Романтика любви - Джослин Рэйнс

— Мама! Ты меня раздавишь! — запротестовал Джек.

— Ох, извини, дорогой. Мне так жаль, — сказала Кэролайн, отпустив его. — Так жаль…

— Жаль чего? — Джек был очень серьезен.

— Всего, — ответила его мать, чувствуя, как ее переполняют горе, отчаяние и страх.

Не зная, что еще сказать, Кэролайн уложила его в постель. Целуя его на ночь и желая добрых снов, Кэролайн вдруг обратила внимание, что воротник его пижамы был мокрым. От ее слез.

Ее слезы не высохнут все то время, которое ей придется жить без своего Джека.

Вечером в субботу, после утомительного рабочего дня на ипподроме, Рэй Лайонс ввалился в бар «Подкова». Лимпи, бармен, приветствовал его, так же как и несколько завсегдатаев, таких же парней, как Рэй, которые работали руками и жили на честно заработанные деньги, конечно не без того, чтобы урвать кусочек то там, то здесь, — ведь каждому хочется жить лучше. Рэй чувствовал себя не совсем хорошо, поэтому он не пошел к столикам, чтобы поздороваться со всеми, а устроился в самом конце бара рядом с Элом Шоу, который держал в ладонях чашку кофе.

— Все еще не бухаешь? — спросил Рэй.

— Стараюсь, — ответил ему Эл.

— Хочу угостить тебя. Черт, да ведь я собирался угостить всех ребят, — язык у Рэя заплетался.

— Появились свежие бабки? — спросил Эл. Он всегда навострял уши, как только речь заходила о деньгах.

— Немного. Не так много, как я рассчитывал. Просто сделал кое-какую работу для нужного человека. Классную работу для одного индюка. Думал, сорву изрядный куш. Можно сказать, подспорье на черный день. А мне — фигу с маслом.

— Ты хочешь сказать — тебе не заплатили? — спросил Эл, которого всегда задевало за живое то, как несправедливо относятся к ним богатые.

— Да нет. Заплатили. Ровно ту сумму, о которой шел разговор. Понимаешь, ровно ту сумму. А работа, скажу я тебе, опасная. Хоть бы «спасибо» услышать. Вот и зашел пропустить рюмочку. Мне бы премиальные. Сам понимаешь: чего-нибудь сверх, в честь праздничка, — сказал Рэй, поднимая стакан, который поставил перед ним бармен, и залпом выпивая виски. Крякнув, он вытер рот рукавом и подал знак разносчику пива. — Однако — дудки. Ты же знаешь этих богачей. Всегда готовы «наколоть» простого человека.

— Да, — сочувственно сказал Эл. — Они считают нас просто дерьмом. А для кого ты сделал работу?

— Да так, для одного хрена из Палм-Бич. Ты его не знаешь, — сказал Рэй. Он взял кружку пива и тут же отхлебнул половину. — Живет в шикарном сарае, прямо на берегу океана. Чарльз Годдард — вот как его зовут.

— Чарльз Годдард? — переспросил Эл, удивляясь, что услышал это имя в «Подкове».

Рэй кивнул, допил пиво и сделал знак бармену, чтобы тот принес новую порцию виски — на этот раз двойного.

— Да, это парень с Уолл-стрит, — сказал Рэй. — Ты что, слышал о нем?

Эл все же умел быть сдержанным, когда нужно, и держать язык за зубами. Он поднял свою чашку и спокойно отхлебнул кофе. Эл не хотел показаться любопытным или назойливым.

— Да кто о нем здесь не слышал? — равнодушно сказал он и как бы невзначай добавил: — Интересно, что у него была за работка?

— Фейерверк в одном магазинчике, — сказал конюх, опустошая второй стакан. — Шикарное заведение, должен сказать. На Ворт-авеню, ни больше ни меньше.

— Ворт-авеню? В Палм-Бич? Без дураков? — Элу очень хотелось, чтобы Рэй говорил дальше.

— Да. Заведение высшего класса, — хвастливо сказал Рэй, пытаясь показать своему другу, что тоже иногда вращается в высших кругах.

— И название знаешь?

— Да нет, ну его. Знаю только, что это что-то уж очень шикарное. И его только что построили: я даже почуял запах краски. Ох и классно он полыхал! — похвалился Рэй, довольный своей работой.

Сердце Эла учащенно билось. Он знал, что магазин его дочери сгорел именно в тот день. Мэри сказала ему об этом. И еще он знал, что Чарльз Годдард собирается отнять Джека у Кэролайн. У Кэролайн Шоу! Эл уже начинал злиться всерьез, а Рэй продолжал хвастаться.

— А кто-нибудь видел, как ты пустил петуха? — спросил Эл.

Рэй покачал головой:

— Что я, дурной, что ли? Нет, я работал в темноте, да и дела-то там было минут на десять. Подождал, пока сторож побежал отлить, побрызгал вокруг бензинчиком, зажег спичку — и до свидания! Да, я обернулся тихо, как привидение, — никто меня не видел. Самому нравится, как я все это здорово провернул…

Эл слушал, как Рэй хвалится своей работой и жалуется на прижимистость неблагодарного заказчика.

— Годдард все время был дерьмом, — сказал Рэй.

— Все время? — удивился Эл.

— Да. Это не в первый раз, когда он просит у меня об одолжении. У нас с ним долгая история. — Рэй, разогретый выпивкой, все больше негодовал. — Ты хоть знаешь, что я сделал для него в прошлый раз?

— Нет. А что? — спросил Эл, стараясь казаться дружелюбным — ведь если то, что он сейчас услышал, окажется правдой, то он сможет прижать к ногтю этого Годдарда, а Кэролайн не потеряет Джека. Никогда в жизни он еще не узнавал ничего, что имело бы хоть какую-то ценность, представляло бы интерес для других людей, изменило чью-то жизнь. Ощущая важность всего этого, Эл слушал очень внимательно.

— Я еще никому не рассказывал это, ну да черт с ним! Мне теперь все равно! После того как эта дешевка так обошлась со мной, я не собираюсь молчать. — Рэй заказал себе еще пива. — Я могу отправить его за решетку, честное слово. Может быть, даже на электрический стул, если захочу. — Рэй усмехнулся, представив себе, какую власть он имеет над Чарльзом Годдардом.

— Ну так расскажи мне свою историю с Годдардом. Что ты еще для него сделал? — спросил Эл.

— Решил одну проблему. Семейную проблему… — задумчиво сказал Рэй, выпив третью порцию виски. Его язык уже совсем заплетался, а он все больше и больше гордился собой. — И это был не какой-нибудь пустяк, вроде петуха в лавке. Хочешь, скажу, что я сделал?

— Валяй, — сказал Эл, у которого вспотели ладони и пересохло в горле.

Рэй наклонился к нему поближе. Сейчас он собирался выложить действительно потрясающую новость и хотел, чтобы его собеседник хорошенько расслышал каждое слово.

— Так слушай, что я сделал для этого ублюдка. Ты слышал про поло-клуб? Тот, который в Палм-Бич? Там детки богачей гоняют маленький мячик, сидя верхом?

Эл кивнул, и Рэй, убедившись, что зацепил внимательного слушателя, заказал третье пиво. И начал рассказывать…

В воскресенье в половине девятого утра в дверь Кэролайн позвонили.

— Папа! — воскликнула она, удивленная, что он приехал к ней, да еще в такой ранний час и без матери, которая всегда была инициатором их визитов. Отец был чисто выбрит, глаза его были ясными. Он стоял перед ней в прихожей, засунув руки в карманы джинсов, и выглядел каким-то притихшим и виноватым.