Романтика любви - Джослин Рэйнс

— Ну и что я должен сделать на этот раз? Укокошить еще кого-нибудь? — спросил он, сразу хватая приманку.

— Нет, — резко сказал Чарльз. Ему не хотелось, чтобы Рэй говорил о том, что произошло, хоть с кем-нибудь, даже с ним лично. — В Палм-Бич есть один магазинчик. На Ворт-авеню. Он по соседству с «Шанель» и называется «Корпорация «Романтика любви»».

Рэй Лайонс усмехнулся про себя: «Здорово! Этот Чарльз Годдард все время посылает меня в классные места — то в поло-клуб Палм-Бич, то в модный магазин на Ворт-авеню».

— И что мне надо сделать, когда я найду эту самую «Романтику»? — спросил он.

На губах Чарльза появилась едва заметная улыбка:

— Просто зажечь спичку…

Глава 30

22 ноября, во вторник, телефонный звонок разбудил Кэролайн без четверти два. В два тридцать она уже полностью оделась, разбудила Селму, чтобы та посидела с Джеком, и прибыла на Ворт-авеню как раз в тот момент, когда пожарники трех пожарных машин разворачивали свои шланги. Это была ее гордость, ее триумф, флагман ее будущей империи — «Корпорация «Романтика любви»». Вернее, то, что от нее осталось: жалкие руины разрушенной мечты.

В ночное небо вздымались танцующие языки пламени, словно насмехаясь над ее несбыточными мечтами. Ее обдало жаром пожарища, едкий дым щипал ноздри и глаза. Это был запах несчастья и отчаяния. Все ее труды, все усилия пошли прахом. Единственная отдушина, которая у нее была в эти месяцы жизни в настоящем аду, была уничтожена всепожирающим пламенем. Ее мечта ушла в небытие. Кэролайн вспомнила другой пожар — тот, который лишил ее родного дома, вспомнила детство, полное отчаяния, обид и горя. Она вспомнила ту дикую драку с отцом на Пэттерсон-авеню, крики матери, звонок в полицию, угрозы и оскорбления отца. Она ясно представила себе его кулак, приближающийся к ее лицу.

— Мы не знаем, отчего начался пожар, миссис Годдард, — вдруг услышала Кэролайн голос офицера, вернувший ее к действительности. — Необходимо расследование.

— Расследование? — повторила она, все еще находясь под впечатлением прошлого, все еще не в силах осознать всю глубину несчастья, постигшего ее.

— Мы не можем сейчас определить причину пожара, — повторил офицер. — Насколько я знаю, магазин находился на стадии строительства, не так ли?

— Строительство уже закончилось. Только что закончилось, оставалось только навести окончательный лоск. Я планирую… планировала отпраздновать открытие магазина на следующей неделе, — сказала Кэролайн, вдруг сообразив, что теперь ей придется оповестить 250 приглашенных, что никакого праздника не будет, что «Корпорация» прогорела. Кэролайн смотрела не мигая на тлеющие останки того, что было когда-то ее мечтой, и все никак не могла постичь размеры своей утраты — как в материальном, так и в моральном плане. Кэролайн не плакала, не била себя в грудь, не боялась. Она просто находилась в состоянии полного транса. Она не могла ни говорить, ни думать.

— Может быть, оставались подстилки или ветошь? — продолжал говорить офицер. — Может быть, произошло короткое замыкание? При строительстве все возможно.

Кэролайн подумала о дорогой новейшей системе освещения, которую разработали специально для ее магазина, о сложной современной компьютерной системе, которая была призвана вести полный учет торговли, обо всех этих проводах и кабелях, предохранителях и коммутационных коробках, которые установили электрики. Кэролайн думала, что ее отец, наверное, был прав, когда еще много лет назад говорил, что она выскочка и слишком многого хочет. Неужели она и впрямь считала себя слишком хорошей, чтобы быть дочерью такого отца? И теперь, как и предсказывал Эл, она расплачивалась за свои амбиции, за то, что замахнулась на слишком многое?

— Не исключена также возможность поджога, — услышала Кэролайн слова офицера. — Может быть, вы знаете кого-нибудь, кто хотел бы отомстить вам?

Кэролайн почувствовала, что у нее пересохло в горле и тошноту. Ну как она могла рассказать совершенно постороннему человеку о своем отце? Обо всех его оскорблениях и угрозах? Об издевательствах и обвинениях? О том, что он всегда жестоко обращался с ней, и о том, что он никогда не мог справиться со своими дикими эмоциями? Кроме того, просто невероятно, чтобы Эл Шоу решился на такое. Он теперь жил в Порт-Сент-Луисе и в последние годы очень изменился. Эл стал чаще навещать Кэролайн и, кажется, он действительно любит Джека. Он довольно успешно справился со своим пристрастием к алкоголю, даже нашел постоянную работу. Конечно, Эл не стал лучшим в мире мужем, но, как говорила Мэри Шоу, он очень изменился в положительную сторону.

— Может быть, вы знаете кого-нибудь, кто хотел бы отомстить вам? — снова повторил свой вопрос офицер.

— Нет, — ответила ему Кэролайн совершенно чужим голосом — наверное, оттого, что думала об отце и о том, действительно ли его перемены к лучшему продлятся еще хоть недолго. — Нет, таких людей я не знаю.

Чарльз Годдард расплатился с Рэем Лайонсом как обычно: наличными, отдав всю сумму сразу. Наличными, которые нельзя было проследить.

— А теперь исчезни, — сказал Чарльз конюху, передавая ему толстый пакет. Солнце садилось, наступали сумерки. Чарльз презирал этого коротышку, помешанного на картах и лошадях, но понимал, что иногда ему без него не обойтись. Кроме того, Рэй Лайонс за все эти годы уже доказал, что умеет держать язык за зубами.

Рэй не больше уважал Чарльза, чем Чарльз его. «Все это одна видимость, — думал он, глядя на важного финансиста, стоявшего перед ним в полумраке парка Годдардов в Палм-Бич. — А изнутри он прогнил до самых костей».

— Ну что, до следующего раза? — спросил Рэй Чарльза и подмигнул.

Он положил конверт в карман джинсов и, когда уже возвращался в Порт-Сент-Луис, подумал, что после трудной работы заслуживает отдых. У него были деньги в кармане и настроение потратить их. Рэй даже знал, куда ему направиться — в бар «Подкова», где подавали замечательные коктейли, где было кабельное телевидение и Майкл Болтон за стойкой. Это был бар для рабочего люда, там наливали пиво из крана, там в середине зала стоял стол для пульки и царил полумрак. Там бывали знакомые Рэя — завсегдатаи бара, — а бармен наполнял кружки не скупясь.

«Подкова» была именно тем местом, где Рэй Лайонс чувствовал себя как дома. Где он мог увидеть знакомые лица. Конечно, через пару дней бар закроют на праздник Благодарения, но сегодня там должно быть полно народа. Кстати, наступали выходные дни, и в конце рабочей недели все постоянные посетители обязательно соберутся там…