Обзор Ветхого завета - Уильям Ла Сор

Настоящая работа придерживается подразделения этих надписей на пять категорий, предложенного А.А. Андерсоном:

Собрания, составители или авторы. (1) «Давида» (/" dawid, 73 раза) — возможно, здесь подразумевается "написанный Давидом", чьи музыкальные занятия имеют множество свидетельств (1 Цар. 16.17–23; 18.10; 2 Цар.1.17–27; 3.33–34; 23.1–7; AM.6.5), "ОТ имени Давида" (Пс.19 — молитва царя давидовой династии перед сражением), или "принадлежащий Давиду", т. е. псалом, входящий в состав царского собрания, которое, возможно, включало и собственные произведения Давида.

"Сынов Кореевых" (11 раз; Пс.41–48, 83–84, 86–88) — по-видимому, эти псалмы связаны по авторству и/или собранию с семейством храмовых певчих, родственным потомку Левия, упомянутому в 1 Пар.6.22 [МТ 7].

"Асафа" (12 раз; Пс.49, 72–82) — эти псалмы связаны с одним из музыкантов Давида (1 Пар.6.39 [МТ 24]; 15.17; 2 Пар.5.12) и его семейством храмовых певчих (Езд.2.41).

Другие лица, названные в связи с псалмами: «Соломона» (Пс.71, 126); Еман Езрахит (87; мудрец, 3 Цар.4.31; храмовый певчий времен Давида, 1 Пар. 15.17–19; "царский прозорливец", 25.5); Ефам Езрахит (Пс.88; связывается с Емамом в 3 Цар.4.31; 1 Пар. 15.17); «Моисея» (Пс.89); «Идифуму» (39) или «Идифумова» (61, 76; перечислен среди музыкантов Давида, 1 Пар. 16.41).

Неясно, указывают ли эти заглавия на авторство, однако они содержат свидетельства в пользу датировки большинства псалмов четырьмя веками монархии, а не периодом после пленения. Определение Псалтири как книги песен Второго Храма (построенного Зоровавелем в 516 г.) в последние годы было расширено, чтобы включать и храм Соломона.

По крайней мере, три фактора способствовали тому, что большинство псалмов были написаны и употреблялись до пленения: (1) стихотворная форма псалма была хорошо известна таким пророкам, как Амос (строфы, приведенные в 4.13; 5.8–9; 9.5–6) и Иеремия (гимн в 10.12–16; жалобы в 15.15–18; 17.14–18). (2) Царские псалмы с их указаниями на роль царя в общественном богослужении больше подходят для периода монархии.[1039] (3) Частые параллели словарного состава, грамматики и поэтической структуры между псалмами и угаритской эпической поэзией (XIV в. до Х.Р.) слишком многочисленны и поразительны, чтобы не требовать объяснения, если только псалмы не относятся к раннему, а не позднему периоду.[1040]

Типы псалмов. Чаще всего встречается название Псалом {mizmor), использованное более пятидесяти раз в Псалтири и нигде более в Ветхом Завете. Оно представляется специальным термином для обозначения культовых песен, исполняемых под сопровождение струнных инструментов. Тридцать псалмов названы Песнями (sir) и, возможно, первоначально имели светский смысл. Неясно, чем они отличаются от mizmor, хотя несколько песен (65, 75–76, 92) имеют оба названия. Шесть псалмов (15, 55–59) обозначены еврейским словом miktam', не существует единого мнения о значении этого слова, хотя возможным переводом может служить «искупление» (ассир. katamu). "Молитва" {tepilla), видимо, служит для обозначения жалобы (16, 85, 89, 101, 141). Евр. maskil, употребленное по отношению к тринадцати псалмам (31, 41, 43), вероятно, означает, "для назидания" или "для размышления, созерцания", хотя точное значение неясно. Заглавие "Песнь восхождения" (120–136), скорее всего, указывает на использование данного псалма во время процессии восхождения к храму. Пс.144 назван «Хвала» (tehilla), откуда произошло еврейское название Псалтири. Пс.44 подобающе назван "Песнь любви" (sir yedidot). Значение евр. siggayon (рус. пер."плачевная песнь" — пер.) неопределенно.

Литургические цели и использование. Некоторые термины, по-видимому, указывают на то, в каком случае псалом употреблялся: евр. toda (100) мог указывать либо на псалом, который использовался во время благодарственной жертвы (Лев.7.12; 22.29), либо на псалом благодарения; евр. hazkir (Пс.37, 69) объясняется либо как псалом для памятной жертвы ('azkara, Лев.24.7), либо как псалом для напоминания Яхве о страданиях, высказанных в жалобе; Пс.29 обозначен как "псалом при посвящении храма"; евр. lelammed (59), по-видимому, означает "для назидания", хотя Мовинкель связывает его с глаголом «побуждать», высказывая предположение, что в нем Давид пытается побудить свою армию к сражению или что народ пытается побудить Яхве к вмешательству".[1041] Пс.91 обозначен как "песнь на день субботний"; значение евр. leannot) неопределенно, возможно, он обозначает "для покаяния", "для пения" или какое-либо указание музыканту.

Специальные музыкальные выражения. В этой области имеется еще меньше согласия. Такие слова, как bineginot струнными инструментами"; Пс.4, 6, 53–54, 66, 75 и, вероятно 60) и el-hannehilot ("Для флейт"; Пс.5), указывающие на вид аккомпанемента, достаточно понятны. Однако, такие термины, как higgayon (9.17), hasseminit (рус."на восьмиструнном"; Пс. б, II), haggittit (рус. "на Гефском орудии"; Пс.8^ 80, 83), alamot (рус. "на музыкальном орудии Аламоаф"; Пс.45), sosannim ("лилии" (рус. "на музыкальном орудии Шошам", Пс.44; "на Шошанниме", Пс.68; "на музыкальном орудии Шошанним-Эдуф", Пс.79)), mahalat (рус. "на духовом орудии", Пс.52), "al-tashet (рус. "не погуби", Пс.57–58, 74), все еще ожидают дальнейших исследований. Среди предположений — названия мелодий, инструментов для аккомпанемента, или заметки по храмовым обрядам.

Даже слово lamenasseah, употребленное в Псалтири пятьдесят пять раз (ср. Ав.3.19) и часто передаваемое как "начальнику хора", вызвало многочисленные толкования: "для восхваления", "для милостивого расположения (Господа)", "для умилостивления" или как обозначение собрания псалмов. Слово «Села» (евр. sela), употребленное более семидесяти раз, продолжает оставаться загадкой для толкователей, которые склонны видеть в нем музыкальное обозначение, указывающее на увеличение громкости или инструментальную интерлюдию, или на указание какого-либо физического действия во время богослужения, напр., на земные поклоны.

Исторические заметки. Основной ценностью заметок, связывающих псалом с каким-либо историческим событием (напр., 3, 7, 17, 33, 50–51, 53, 55–57, 58–59, 62, 141), является содержащаяся в них информация о том, как понимали эти тексты еврейские толкователи периода после пленения. Большинство этих заглавий — поздние вставки и не позволяют сделать точные выводы о происхождении псалмов.

Как и витражи и изваяния средневековых соборов, Псалмы были проявлениями веры людей, которые не имели дома Книг Священного Писания и не могли прочесть их. Даже если евреи знали лишь Псалтирь (многие, видимо, знали большое количество псалмов наизусть), они все же имели достаточно глубокое понимание своей веры. Исторические обзоры (напр., Пс.77, 104–106, 136), наставления по благочестию (напр., Пс.1, 118), прославления творения (Пс.8, 18, 103), знания о Божественном суде (38, 48, 72), заверения о Его постоянной заботе (102), осознание его суверенной власти над всеми народами (2, 109) глубоко проникали в их веру с помощью Псалтири.

Однако, более всего псалмы были декларацией отношений между народом и их Господом. Они приняли завет Божий к исполнению, защите и сохранению. Их песни восхваления, исповедания грехов, заявления о невиновности, жалобы о страданиях, мольбы об избавлении, заверения в услышанности, прошения перед сражениями и благодарения после них были выражениями их уникальных отношений с Единственным Истинным Богом.

Благоговение и близость сочетались в признательности Израиля за эти отношения. Они благоговели перед силой и славой Бога, Его величием и властью. В то же время они страстно молили Его, настойчиво споря с Его решениями и горячо и упорно умоляя о заступничестве. Они почитали Его как Господа и обращались к Нему как к Отцу.

Это чувство особых отношений наилучшим образом объясняет псалмы, в которых призывается проклятие на врагов Израиля. Завет настолько тесно связывал Израиля с Богом, что враги Израиля были врагами Бога, и наоборот. Кроме того, их отношения с Богом были выражены в лютой ненависти ко злу, которая требовала суда такого же сурового, как и преступление (108; 136.7–9). Даже призыв к суду был результатом завета, убежденности в том, что праведный Господь защитит Свой народ и покарает тех, кто презирает Его богослужение и Его законы. Суд, очевидно, должен был произойти еще при жизни нечестивцев".[1042] Учение Христа о любви к врагам (Мф.5.43–48), возможно, затрудняет христианам применение этих псалмов в молитве, однако христиане не должны терять той ненависти к греху или рвения, которые вызвали их появление.[1043]

Г. фон Рад озаглавил раздел своего труда "Ветхозаветное богословие", посвященный Псалмам, — "Ответ Израиля".[1044] Несомненно, псалмы были откликом священников и народа на дела Божественного избавления и Его откровение в их истории.[1045]