, не зная, что в советских войсках существовало еще и свое военное подразделение – «Смерш». Не знала она и того, что эти два ведомства конкурировали между собой и, конечно, НКВД не информировал их о своих агентах.

А тем временем полковник Шкурин уже доложил об Ольге своему начальству, генерал-лейтенанту Вадису, а тот отзвонился в Москву.

– Генерал-полковник Абакумов распорядился отправить Ольгу Чехову к нему завтра же военным самолетом, – сообщил Вадис полковнику Шкурину. – Хочет допросить ее лично. А нам с вами, товарищ полковник, надлежит срочно найти Гитлера. Товарищ Сталин не верит, что труп, обнаруженный сегодня утром в бункере, действительно принадлежит фюреру. Товарищ Сталин уверен, что это его двойник. Ведь Гитлер