Танец с драконами - George Martin

Аша нахмурилась.

– Погоди. Торгон? Какой Торгон?

– Торгон Опоздавший.

– Он был королём в Век Героев, – она помнила о нем только это. – А что с ним?

– Торгон Грейайрон был старшим сыном короля. Но король был старым, а Торгон неугомонным, и так случилось, что когда его отец умер, он совершал набеги на Мандере из своей крепости на Сером Щите. Его братья не оповестили его, вместо этого быстро созвали Вече, думая, что один из них будет коронован короной из плавника. Но капитаны и короли вместо этого выбрали Уррагона Гудбразера. Первое, что сделал новый король – это приказал предать смерти всех сыновей старого короля, что и было сделано. После этого люди прозвали его Злым Братом, хотя убитые и не приходились ему родней. Он правил почти два года.

Теперь Аша вспомнила.

– Потом Торгон вернулся домой…

– …и сказал, что Вече прошло не по правилам, ведь его не было там, чтобы заявить о своих правах. Злой Брат оказался столь же никчёмным, сколь и жестоким, и сохранил мало друзей на островах. Жрецы его осудили, лорды восстали, а собственные капитаны разрубили его на куски. Торгон Опоздавший стал королем и правил сорок лет.

Аша взяла Триса Ботли за уши и поцеловала в губы. Он был красным и запыхавшимся, когда она отпустила его.

– Что это было? – произнес он.

– Это называется поцелуй. Утопи меня за мою глупость, Трис. Я должна была помнить…

Она внезапно замолкла. Когда Трис попытался заговорить, она зашикала на него, прислушиваясь.

– Это боевой рог. Хаген.

Первая её мысль была о муже. Мог ли Эрик Айронмейкер проделать весь этот путь, чтобы предъявить свои права на своенравную жёнушку? «В конце концов, Утонувший Бог любит меня. Я не знала, что делать, и он послал мне врагов, чтобы с ними сражаться». Она вскочила и засунула кинжал обратно в ножны.

– Битва сама пришла к нам.

Выбравшись во двор замка в сопровождении неотстающего Триса, она перешла на бег, но, несмотря на это, опоздала. Бой уже закончился. У восточной стены недалеко от задних ворот Аша обнаружила двух истекающих кровью северян и стоящих над ними Лоррена Длинного Топора, Шестипалого Харла и Злого Языка.

– Хаген и Кромм заметили, как они лезут через стену, – объяснил Злой Язык.

– Только эти двое? – спросила Аша.

– Пятеро. Мы убили двоих до того, как они перелезли, и Харл убил еще одного на стене. Эти двое добрались до двора.

Один человек был мёртв, его кровь и мозги покрывали лезвие большой алебарды Лоррена, но другой ещё тяжело дышал, хотя копье Злого Языка пришпилило его к земле посреди расползающейся кровавой лужи. Оба были одеты в варёную кожу и пёстрые плащи коричневого, зелёного и чёрного цвета. К их головам и плечам были прикреплены ветки, сучья и листья.

– Кто ты? – спросила Аша раненого.

– Флинт. А ты кто?

– Аша из дома Грейджоев. Это мой замок.

– Темнолесье – владение Галбарта Гловера. Это не место для кальмаров.

– Вас там ещё много? – спросила Аша.

Когда он не ответил, она схватилась за копье и повернула, северянин закричал от боли, кровь рекой хлынулa из его раны.

– С какой целью вы пришли?

– За леди, – произнес он, вздрагивая. – О, боги, прекрати. Мы пришли за леди. Вызволить её. Только мы впятером.

Аша заглянула в его глаза. Когда она увидела в них ложь, то оперлась на копье, проворачивая его.

– Сколько вас еще? – произнесла она. – Скажи мне или твоя агония продлится до самого рассвета.

– Много, – наконец сказал он между криками боли. – Тысячи. Три тысячи, четыре…. Айййй…. Пожалуйста…

Она вытащила копьё и вогнала ему в горло двумя руками. Мейстер Галбарта Гловера утверждал, что горные кланы слишком разрозненны, чтобы объединиться без Старка. «Быть может, он не лжет. Быть может, он просто заблуждается». Она познала, каково это, на Вече своего дядюшки.

– Этих пятерых послали, чтобы открыть ворота перед главным ударом, – сказала она. – Лоррен, Харл, приведите мне леди Гловер и её мейстера.

– Живыми или мертвыми? – спросил Лоррен Длинный Топор.

– Живыми и невредимыми. Злой Язык, поднимайся на эту треклятую башню и скажи Кромму и Хагену смотреть в оба. Если они заметят хотя бы зайца, я хочу об этом знать.

Вскоре двор Темнолесья был заполнен перепуганными людьми. Её собственные люди надевали броню или взбирались на боевые ходы. Подданные Галбарта Гловера испуганно смотрели на это и перешёптывались между собой. Стюарда Гловера понадобилось выносить из подвала, так как он потерял ногу во время штурма замка. Мейстер шумно протестовал, пока Лоррен не ударил его в лицо бронированным кулаком. Леди Гловер появилась из богорощи под руку со своей служанкой.

– Я предупреждала вас, что этот день настанет, миледи, – сказала она, когда увидела тела на земле.

Мейстер подался вперед, кровь капала из его разбитого носа.

– Леди Аша, молю вас, спустите ваши знамена и позвольте мне выторговать вам жизнь. Вы обращались с нами справедливо и с уважением. Я расскажу им об этом.

– Мы обменяем вас на детей.

Глаза Сибеллы Гловер были красны от слез и бессонных ночей.

– Гавейну четыре. Я пропустила его именины. А моя милая девочка…Верните моих детей, и вам не причинят вреда. Вам и вашим людям.

Последние слова были ложью, Аша знала это. Её, быть может, обменяют и отправят на Железные Острова в заботливые руки её мужа. Её родичей тоже выкупят, как и Триса Ботли и ещё кое-кого из её людей, у чьих родственников есть достаточно денег для выкупа. Для остальных – топор, петля или Стена. «Всё же у них есть право выбора».

Аша забралась на бочонок, чтобы все могли её видеть.

– Волки пришли за нами, оскалив свои зубы. Они будут у наших ворот ещё до восхода солнца. Бросим ли мы наши копья и топоры? Станем ли молить о пощаде?

– Нет, – Кварл Девица обнажил свой меч.

– Нет, – вторил ему Лоррен Длинный Топор.

– Нет, – прогремел Рольф Карлик, настоящий медведь среди людей, который был на голову выше всех в ее команде. – Никогда.

И рог Хагена снова заревел с высоты, звеня по всему двору.

– Ау-у-у-у! – ревел боевой рог – протяжный и низкий звук, от которого стыла кровь в жилах. Аша начинала ненавидеть звук рога. На Старом Вике дьявольский рог её дяди протрубил поминальный звон по её мечтам, и теперь Хаген возвещал о том, что могло стать последним её часом на земле. «Если я должна погибнуть, то умру с топором в руке и с проклятиями на устах».

– На стены, – приказала Аша Грейджой своим людям.

Сама она с Трисом Ботли за спиной направилась к сторожевой башне.

Деревянная сторожевая башня была самым высоким строением по эту сторону гор, возвышаясь на двадцать футов над самыми крупными страж-деревьями и корабельными соснами в окрестных лесах.