Угрозы России. Точка невозврата - Сергей Кара-Мурза

Крупномасштабная программа была принята Постановлением Совмина СССР и ЦК ВКП(б) от 20 октября 1948 года «О плане полезащитных лесонасаждений, внедрения травопольных севооборотов, строительства прудов и водоемов для обеспечения высоких устойчивых урожаев в степных и лесостепных районах Европейской части СССР». Когда Сванидзе был еще за дело Ленина-Сталина всегда готов, это называлось «Сталинский план преобразования природы» – как бы ни вращал этот Сванидзе своими добрыми глазами сегодня. План этот вытекал из трудов русских ученых – почвоведов и аграриев – В.В. Докучаева, П.А. Костычева и других.

Созданный для разработки программы институт («Агролеспроект») проектировал систему лесополос. Первая из них (длиной более тысячи километров) пролегла от Урала до Каспийского моря. Общая протяженность крупных государственных полезащитных полос превышала 5300 км. В этих полосах было посажено 2,3 млн. га леса.

Рис. 7. Посадка и посев леса в России, тыс. га

С 1960 г. началась большая программа лесопосадок. В РСФСР только за 15 лет (1965–1980) было посажено 12,4 млн. га леса. Этот процесс представлен на рис. 7.

Вглядитесь в рис. 7: что произошло с началом реформы в 1989 году? Началась ликвидация национальной системы лесовосстановительных работ! За 10 лет посадка и посевы лесов сократились в 3 раза. Это – не стихийное бедствие, это результат политического решения, как и сокращение посадок леса после 2000 года, когда на Россию пролился живительный дождь нефтедолларов.

Каков был ход мысли экономистов и министров, которые принимали эти решения? Какие запросы правительству по этому поводу сделала оппозиция? На что все они надеялись? Наверное, что вступление в ВТО изменит климат в России.

Пока что просвета не видно – гибель лесонасаждений в России стала намного превышать объем посадки. В 2000 г. погибло в три раза больше насаждений, чем было посажено в этот год, в 2005 г. – в пять раз больше.

Посадка леса на месте его промышленных вырубок, пусть в небольших масштабах, но все же продолжается. А поддержание полезащитных лесных полос в России почти прекратилось. В 80-е годы в лесополосах еще проводилась посадка леса в размере 30 тыс. га в год, после 1995 г. она колебалась на уровне около 2 тыс. га, а в 2007 г. составила 0,3 тыс. га. Лесополосы зарастают кустарником и теряют свои защитные свойства. А главное, они стали бесхозными и вырубаются. Генеральный директор института « Росгипролес » М.Б. Войцеховский пишет о судьбе лесополос : « До 2006 года они входили в структуру Минсельхоза, а затем были статусно ликвидированы. Оказавшись ничьими, лесополосы стали интенсивно вырубаться под коттеджную застройку или с целью получения древесины» [267].

Вернемся к началу послевоенной программы. Одновременно с устройством системы полезащитных лесонасаждений была начата большая программа по созданию оросительных систем. В СССР было создано около 4 тыс. водохранилищ, вмещающих 1200 км3 воды. Они позволили резко улучшить окружающую среду, построить большую систему водных путей, урегулировать сток множества рек, получать огромное количество дешевой электроэнергии, использовать накопленную воду для орошения полей и садов.

Самые большие оросительные системы были построены и введены в действие в 70-е годы – форсированно решались самые срочные задачи. В 1960 г. площадь орошаемых земель составляла в РСФСР 1,3 млн. га, в 1970 г. 2 млн. га, а к 1980 г. выросла до 5 млн. га. В 1990 г. был достигнут максимум – 6,2 млн. га орошаемых земель. При этом степень использования оборудованных для орошения земель в 80-е годы составляла 95 %.

Как эта программа оценивалась той политической группой, которая стала доминировать в годы перестройки? Эта программа была представлена как коллективный враг народа – и «демократическим», и «патриотическим» крылом элиты. Началась идеологическая подготовка к ликвидации ирригационной системы России.

А.Д. Сахаров в «Предвыборной платформе» (1989 г.) выдвигал такое требование: «Немедленное прекращение финансирования Министерства водного хозяйства и его ликвидация или перевод на полный хозрасчет». И это не глас вопиющего в пустыне, это глас безусловного авторитета в среде гуманитарной и научно-технической интеллигенции!

Академик А.Л. Яншин, председатель Научного совета по проблемам биосферы АН СССР, писал: «Имена покровителей министерства [Минводхоза] мы узнаем лишь в будущем, но делало оно свое темное дело вполне сознательно и агрессивно». Что ж, время было такое, академик заботится о своем институте. Н.П. Шмелев, депутат Верховного Совета, ответственный работник ЦК КПСС, ныне академик, тоже принял участие в кампании против водохранилищ, причем сделал ряд ложных утверждений, хотя мог протянуть руку и получить в справочнике верные данные. Отставание России в использовании водохозяйственного потенциала рек было колоссально, но общество легко приняло ложь о том, что водное хозяйство приобрело у нас безумные масштабы. На фоне прочего это не удивляет.

В 70-е годы в РСФСР были построены крупные оросительные системы – за пятилетку 1971–1975 гг. было введено 2,4 млн. га орошаемых земель, за 1976–1980 гг. 1,74 млн. га. Но и в 80-е годы еще вводились в действие крупные площади орошаемых земель, несмотря на активную кампанию против мелиорации, начатую в 1985 г. За 1985–1990 гг. ввод в действие орошаемых земель сократился в РСФСР в 3 раза, а затем упал почти до нуля. За пятилетку 1992–1996 гг. ввели 0,057 млн. га, а за 2004–2008 гг. 0,005 млн. га.

Прекратились и работы по ремонту и реконструкции имевшихся ирригационных сооружений. Судя по тому, как резко стали уже в 1985 г. сворачивать это строительство, акция планировалась еще до того, как Горбачев получил пост генсека ЦК КПСС. Заранее готовились также идеологические кадры для дискредитации всей водохозяйственной политики СССР (здесь мы не вдаемся в геополитический аспект прекращения строительства больших ирригационных систем в СССР, сыгравший важную роль в его развале).

Красноречив тот факт, что в кампании против ирригации ни разу не вставал вопрос о том, как с ней обстоит дело в США. Одно это показывает, что вся эта кампания была лживой – ведь США нам ставили в пример. Площадь орошаемых земель в США в начале 80-х годов была примерно такой же, как и в СССР (20 млн. га). Ирригация – один из важнейших факторов сельского хозяйства США [268].

Рис. 8. Использование свежей воды на орошение и сельскохозяйственное водоснабжение в России, куб. км

Невозможно представить себе, чтобы какая-то политическая группировка начала в США кампанию за ликвидацию национальной ирригационной системы и тем более, чтобы эта кампания была поддержана интеллигенцией. Но это на наших глазах произошло в России, и пока мы с этим не разберемся, ни о каком преодолении кризиса не может быть и речи. Мы будем раз за разом клевать на такие приманки и аплодировать провокаторам с их дудочками, ведущим нас в болото.

Подходим к главному пункту нашей темы. Защитой России от засухи (и в большой степени и от жары) была созданная в 60–70-е годы большая система ирригации и лесопосадок, которая позволяла подать в сельское хозяйство засушливых районов большое количество свежей воды для орошения и хозяйственных нужд. В 1984 г. российские села получили для этих нужд 27 куб. км воды. С 1985 г. расширение и модернизация этой системы были прекращены, а сама система стала разрушаться и выводиться из строя. В результате снабжение сельского хозяйства водой стало снижаться и с 2004 г. колеблется на уровне около 8 куб. км – в 3,4 раза меньше, чем в 1984 г. (см. рис. 8).

После 1997 г. Росстат перестал публиковать данные о площади орошаемых земель. В приказе Минсельхоза сказано: «В 2002 году осуществлены поливы сельскохозяйственных культур на площади 2,42 млн. га» [269]. Номинально часть старых орошаемых площадей продолжает считаться орошаемыми, но в действительности половина их не поливается совсем, а для другой половины воды недостаточно (рис. 9).

Рис. 9. Площадь орошаемых земель в РСФСР и РФ, млн. га

В указанном приказе [269] сказано: «Значительные площади орошаемых земель не поливались. В 2002 году субъектами Российской Федерации было запланировано проведение поливов только на 63 % от предусмотренной к использованию площади орошаемых земель».

Другим показателем деградации ирригационного хозяйства России служит динамика парка поливных и дождевальных машин. Большая часть орошаемых земель не требует обильного (промывочного) полива, их орошают с помощью машин. Парк этих машин за годы реформы сократился почти в 15 раз и продолжает неуклонно сокращаться. Этот парк интенсивно формировался во второй половине 70-х годов, а в 80-е годы для его поддержания производились стабильные поставки около 8 тыс. машин ежегодно.

В 1990 г. в РСФСР имелось 79,4 тыс. дождевальных и поливных машин и установок, в 2000 г. их число сократилось до 19,2 тыс., а в 2008 году до 6 тыс. В 2009 году на всю Российскую Федерацию было приобретено 55 дождевальных машин и установок (а списано 305). Российские поля стали беззащитны против засухи.