Тень Одержимого - Феликс Эйли

ничего бы не принёс. — Хотя стой! Как там Хелен? С ней всё в порядке?

Грюнвальд молча ушёл в сторону, и его место заняла девушка. Длинные русые волосы спадали на узкие плечи. Зелёное платье, расшитое узором в виде листьев, подчёркивало изгибы тела. Из-за голографического свечения казалось, будто Пиксель встретил призрака или доброго духа природы.

И это круглое лицо с живыми глазами для корсара действительно принадлежало призраку прошлого. В отличие от Грюнвальда, Хелен Нельсон почти не изменилась со времён тюрьмы. Её глаза так же излучали жизнь и тепло, а в уголках рта проступали весёлые морщинки. Разве что черты лица стали чуть жёстче и печальнее.

— Привет. — Он тут же узнал этот голос.

— Хелен… — корсар невольно потянулся к голограмме. — Как ты? Как тебе там в Тёмном Замке?

— Хорошо. Здесь мой дом, друзья и единомышленники, — ответила девушка.

Пиксель взгрустнул.

— Не хочешь как-нибудь встретиться? — предложил он. — Вспомнить былые деньки, тюрьму…

— Не думаю, что это нужно, — покачала головой Хелен. — Не питай надежд, Ральф. Я уже давно начала новую жизнь. У меня есть муж и дочь.

Корсар закрыл глаза и снова открыл.

— Цапфер?

— Ты что, — рассмеялась девушка. — Он самовлюблённый придурок. Моего мужа зовут Фредерик, почти как Грюнвальда. И он хороший человек.

— Я надеюсь, что ты с ними счастлива, — вздохнул Пиксель.

— Это да, — задумчиво ответила разрушительница.

— Рад это слышать, — слова тяжело легли на душу корсара, как признание неприятного факта.

— А как поживают Босс, Антимон и Михаил?

— Все они живы и служат на моём корабле. Михаил — канонир, Антимон — конечно, врач, а Босс вообще старпом.

— Что? Этот увалень? — неподдельно удивилась девушка. — Ну, удачи тебе, Ральф. Поймай Одержимого и найди своё счастье.

— Это завсегда, — подмигнул он. — Ну, пока, Хелен. Тебе тоже удачи!

Голограмма замерцала и потухла. Обречённо вздыхая, Пиксель протёр лоб. Хелен Нельсон, с которой многое его связывало в прошлом, теперь была потеряна. И, похоже, навсегда. Пути окончательно разошлись, и у всех своя судьба. Так и считал капитан всё это время, но сейчас реальность убила все тусклые огоньки надежды в его душе.

— Так! — он взял себя в руки. — Надо сказать Прониной про Одержимого!

И снова потянулся к компьютеру.

* * *

— Ещё одна бессонная ночь… — проворчал Руденко. — Надеюсь, хоть повод важный.

Фрося сидела за столом рядом с главным охранителем. Ночной мрак освещала лишь настольная лампа. Маски разрушителей и чужаков угрожающе наблюдали за Прониной из густой темноты. Да и сам Руденко в полумраке походил на раздутое, пучеглазое болотное чудище.

— Конечно, Матвей Алексеевич, — охранительница прогнала наваждение и взяла волю в кулак. — Пиксель взял след Одержимого.

Она вошла в кабинет в форме, а его хозяин наспех оделся в деловой костюм, не успев поправить воротник рубашки.

— Как? Этот чудик, новоявленный герой Великородины? — переспросил главный охранитель, попивая кофе.

— Ему сообщили друзья с пиратской платформы Эскобария, — сонно ответила Фрося. — Одержимый прячется на планете X-5 неподалёку…

— X-5… — задумался Руденко. — Никакого названия, одно буквенное обозначение. Должно быть, та ещё дыра.

— Подходящее место, чтобы там прятаться.

— Но мы ведь не можем поверить словам пирата.

— Я посмотрела — в том районе космоса действительно есть подозрительная активность, — возразила Фрося, глотнув кофе из чашки. — Матвей Алексеевич, пожалуйста, дайте мне армию, и я лично раздавлю этого предателя человечества!

Ей вмиг овладели праведная ярость и желание поквитаться с тем, кто убил Аграфену.

— В тебе говорит месть, — мягко произнёс Руденко. — Но я выполню твою просьбу, потому что Одержимый угрожает всей Империи. Великий Охранитель Баррада предупредил меня — ставки очень высоки, и мы не можем пустить дело на самотёк.

Фрося довольно улыбнулась.

— В твоём распоряжении будут линейный корабль, «Крестоносцы» и даже командно-штабная машина «Завоеватель». Не подведи меня, моя девочка, не подведи Императора и всё человечество.

Он взял Пронину за запястье и слегка стиснул, отчего ей поплохело.

— Да, Матвей Алексеевич, — кивнула она. — Служу Империи!

— Отлично, — протянул Руденко.

— Ну что, парни, нас ждёт весёлая прогулка, — объявил Пиксель на капитанском мостике.

Босс, Михаил, Беггер, Антимон и другие корсары еле держались на ногах.

— Нам всем сейчас хочется спать, и вы сможете исполнить свою мечту в ближайшее время в гиперпространстве, — продолжил капитан. — Короче, мы теперь знаем, где прячется Одержимый, и полетим раздавать ему живительных люлей. С нами будут Пронина из охранки и ещё целый линкор с кучей наземной техники на борту, так что скучать ему не придётся.

— А где это? — Босс почесал голову ручищей.

— Планета X-5, сектор Авернус, — ответил Пиксель. — Крохотный ледяной шарик в самой заднице Галактики.

— Отлично, а то я уже устал от этих центральных миров, — усмехнулся Антимон.

— Я тоже, по правде, устал, — сказал капитан. — Имперцы уже готовы выдвигаться, поэтому не будем медлить. Беггер, найди в атласе координаты и вбей в комп. Босс, проверь оружие и тартаны для высадки. Михаил, с тебя пушки. Ну что, вперёд!

Все разбрелись по своим делам, а Пиксель встал напротив обзорного окна.

Портовые зажимы отпустили «Аркан», и бриг отправился в путь. От одной из лун Великородины к корсарам подлетели ещё два корабля — военный галеон с эмблемой Охранительного Бюро и могучий линкор, каждый борт которого ощетинился двадцатью пушками. На корме гиганта под двухэтажной капитанской рубкой скалила зубы медвежья морда, над и под которой был написан некий девиз на великородном языке.

— Мы готовы, госпожа охранительница, — сообщил Пиксель по громкой связи, когда Беггер ввёл координаты для гиперпрыжка.

— Старт по моей команде, — резко ответила Пронина со своего галеона. — Три, два, один, пуск!

Автоматика закрыла космос ставнями, и корсарский бриг нырнул в гиперпространство.

* * *

Холодный ветер бесстрастно бродил по широким просторам замёрзшего озера. Редкие снежинки падали на голубую, присыпанную белым гладь, на которой природа начертила одной ей ведомые узоры. Вокруг берега почти отовсюду поднимались горные склоны. На ближайшем утёсе, поросшем стройными елями, стояла серая глыба завода. Мрачные трубы поднимались над укреплённой бетонной стеной и толстыми башнями с противовоздушными орудиями.

Недалеко от предприятия, за