Симон Петлюра - Виктор Савченко

С декабря 1922 года, со времени отставки Пилсудского, кризис власти и экономики в Польше нарастал. Политическая нестабильность в Польше тяготила Петлюру, а после отставки «защитника петлюровцев» Пилсудского, он мог ожидать от польской власти не только своей высылки, но даже и выдачи Советам.

В конце 1923 года Петлюра был вынужден выехать из Польши, спасаясь от безденежья и опасной нестабильности, от слежки польских и советских агентов и своей «заброшенности». Это была последняя попытка найти себя.

Он понимал, что выжить в эмиграции можно было, только выйдя на «международную арену», а «польское уединение» не давало таких возможностей. Петлюра надеялся стать представителем идеи «самостийной Украины» в Европе, координатором действий украинской эмиграции в Европе, перенести в Западную Европу Украинский Государственный центр в изгнании. Александр Шульгин вспоминал, что «Петлюра незадолго до его смерти считался многими человеком прошлого; считали, что карьера его закончилась, а он примирился с этим. Однако это ошибочное мнение — Петлюра не отказывался никогда от своих должностей, оставаясь во главе национального правительства, которое не переставало существовать ни минуты...»

Вместе с Вячеславом Прокоповичем он выехал по маршруту Вена—Будапешт. Путешествие началось 31 декабря 1923 года. Из Варшавы Петлюра выехал под именем Степана Могилы — начальника пресс-службы украинской миссии в Будапеште.

ГЛАВА 21 УВИДЕТЬ ПАРИЖ - И УМЕРЕТЬ Январь 1924 г.—май 1926 г.

1 января 1924 года Петлюра и Прокопович через Вену выехали в Будапешт, где еще оставалась дипломатическая миссия УНР. Это была единственная, признанная в Европе на правительственном уровне миссия исчезнувшей республики, которая имела широкие права и могла организовать въездные визы в страны Европы. Венгры дали согласие на проживание Петлюры в Будапеште, а серьезную финансовую помощь предложил посол УНР Николай Василько, который снабжал Петлюру деньгами начиная с 1922 года. Однако спокойное, «растительное», «венгерское житие» не прельщало Петлюру. В Венгрии почти не было украинской эмиграции, страна входила в лагерь побежденных в Первой мировой, считалась окраиной Европы, находясь в сфере германских и австрийских интересов. Долгое нахождение в Венгрии могло повредить политическому имиджу Петлюры, а изоляция чувствовалась в Венгрии намного больше, чем в Польше. В начале 1924 года стало заметно тайное сближение СССР и Венгрии на основе пересмотра послевоенных границ и территориальных претензий СССР и Венгрии к Румынии, что привело к автоматическому прекращению признания «де-факто» миссии УНР в Венгрии. Уже в марте 1924 года Петлюре стало понятно, что миссия будет вскоре ликвидирована. И в Венгрии Петлюра чувствовал «нестабильность условий жизни».

Из Венгрии он еще пытается руководить подпольем в УССР, что существовало в условиях строжайшей конспирации. В 1923 году Петлюра призвал к переходу на «новую тактику», которая предполагала отход от повстанческо-партизанских действий. В «мирную эпоху» Петлюра советовал «украинскому подполью» проникать в аппарат Коммунистической партии, комсомола, на командные должности в Красную Армию, ГПУ, милицию, для их «перерождения, разложения... взрыва изнутри». Допускались только отдельные акты террора против «вредных элементов большевистской власти». «Украинизация» в УССР открывала «новые перспективы врастания в систему», использования церковного автокефального движения, огромного потенциала молодой украинской интеллигенции. Петлюра тогда отмечал определенные симпатии «украинского подполья» к итальянскому фашизму.

В мае 1924 года Петлюра уезжает в Швейцарию (через Прагу и Вену), в Женеву, где также существовала миссия УНР (хотя и непризнанная) при Лиге наций во главе с Александром Шульгиным. Женева была одним из главных центров мировой политики. Сюда съезжались политики со всего света, а также многие политические эмигранты. Петлюра в Женеве пытался добиться официального статуса для миссии УНР при Лиге наций, однако никто не хотел и слышать о миссии несуществующей уже более трех лет страны. Неудача постигла Петлюру и в деле с признанием Великой ложи Украины масонским координационным центром. Очевидно, в Женеве, где находился один из центров «масонского интернационала», проживали отдельные представители Великой ложи Украины, на поддержку которых рассчитывал Петлюра, направляясь в Женеву... Так, Н. Свитков в книге «Масонство в русской эмиграции» (Париж, 1932) указывает, что «подвергшись преследованиям советской власти, Великая ложа Украины не была уничтожена полностью и перенесла свою главную квартиру в Женеву... Адрес при Ассоциации масонского интернационала, улица де Лион, 61». Но поездка в Женеву для Петлюры оказалась безрезультатной из-за интриг Моркотуна, направленных на «отлучение» Петлюры от международного масонства и от активной политической жизни, Петлюра попал в «зачарованный круг» неудач.

Смерть, в августе 1924 года, Николая Василько, который обещал создать фонд материальной помощи Петлюре, серьезно ударила по финансовому положению Петлюры. У Петлюры и Прокоповича на двоих оставалось только 100 франков и они были вынуждены питаться чаем и жареными кабачками. Петлюра тогда писал Шумицкому: «...материальных возможностей у меня нет никаких» — и думал даже возвратиться к семье в Польшу. Однако ему казалось, что это «замутит национальную атмосферу, которая вроде бы почистилась после моего отъезда из Варшавы, и фактически поставит крест на более-менее независимой акции с нашей стороны». Все чаше рождались мысли о том, чтобы отойти от политики и превратиться в «частного человека», чтобы физическим трудом зарабатывать своей семье на жизнь.

В середине октября 1924 года Петлюра и Прокопович переезжают в Париж, который в 20-е годы претендовал на звание «центра мира». Что искали в Париже два «украинских беженца»? У них еще сохранялась последняя надежда на «французских друзей», что помогут им добиться какого-то официального статуса во Франции, а может и «выбьют» денежную помощь для «борьбы с коммунизмом». Но французскую политику уже не интересовали перспективы борьбы с СССР, ее полностью устраивала как «версальская система» передела Европы, так и существование СССР как противовеса германским «интересам» на востоке. Франция помогала Польше, Румынии и Чехословакии, которые захватили часть украинских земель, и поэтому «украинского вопроса» для французов просто не существовало. Петлюре хотя и дали вид на жительство, но в официальных структурах его полностью игнорировали, рассматривали как «частное лицо», как бедного и бесправного эмигранта. Несмотря на это, Петлюра продолжал демонстрировать свое франкофильство и призывал украинскую эмиграцию воздерживаться от «ориентации на Германию», заявляя, что такая ориентация «дорого нам будет стоить».