Танец с драконами - George Martin

Она отрезала полоску жёлтого сыра от кругляка размером с колесо телеги, когда в кухню вошел Трис Ботли, закутанный в толстый меховой плащ.

– Моя королева.

– Не смейся надо мной.

– Ты всегда будешь править моим сердцем. Никакая куча дураков, кричащих на Вече, не может этого изменить.

«Ну что мне делать с этим мальчишкой?» Аша не сомневалась в его преданности. Он не только был её защитником на холме Нагги, выкрикивая её имя, но и пересёк море, чтобы присоединиться к ней потом, бросив своего короля, родню и дом. «Но он не посмел открыто выступить против Эурона». Когда Вороний Глаз отплыл со своим флотом, Трис просто отстал, сменив курс только тогда, когда другие корабли скрылись из виду. Хотя даже это требовало определённой храбрости; он никогда не сможет вернуться на острова.

– Сыру? – спросила она его, – Там ещё есть окорок и горчица.

– Мне нужна не еда, миледи. Вам это известно, – в Темнолесье Трис отпустил себе густую коричневую бороду. Он утверждал , что это помогает согревать лицо.

– Я видел тебя из сторожевой башни.

– Если ты должен стоять на страже, то что делаешь здесь?

– Там Кромм и Хаген Рог. Сколько нам нужно глаз, чтобы смотреть, как шелестят листья в лунном свете? Нам нужно поговорить.

– Опять? – она вздохнула, – Ты знаешь дочь Хагена – ту, с рыжими волосами. Она управляет кораблём не хуже всякого мужчины, и у неё хорошенькое личико. Ей семнадцать, и я видела, как она на тебя заглядывается.

– Мне не нужна дочь Хагена. – он почти коснулся её, но затем передумал. – Аша, время уходить. Ров Кейлин был единственным, что сдерживало волну. Если мы останемся здесь, северяне нас всех перебьют, ты это знаешь.

– Хочешь, чтобы я бежала?

– Я хочу, чтобы ты жила. Я люблю тебя.

«Нет, – подумала она. – Ты любишь какую-то невинную девушку, которая существует только в твоей голове, испуганное дитя, нуждающееся в твоей защите».

– Я не люблю тебя, – сказала она прямо, – и я не побегу.

– Что здесь такого, за что стоит держаться, кроме сосен, грязи и недругов? У нас есть корабли. Поплыли со мной, и мы начнём жизнь заново на море.

– Станем пиратами?

Это было заманчиво. «Отдать волкам их мрачные леса и вернуться в открытое море».

– Будем купцами, – настаивал он. – Мы поплывём на восток, как и Вороний Глаз, но мы вернёмся назад с шелками и пряностями вместо драконьего рога. Одно плавание в Яшмовое море, и мы будем богаты как боги. У нас может быть дом в Староместе или в одном из Вольных Городов.

– У тебя, меня и Кварла?

Она заметила, как он вздрогнул при упоминании имени Кварла.

– Дочери Хагена может понравиться идея отправиться с тобой в Яшмовое море. Я всё еще дочь кракена. Моё место…

– Где? Ты не можешь вернуться на острова. Если только ты не хочешь воссоединиться co своим лордом мужем.

Аша попыталась представить себя в постели с Эриком Айронмакером, раздавленной его массой, мучающейся в его объятиях. «Лучше он, чем Рыжий Моряк или Левша Лукас Кодд». Сокрушитель Наковален когда-то был ревущим гигантом, пугающе сильным, отчаянно преданным, совершенно бесстрашным. «Может это и неплохо. Он, похоже, умрёт, когда попытается в первый раз исполнить свой супружеский долг». Это сделает её вдовой Эрика, это может быть хорошо или же станет намного хуже, в зависимости от решения его внуков. «И моего дядюшки. В конце концов, все ветра принесут меня обратно к Эурону».

– У меня есть заложники на Харло, – напомнила она ему. И остался Мыс Морского Дракона … Если я не могу получить королевство моего отца, почему не создать своё собственное?

Мыс Морского Дракона не всегда был так слабо заселён, как сейчас. Старые руины всё ещё можно было разыскать среди его холмов и болот, остатки древних твердынь Первых Людей. На возвышенностях были круги чардрев, оставленных Детьми Леса.

– Ты цепляешься за Мыс Морского Дракона, как утопающий цепляется за соломинку. Разве есть на Морском Драконе что-нибудь, способное хоть кого-то привлечь? Там нет шахт, нет золота, нет серебра, нет даже олова или железа. Земля слишком влажная для пшеницы или кукурузы.

«Я не собираюсь выращивать пшеницу или кукурузу».

– Что там? Я скажу тебе. Две длинные береговые линии, сотни скрытых бухточек, выдры в озёрах, лосось в реках, моллюски вдоль побережья, колонии тюленей в море, высокие сосны для постройки кораблей.

– Кто построит эти корабли, моя королева? Где ваша милость найдет подданных для её королевства, если даже северяне позволят тебе владеть им? Или ты собираешься править царством тюленей и выдр?

Она печально засмеялась.

– Выдрами было бы проще управлять, чем людьми, это уж точно. А тюлени умнее. Нет, ты, быть может, прав. Лучшим решением для меня будет возвращение на Пайк. На Харло есть те, кто будет рад моему возвращению. И на Пайке тоже. И Эурон не завоевал друзей на Блэктайде, убив лорда Бейлора. Я могла бы разыскать дядюшку Эйерона, поднять острова.

Никто не видел Мокроголового с самого Вече, но его «утопленники» говорили, что он прячется на Большом Вике и скоро выйдет из тени, чтобы призвать гнев Утонувшего Бога на головы Эурона и его приспешников.

– Сокрушитель Наковален тоже ищет Мокроголового. Он преследует утопленников. Слепого Берона Блэктайда схватили и допрашивали. Даже на Старика Серую Чайку надели кандалы. Как ты найдёшь жреца, если не могут все люди Эурона?

– Он мой родич. Брат моего отца.

Это был жалкий ответ, и Аша понимала это.

– Знаешь, что я думаю?

– Подозреваю, что скоро узнаю.

– Я думаю, что Мокроголовый мертв. Я думаю, Вороний Глаз перерезал ему глотку. Поиски Айронмейкера ведутся только для того, чтобы мы поверили, будто он сбежал. Эурон боится прослыть братоубийцей.

– Никогда не говори такого при моем дяде. Скажешь, что Вороний Глаз боится убить родича, и он прикончит одного из своих собственных сыновей только для того, чтобы доказать, что ты не прав.

Аша почувствовала, что почти протрезвела. Тристифер Ботли всегда оказывал на неё подобное влияние.

– Даже если ты отыщешь своего дядю Мокроголового, вы оба потерпите неудачу. Вы оба участвовали в Вече, так что вы не можете сказать, что оно прошло не по правилам, как сделал Торгон. Вы связаны с его решением законами богов и людей. Вы…

Аша нахмурилась.

– Погоди. Торгон? Какой Торгон?

– Торгон Опоздавший.

– Он был королём в Век Героев, – она помнила о нем только это. – А что с ним?

– Торгон Грейайрон был старшим сыном короля. Но король был старым, а Торгон неугомонным, и так случилось, что когда его отец умер, он совершал набеги на Мандере из своей крепости на Сером Щите. Его братья не оповестили его, вместо этого быстро созвали Вече, думая, что один из них будет коронован короной из плавника. Но капитаны и короли вместо этого выбрали Уррагона Гудбразера. Первое, что сделал новый король – это приказал предать смерти всех сыновей старого короля, что и было сделано. После этого люди прозвали его Злым Братом, хотя убитые и не приходились ему родней. Он правил почти два года.